Чтение онлайн

* * *

– Подожди, я не успеваю за вами...
– прошептал Сойер и попытался выдернуть руку, однако у него это не получилось - Мелео держал его крепко. Хамелеон вообще отличался очень крепкой хваткой - подобной можно было ожидать от его языка, но никак не от рук.

– Ты понимаешь, что нас могут заметить?
– шикнул на него Райли.
– Неужели нельзя потерпеть еще несколько минут?

– В тебя он хотя бы так не вцепился...

– Т-тиш-ш-ше...
– прошелестел Мелео.

Демон-хамелеон закатил глаза. Когда Лайт вызвал его в ночной клуб и объяснил их новый план, он не думал, что в напарники ему достанутся так любящие спорить людишки. Впрочем, друг-дракон заверил его, что на них можно положиться, а, значит, можно было и потерпеть лишние часы. В конце концов, сейчас они делали то, о чем он мечтал с самого своего появления в мире людей - обрезали его узы с этим миром. Параллельно пытаясь спасти тех, о ком так пекся Лайт...

Минус первый уровень в свое время оказался совсем не тем, чего они ожидали. Увиденное там изменило Лайта.

И сейчас они собирались изменить увиденное.

* * *

Спустившись вместе с дочерью ко входу в здание «Райза», Мидори встретила Лайта, как раз начавшего подниматься по лестнице.

– Вы задержались, - заметил он, с удивлением глядя на девушку рядом с Председателем. Слишком уж неожиданно было увидеть пленницу не просто на свободе, но рядом с человеком, для которого она представляла наибольшую опасность. Ли же просто улыбнулась ему, слегка кивнув, поздоровавшись.

При встрече с Лайтом от прежней, приветливой и заботливой женщины не осталось и следа. На пост вновь заступила холодная натура Председателя.

– Как и ты, Лайт, - заметила женщина, спустившись еще ниже и встретившись взглядом с Брюсом.
– И... где остальные?

Брюс отвел взгляд. Лайт на мгновение замялся.

– Где остальные, Лайт?
– холодно повторила Председатель, глядя на него. От этого взгляда других ее подчиненных прошибал пот, но не его. В этом они с Ямагавой были похожи - ни пожилого лидера мафии, ни его друга-демона нельзя было поразить ее взглядом. В какой-то мере это даже можно было назвать сформировавшимся у них иммунитетом.

– Они мертвы, - громко произнес Брюс, переборов себя и посмотрев на Председателя.

– Что?
– дернулась вперед Ли, но Мидори попридержала ее за руку.

– Они мертвы, Ли, - с болью в голосе отозвался тот.
– Наши друзья. Сейгов больше нет - их люди убили Райли и Сойера. Эта мразь - показал он на Лайта, - привел меня сюда.

– Привел не в наручниках, - заметила Председатель.
– Я хотела дать вам свободу выбора. Будете ли вы на стороне моей дочери - моей стороне - или же продолжите конфронтацию с противником, которого вам все равно не победить?

Лайт отметил про себя, что Председатель продолжает попытки затуманивать разум людей, с которыми она общается, пространными речами. Но Брюс и Ли, казалось, совсем не услышали слов женщины - каждый из них услышал только то, что показалось ему важным. И для Ли это были не слова матери.

– Ребята... мертвы?
– в груди у Ли что-то сжалось. Она внезапно почувствовала себя цыпленком, вокруг которого рушится скорлупа. Словно ее идиллический мир рухнул, вернувшись к жестокой реальности.
– Они... правда?..

Брюс кивнул.

– Она - твоя мать?
– спросил он, с неподдельной ненавистью глядя на женщину. Та, впрочем, под этим взглядом не дрогнула. Губы ее посетила торжествующая улыбка.

– Она мне не мать, - ответила Ли.

Удивленный взгляд Мидори встретился со взглядом, полным отвращения. Ее дочь изменилась в лице. Значительно. Словно и не было той милой девушки, которая везде и во всем готова была слушать свою маму и согласна была со всеми ее словами.

– Ли, ты...

– Ты убила отца. Ты убила моих друзей. Ты убила кучу других людей... ты и правда думала, что можешь называться моей матерью? У меня нет семьи, Председатель, - с нажимом на последнее слово произнесла Ли.

Женщина покачнулась.

– Ли, но я...

– ...ввела ей тот же седативный препарат, что и моим собратьям? И другим сотрудникам?
– холодно поинтересовался Лайт, отчасти напоминая о себе.
– Неудивительно, что все здесь вас так любят... будь эти люди в здравом уме, они бы уже давно разбежались от такой сволочи.

По спине Мидори пробежал холодок. Она потянулась рукой к нагрудному карману, собираясь достать телефон, однако была остановлена пулей, пролетевшей в опасной близости от ее головы. Стрелял Брюс. Имеющийся в холле охранник бросился к нему, однако Стрелок успешно остановил его опрометчивое действие двумя выстрелами в ноги. Мужчина, застонав от боли, упал.

– Не делайте резких движений, - произнес Стрелок.
– Если вы ничего не значите для Ли, моя рука не дрогнет.

– Ты такой же ублюдок, как и твои никчемные родители, - прошипела Председатель, разом растеряв весь лоск и пафос. Сейчас перед Сейгами стояла обыкновенная, немного испуганная, но все еще пытавшаяся сохранять хоть какую-то стать, женщина.

Брюса слова Мидори не смутили.

– Может быть. Но я рад, что Ли не стала такой, как ее никчемная мать, - заметил он.

Лайт бросил Ли бумеранги.

– Это, думаю, твое.

Девушка благодарно кивнула демону, с которым она пока не удосужилась нормально познакомиться.

– Вы глупы, - скривилось лицо оказавшейся под прицелом с нескольких сторон женщины.
– Ямагава и его люди придут за вами, если обнаружат, что от меня не поступает никаких сигналов. Или вы думаете, что сможете бросить вызов всей японской мафии?

– Почему бы и нет, - усмехнулся Лайт, за что удостоился скептических взглядов не только Мидори, но и своих соратников: - Эй, спокойно, я же пошутил.

Ли перевела бумеранги в режим клинков и посмотрела на женщину, которую не могла считать своей матерью.

– Если понадобится, я разберусь и с Ямагавой. Ты не представляешь, на что я способна.

– В этом не будет нужды, - заметил Лайт.
– Именно Ямагава и подсказал мне, как обойти действие препарата, который она всем вводила раз в неделю под предлогом необходимой вакцинации.

Председатель с ужасом посмотрела на демона.

– Он не мог...

– Слушай, может, хватит?
– отставляя стакан от Ямагавы, сказал Лайт.
– Ты ведь уже на ногах не стоишь, старина...

Пожилой японец покачал головой.

– Знаешь, мне порой так хочется напиться... прямо до отключки. До полусмерти. Чтобы у меня не было этого противного чувства, будто мной кто-то управляет.

Демон непонимающе изогнул бровь.

– То есть?

– Ты вряд ли меня поймешь, - горько засмеялся японец.
– Но всякий раз, как я нахожусь рядом с Мидори, у меня такое чувство, словно внутри меня копошится что-то чужеродное. Словно мной кто-то управляет... и заставляет ее любить. Бредятина ведь, да?