Чтение онлайн

– Чтоб его… – от отчаяния глаза наполнились слезами, что начали бежать по лицу мокрыми дорожками, – И сестру потеряла, и сама не могу выйти…

Как только я шмыгнула носом, перед глазами возникли чьи-то сапоги. Я быстро подняла голову, понимая, что передо мной стоит тот самый человек из сна.

– Невероятно… – с моих губ сорвался тихий шёпот. Это вызвало у него улыбку.

Над моей головой навис раскрытый зонт и раздался спокойный голос:

– Я ведь звал вас с самого начала. Почему побежала в противоположном направлении? Испугалась грома?

– Нет… – не веря глазам, я старалась не моргать, боясь, что это лишь выдумка или очередной сон. – Ты… Я ведь видела тебя во сне, разве нет? – он помог мне подняться, держал зонт так, чтобы капли дождя больше не попадали на меня. Мы двинулись вперёд.

– Возможно, сон был предзнаменованием нашей встречи сегодня.

– Думаю, ты прав… Ой… – я прикрыла ладошкой рот. – Ничего, что я к вам на «ты»? Просто растерялась.

– Если вам так комфортно, то почему бы и нет? Вас зовут Аделаида, верно? – казалось, мы специально идём медленнее, чтобы побеседовать как можно дольше.

– Да. Вы тоже можете обращаться ко мне на «ты». Только, простите, я не знаю ни вашего имени, ни кто вы.

– Просто один из многих жильцов этого дома, не стоит беспокоиться.

– Но я не видела вас, когда только приехала…

– Было много людей, невозможно всех сразу запомнить.

Такого красивого молодого человека я бы точно не проглядела. Но всякое бывает, он прав.

– Как вы оказались в парке? – старясь поскорее прогнать румянец, я кинула беглый взгляд на него.

– Я увидел вас из окна. Подумал, что вы потерялись. Такая непогода – не самое лучшее время для прогулок.

Улыбнувшись, я ощутила, как внутри стало теплее от его слов:

– Мне нравится дождь, он совсем не пугает меня, как других жильцов.

В его голосе было неподдельное удивление:

– Правда? Я думал, вам нравится огонь.

– А? Нет, что вы. Я боюсь огня.

Мы вошли в дом, и он сложил зонт, серьёзно посмотрев на меня:

– Но ведь так было не всегда, верно? Разрешите откланяться, прислуга скоро подойдёт к вам, – он быстро скрылся за дверью одной из комнат.

Провожая его взглядом, я недовольно фыркнула, осознавая, что так и не узнала его имени. Вышедшие слуги при виде меня подняли шум, а я, внезапно вспомнив о сестре и словно очнувшись от транса после разговора с незнакомцем, протараторила:

– Где Присцила? Нам нужно вернуться в сад и найти её немедленно!

– О чём вы, госпожа? Ваша сестра в доме, с ней всё в порядке.

– Что? Она в доме? В порядке? – я немного потрясла ответившую женщину за плечо, а по ступенькам спустился Ричард, видимо, услышав меня.

– Что произошло?

– Ричард, где Присцила?

– У себя в комнате, я только от неё. Не нужно так кричать.

Разжав руку, я выдохнула:

– Слава Богу… Я боялась, что она где-то на улице.

– В отличие от некоторых, она в ливни не шляется. Зачем вообще было выходить из дома? – презрительно посмотрев на меня, он ушёл в соседнюю комнату.

Прислуга помогла мне привести себя в порядок и сменить одежду. Правда, после такой прогулки мне не помогал согреться даже горячий чай. Потому сейчас, кутаясь в шерстяную накидку, я сидела в попытке разогреть хотя бы душу за любимой печатной машинкой.

«Его тонкие пальцы коснулись руки девушки, заставляя её сердце трепетать так сильно, что никакой дождь не мог его заглушить. Длинные чёрные пряди коснулись её лица, путаясь узорами на влажной коже щеки. Мужчина поднял руку и, словно задумавшись на миг, словно спрашивая разрешения своим живым взглядом, невесомо коснулся её лица. Аделаида ахнула, понимая, что это прикосновение подобно тому, каким забирают жизнь, сердце, душу… Пальцы робко убрали прядь, но задержались на щеке девушки. В надежде на продолжение она прикрыла веки, желая раствориться в этом моменте. Отдать всю себя, не только сердце».

Дверь открылась, вынуждая меня вздрогнуть и подняться с места.

– Да?

– Ты здесь? Я принёс тебе чай, – на пороге стоял брат с подносом, что меня несколько удивило.

Взглянув на свой недопитый чай, я вздохнула. Впрочем, он, наверное, за несколько часов писательства остыл, так что новый лишним не будет.

– Спасибо большое. Можешь поставить на тот столик у двери, – он так и сделал, а после быстрым шагом направился ко мне.

– Ничего себе, ты пишешь?

– Что? А, да. Немного, – я подошла к столику, налила чай в чашку и немного отпила.

– «Отдать всю себя»? Серьёзно? Не слишком ли откровенно для такой юной девушки? – с некой иронией и лукавством спросил брат.

Покраснев, я мигом подлетела к нему, пытаясь забрать листы, которые Ричард поднял высоко над моей головой.

– Не твоё дело, ясно? Что хочу, то и пишу, я не разрешала тебе читать! – возмущалась я, отчаянно пытаясь выхватить драгоценные страницы из его рук раньше, чем он успеет осквернить и опошлить их своими издёвками.

Мои подпрыгивания лишь веселили его, он насмехался над моей беспомощностью. Возможно, я отреагировала слишком бурно, в глазах начало темнеть. Виски сдавила пульсирующая боль, а в лёгких стало не хватать воздуха. Я прислонилась к груди Ричарда, стараясь унять учащённое биение сердца, руки безвольно опустились.

– Что такое? – я услышала шелест бумаг, мягко опустившихся на стол позади. Брат спрашивал что-то ещё, но я не могла разобрать. Голос становился далёким и размытым, подобно тропе в парке во время ливня.

– Не страшно терять возле таких людей сознание? – я приоткрыла глаза и увидела на краю постели силуэт, освещённый свечами канделябра на тумбе.

– Наверное, так же страшно, как и то, что моя комната – проходной двор. В неё легко могут войти как члены семьи, так и другие люди.

Силуэт повернул ко мне лицо, но из-за темноты я не могла его разглядеть. Моё тело казалось таким беспомощным и уязвимым сейчас. Но меня это не волновало.

– Я ведь говорил быть осторожнее. Могла начать с закрытия двери на шпингалет.

– Просто забыла о ней, да и разве бы остановила она тебя?

– Ты бы предпочла меня не видеть?

Сжав ткань одеяла, я закрыла глаза, осознавая, что попала в ловушку. Не могу сказать, что нахождение чужого человека рядом меня радовало. Но присутствие «его» меня будоражило и вдохновляло настолько, что я готова закрыть на всё остальное глаза. Даже если бы он решил сделать со мной что-то плохое. Я бы сослалась на то, что это сон. А если нет, то расслабилась бы, понимая, что счастлива.

Сложно говорить человеку, которого боготворишь на бумаге, что-то другое, но так ведь нужно – в жизни мы не будем вместе.

– Я бы…

Открыв глаза, я поняла, что вокруг темнота, и, скорее всего, это вновь был лишь сон. Неудивительно, в грёзах мы всегда говорим и творим глупости. Вряд ли в реальной жизни я бы могла подумать такое о незнакомом человеке. Похоже, симпатия к нему сыграла со мной злую шутку, и я ощутила то, что должна почувствовать моя героиня в книге.