Чтение онлайн

– Знаю я таких ребят с района - тут же подхватил тему Корней, подтвердив этим свое согласие, как являющийся бывшим сидельцем, он таких презирал – сам этих сявок часто встречаю. Пацаны-пацанчики, жизнь уголовная, понятия... зону не нюхали, а пальцы гнут, малолетки, как будто купола на груди и короны на пальцах наколоты... а ведь как раз эта шушера уголовная, и является основной кормовой базой вампиров, и среди них в основном молодых вампиров всякие дебилы рода упырского и создают.

– Почему дебилы?

– Да потому что превращают в себе подобных кого не попадя, молодые, те же, кровь пьют так, что потом оставляют раненых, а они в свою очередь, ничего не понимающие, еще в прострации, такого наворотят... в общем, без работы нас никогда не оставят.

– А я думала, что это не работа, а подчинение Кодексу, про который ты говорил...

– И это тоже, но еще мы работаем. Охотники - это серьезная организация, а не кружок по интересам. Оперативная часть, ученые, поисковики, свои люди в службах, выходные, рабочие смены, только с зарплатой, как с богами, её нет, прямо как в анекдоте про мента, дали оружие, и крутись как хочешь, вот и размножаем денежные купюры когда надо.

– На работе не устаешь?

– Бывает - признался Корней - ненормированный рабочий день у меня. Обычно два дня работаю, с перерывами только на сон и еду, и два дня отдыхаю. Но не всегда так везет.

– Почему?

– Отношусь к элите охотников. Таких как я, отправляют выполнять крупные задания. В любой момент, не важно, выходной у тебя, или отпуск взял и уехал отдыхать, тебя все равно вызовут, если понадобится, и отправят громить очередную банду нечисти, затеявшую, как минимум, небольшую войну, которая может стать слишком заметной людям.

– А между большими заданиями что делаешь?

– Как и все оперативники: облавы, охота на улице, выслеживание. На выходных в своем районе гопников гоняю. Наверно, уже снова новые понабежали, надо почистить, а то, если говорить образно – там, где стадо баранов, там и волки. Вампиры устроят миграцию за едой в мой район, и тогда фиг их всех выгонишь.

– Ну ты как про животных говоришь – с укоризной высказала свое мнение Лидия.

– Да, вот такое я говно – с сарказмом ответил Корней – я вообще людей мало воспринимаю. Если подумать, то ты правильно сказала – я мизантроп. Но не радикал, среди них нормальных тоже замечаю... слушай, что я все о себе? Рассказывай ты.

– Да что рассказывать то? Друзья Лидой зовут, учусь в одиннадцатом классе, в музыке разносторонняя, нравится играть в компьютерные игры. Вроде все.

– Да ладно? Я думал, мое детство пионерское просто ничто, по сравнению с твоим.

– Ничего особенного. Точно не сравнить с твоей жизнью. Сорок семь лет, а выглядишь как огурчик, не так уж намного старше меня.

– Мой начальник выглядит на тридцать, а был в середине пятнадцатого века верным соратником Влада III Цепеша - одного из самых лучших охотников за всю историю человечества.

– Это который Дракула?!
– А вот это был шок!

– И к тому же, он первый, кого вернули из вампиризма. Вот из-за этого его все и считают только вампиром, хотя ему просто не повезло с детством. Побывал в плену у вампиров вместе с младшим братом Раду, и пришлось наблюдать, как Раду сделали вампиром, этот перенесенный им ужас и создал из Влада охотника.

– Может у турок-османов?
– Вспомнила этот момент из биографии Влада девушка.

– Римская империя, Византия, Османская империя, были под влиянием вампиров. До пятнадцатого века, охотники были одиночками, и мы проигрывали более организованным вампирам. Но мы объединились в орден. В истории он больше знаменит как орден Дракона, единственный, который не является католическим, мы прикидывались под православных, так как находились на территории Балканского полуострова.

– Да, я слышала про такой - ответила Лидия.

– Хорошо, значит объяснять, что это такое, не надо. Тогда, создав орден, мы серьезно рисковали. Все наши основные силы собрались в одной из крепостей в Румынии, но вампиров было все равно гораздо больше, и они очень хотели нас уничтожить. Мы всегда им мешали, а тут появилась возможность прихлопнуть всех сразу, и победить окончательно, но случилось с точностью до наоборот: мы победили, отбившись от осады, что дало нам возможность объединиться окончательно, привлечь других охотников-одиночек, и создать то, что у нас сейчас.

