Чтение онлайн

— Привыкай, — хихикаю, открывая тетрадь. — Это стиль его жизни. Всех строить и держать под контролем.

— Да я его видеть уже не могу! — срывается голос подруги, и на нас оборачиваются не только однокурсники, но и преподаватель.

Мы на время замолкаем. Пончик начинает лекцию. Включив диктофон, откладываю ручку. Не люблю писать под диктовку, лучше записать, а потом уже дома через прогу всё «переписать».

— Свет, я понимаю тебя, — шепчу, успокаивающе погладив по плечу. — Он и меня постоянно строит, ты уж потерпи его немного.

— Он меня с ума сводит, Аль. Даже мама меня так не контролировала, — тяжко вздыхает подруга. Поворачивается, долго в глаза смотрит, будто взвешивает: сказать мне или нет. Жду, не тороплю. — Я тебе кое-что скажу, только ты пообещай, что мы останемся подругами.

— Так, — напрягаюсь, готовясь к худшему. — Говори.

— Нет, ты пообещай.

— Свет, ну я так не могу пообещать. Я ведь не знаю, что ты там натворила.

— Я переспала с ним, — как на духу выпаливает подруга дней моих суровых.

— Что?! — срывается мой голос слишком громко. Ловлю на себе тяжёлый взгляд Паулины Андреевны. — Простите, — бормочу быстро и, схватив ручку, усиленно делаю вид, что пишу. Прикрывшись книгой, шиплю в сторону: — Ты с ума сошла?!

— Тише ты, — шикает Светка. — Всё само как-то вышло.

— Само? Ты пять минут назад жаловалась, что он тебя бесит.

— Он меня бесит, — пожимает она плечами. — Но в то же время… Аль… Он такой… Настоящий, сильный, властный. Рядом с ним я чувствую себя совершенно другой, воздушной, лёгкой, девочкой беззаботной.

— Конечно, ты так себя чувствуешь. Тебе девятнадцать, ему двадцать девять, — фыркаю и отворачиваюсь на препода.

Когда пара подходит к концу и аудитория пустеет, останавливаю лучшую подругу. Взглядом прошу Вадима подождать нас за дверью. Телохранитель, сидевший всё это время за спиной и явно услышавший наш разговор, лишь глаза закатывает, но выходит. А я притягиваю девушку обратно к стулу. Вижу, она расстроилась и грызёт себя.

— Слушай, я не имею права лезть в вашу личную жизнь. Если вам хорошо вместе, я рада за вас. Правда. Но, Свет, лучше не строй иллюзий. Потому что Миша — тот ещё любитель юбок. Я не хочу, чтобы тебе было больно. Ещё неделю назад он жил с Настей в нашем доме, я ведь говорила тебе, помнишь.

— Всё хорошо, Аль, — улыбается подруга и под локоть подхватывает. — Я чувствую, между нами всё по-другому. По-настоящему, понимаешь. Вдруг он именно ради меня изменится?

Прикусываю язык. Начну её переубеждать — стану врагом народа. Надо с Мишей поговорить. Вот прям срочно. И поторопить Аверина заканчивать эту игру под прикрытием. Потому что разбитое сердце Светы станет проблемой помасштабнее, чем угрозы со стороны всяких бандитов.

Напряжённая неделя тянется слишком медленно. После случая на даче Демидовых я ожидал, что Буйный почувствует себя хозяином положения, заявится ко мне с требованиями и условиями. Но этот отморозок, как ни странно, затихарился.

Чем дольше он тянет, тем сильнее охватывает меня тревога. Старые знакомые, поднятые по моей просьбе, нервничают и дёргают, активно намекая, чтобы я сам пошёл на контакт с бывшим авторитетом. Но это плохая идея. Нужно ждать. И вести себя как ни в чём не бывало. Самое главное — Алина в безопасности. Сидит словно мышка в моей квартире. Уют создаёт, меня ждёт, тоже волнуется, но не взбрыкивает. Терпит.

Чёртов Демидов-младший, если бы он в те выходные не сорвался. Не приехал защищать честь своей младшей сестры, мы бы избежали всей этой кутерьмы. Благо сумели отложить свои взаимные претензии ради Алины.

План придумали почти идеальный. И развороченная прихожая, кровь на крыльце, наши разбитые рожи просто идеально вписались в тему. Буйный даже особо разглядывать не стал. Поверил в то, что Демидов сдох, счёты сводить больше не с кем. Хотел, правда, на Алину покуситься. Только через меня перешагнуть пришлось бы. Сдохну и его за собой утяну, но девочку мою не отдам.

Вибрирующий телефон отвлекает от мыслей. Увидев контакт, тут же отвечаю.

— Отвёз домой. Слежки не было, — отрывисто и без лишней воды чеканит один из близких друзей.

— Принято, Вадь, — отвечаю тоже коротко.

— Не объявлялся?

— Пока нет. Он явно что-то мутит. Не нравится мне это молчание, — хмуро бурчу, поглядывая на пустой стакан.

— Приехать?

— Да тут тихо пока. Вечером, если дел никаких нет, подваливай. Я не буду его больше ждать. Лучше пораньше домой поеду.

— До вечера, — соглашается Вадим.

Отключив связь, стучу по барной столешнице. Бармен тут же наливает мне минеральную воду и продолжает наводить порядок. Официантки снуют, щебечут о своём, о женском. Карина, администратор, поглядывает на меня недовольно. Будто я её собачку на мороз выкинул. Как бы не устроила женскую месть на почве ревности. И ведь не обещал ей ничего. Провели пару совместных ночей. Развлеклись и разбежались.

Допив воду, поднимаюсь и ухожу к себе в кабинет. До вечера разгребаю документацию. Счёт времени теряю, на мобильник постоянно кошусь. Всё звонка жду. Только звонят совсем не те и не по тому делу. Кроме Алинки.

Малышка волнуется и вопрошает, в котором часу приеду. Обещаю сегодня быть пораньше. Как только Вадик приедет, полечу. Похлопываю по карману пиджака, в котором ещё с утра лежит коробочка бархатная с кольцом.

— Ты ещё здесь? — удивляется Вадим, заходя в кабинет и запуская громкие децибелы.

— Не понял, — вскидываю голову.

— Да, Кара сказала, ты свалил давно, — машет он. — Неважно, поезжай к своей девчонке, десятый час уже.

Чёрт. Хотел, называется, пораньше. Спешно спускаюсь. Вадим провожает, выговаривает что-то. Из-за громкой музыки не слышно ни фига. Клуб гудит, словно большой улей. Хотя сегодня только понедельник. Молодёжь веселится, несмотря на будни.

— Илья, — сквозь толпу продирается администратор с планшетом.

— Ты какого хрена?.. — начинаю наезд, но сам себя обрываю, заметив страх в глазах Карины. Нехилый такой, я, конечно, держу их тут в ежовых рукавах, но давно уже никого не запугиваю.

— Там, в вип-ке мужики… Опасные такие… Бандиты самые настоящие… — тараторит, взмахнув в сторону. — Тебя хотят… Илья…

— А ты звонка ждал, — хмыкает Вадим, с прищуром следя за распахнутой дверью кабинки.

— Заказали чего? — хмуро спрашиваю.