– Ты так рассказываешь, как будто ты там участвовал. Это твой стиль рассказа?

– Нет. Скорее первый вариант.

– То есть?

– Я там участвовал.

– Ааа... ты вроде говорил, что тебе сорок семь... ты врал?

– Не врал. Ты же в девяносто пятом году родилась? – И после утвердительного кивка девушки, Корней продолжил – вот тогда именно в тот год у меня было задание: отправиться в прошлое и помочь своими знаниями современного человека первым охотникам, проинструктировать их, убедить, что нужно держаться вместе… а в результате пришлось организовать оборону крепости, участвовать в битве, и уничтожать врагов, что было заметно сложнее, чем сейчас, тогда они гораздо чаще пользовались мечами.

– Офигеть - Лидия действительно была удивлена. Теперь, вспомнив, как она совсем недавно выдала ему, что он не служил в армии, значит не мужик, и услышав о том, в какие переделки он попадал, девушка поняла, что перед ней ветеран таких сражений, которые любому современному человеку даже и не снились – а что потом с младшим братом Влада случилось? С Раду? Он не стал живым?

– Нет. Раду остался вампиром, и еще воевал против Влада.

– Немного похоже на твою историю.

– Ну да, только я со своей сестрой уже выяснил отношения, теперь мы иногда общаемся, и помогаем друг другу. Она мне информацию подкидывает о том, что среди вампиров творится, я, если что, даю по рогам охотникам, если вздумают на нее зубы точить.

– А вы часто встречаетесь?

– Приезжаю к ней в гости иногда. Раз в год обычно.

– Она не в Питере?

– Нет, она в Москве, мы с ней договорились, что для её же безопасности, нам не нужно часто встречаться вместе, иначе попадем под удар. Общение охотника и вампира слишком опасно для обоих, но мы родственники, и не способны отказаться от родственной связи между нами, тем более, больше у нас нет ни одного близкого человека…

Так они и общались весь вечер на разные темы, заливая все это вином и заедая куриными крылышками. И даже не подозревая, что за ними уже следят.

Глава двенадцатая

Сергей Игнатьевич Воронов, был еще более частым клиентом здесь, чем Корней. Он был из тех, кого в девяностые называли "новый русский". Но сегодня он, по иронии судьбы, пришел сюда не только развлекаться, но и наблюдать, чего в его планы не входило. Он собирался сегодня просто пялиться на полуголых девушек, снять одну из них на ночь, напиться крови... да, он был вампиром.

Еще в девяносто шестом году он случайно узнал о вампирах, и захотел стать одним из них, так как времена были не те, чтобы не бояться за свою жизнь, к тому же бандиты со своим рэкетом и помехами в его ресторанном бизнесе уже достали. Как интриган от природы, Воронов смог убедить главенствующую верхушку вампиров, что будет полезен не как еда, а как информатор и спонсор (вампиром как-то было приятнее давать деньги, все же отдача заметно больше, чем от балласта в виде братков, которые к тому же на нервы постоянно давят своими уголовными замашками), и был укушен лично Эйнаром. С тех пор, проблем с бандитами у него не было (а первое время, благодаря регулярно наведывающимся к нему шестеркам от бывшей «крыши», и с едой), все, кроме государства, которому надо платить налоги, оставили его бизнес в покое, и с того времени даже не приходится больше тратить средства на личную охрану, сам любого киллера был способен выследить и уничтожить, даже обладая внушительным брюхом и лишним весом, к тому же, обрел в узких кругах славу мецената, регулярно снабжающего крепость города Выборг деньгами (это и было финансовой помощью вампирам). Так он и жил, регулярно снимая проституток и тихо питаясь у себя в загородном доме, в окресностях Петербурга. Охотники его не трогали, так как он был с фиолетовыми глазами, умеющий себя контролировать, и к тому же, как и многие фиолетовоглазые, являлся представителем власти, и обладал влиянием как среди вампиров, так и среди людей, и его убийство было нежелательно, так как вызвало бы большой резонанс в прессе.