Чтение онлайн

– Думаю, стоит считать произошедшее производственной травмой. Идет? – Тот, что сзади, явно был здесь за главного, поэтому Виноградов повернул кресло так, чтобы не выпускать его из поля зрения.

– У меня есть возможность не согласиться?

Юмор по достоинству не оценили.

– У человека всегда есть выбор. Пока он жив…

– Убедительно. Я согласен! А как тогда насчет… компенсации? Помнится, профсоюз оплачивал больничный?

– Это вопрос вполне решаемый. – В голосе лысоватого юноши слышалось искреннее облегчение. – Сколько?

– А вы не торопитесь? – осадил на парника старший.

Тот сразу поник и стушевался, Виноградову даже жалко стало.

– Ладно – я… Сам оклемаюсь, но вот спутнику моему досталось больше! Он не жадный, однако лечение здесь дорогое…

Еще не закончив фразу, Владимир Александрович перехватил взгляды, которыми обменялись собеседники, – и его затошнило от страха.

– В чем дело?

– Несчастный случай. В нашей работе такое случается!

– Что такое? – Собственно, Виноградов уже все понял.

– Ваш напарник умер.

Молчание длилось не больше секунды.

– Он не умер… Вы его убили.

– Это был несчастный случай.

– Так будет лучше для всех. И для вас в первую очередь!

– Почему? – Бывают идиотские вопросы, без которых вполне можно обойтись.

– Потому что в противном случае придется ликвидировать и вас.

– К тому и шло…

Бандит – он и в Африке бандит. И в Америке…

– Скажите, Иващенко, вы же не думаете, что это так просто сойдет вам с рук? И что вы нас надолго переживете…

– Не думаю! – честно признался старший и стал еще больше похож на известного киноартиста. – Поэтому и ищу компромисс… Мы что – встречались раньше?

– Ну кто же не знает господина Иващенко! У нас в России даже книжки выходят: «Преступный мир», «Бандитская Россия»… И почти в каждой – фотография: некто Иващенко Артур Алексеевич по кличке Китаец, крестный отец «русской мафии» в США.

– Судиться надо – я же говорил! Понял? – распластал лысоватого взглядом Китаец.

– Готовимся. Собирались как раз доложить…

– Тогда нам с вами тем более только одно и остается – расстаться друзьями. Верно?

В принципе, и без того Виноградов знал слишком много. Из Бруклина везли его в «крайслере» с тонированными стеклами, так что снаружи никто заглянуть в салон не мог, а наоборот – пожалуйста… Точного адреса он, разумеется, не запомнил, но то, что после моста Верразано кортеж очутился на Стэйтен-Айленде – сообразил. Для подобных чудес ориентирования не надо было заканчивать Академию Генштаба, достаточно просто вспомнить туристическую схему.

– Я готов вас выслушать.

– А потом ответить на мои вопросы?

Можно было пролепетать что-нибудь уклончивое, но Владимир Александрович представлял собственный порог болевой терпимости. Ясно, что Китаец сможет заставить его не только говорить – даже петь заставит, если умеючи… Поэтому обострять ситуацию не следовало.

– По мере сил попробую быть полезным.

– Мы поможем, если возникнут затруднения. – Это подал голос помощник Китайца. – У нас отличные ассистенты!

«Бедняга Рэмбо, – подумал Виноградов. – Погиб в бою… Сидел бы себе на зоне, мотал положенный срок – ан нет! Хотя так, может, лучше, чем от воровской заточки в спину или протухшей баланды».

– Сделайте так, чтобы его похоронили. По-человечески!

Китаец кивнул:

– Я уже думал об этом… Организуем в лучшем виде. Случайная автомобильная катастрофа?

– Вам виднее. Кстати, он машину брал напрокат! Мы ее оставили там, возле этой, как ее…

– Я знаю, где стоит его машина.

Нельзя сказать, чтобы Виноградов удивился.

– Так, значит, утром пасли нас вы?

– Мы вас охраняли, – уточнил собеседник помоложе.

– Давайте по порядку! – скомандовал Китаец. Его рабочий день стоил дорого. Владимир Александрович где-то читал, что застрявшему в дорожной пробке бизнесмену за опоздание на встречу с «крестным отцом русской мафии» выставили штрафные санкции. Семь минут – семьдесят тысяч долларов. И бедняга безропотно заплатил: время – деньги, не нами придумано… – Вон, господин Горенштейн расскажет коротко, но внятно – потом вас послушаем.

Китаец сейчас поразительно напоминал директора преуспевающего завода-гиганта или большого милицейского начальника – те же интонации, жесты… Очкастый Горенштейн тоже был фигурой, безусловно, необходимой – вряд ли начальник штаба, скорее адвокат или секретарь-референт.

Во всяком случае, излагать он умел.

– Некоторое время назад у нас появились достаточные основания утверждать, что из центрального офиса происходит утечка информации. Это привело к серьезным материальным и людским потерям, бросило тень на репутацию господина Иващенко и ряда его партнеров. Мы приняли меры и выяснили, что одна из сотрудниц передает сведения конфиденциального характера… в некую структуру. Которая потом использует эти сведения нам во вред. Вы меня понимаете?

– Разумеется. Какая-то баба у вас стучала – и много народу на этом спалилось! – Виноградов и сам мог выражаться красиво, но сейчас не хотел. Бедная Ольга, подумал он… наверное, на том свете они с Рэмбо как-нибудь разберутся.

– Вы не догадываетесь, о ком речь?

– Пока не очень…

– Нужно позвать ассистентов?

– Нет, спасибо! Кажется, какие-то предположения у меня появились.

Вопреки ожиданиям, Горенштейн не стал дожимать майора:

– Это абсолютно правильные предположения… Девочка, с которой вы встречались вчера, негласно сотрудничала с Федеральным бюро расследований.

– Давно? – Чем больше спрашиваешь, тем меньше инициативы остается собеседникам.

– Нет, не очень… Ваш покойный приятель когда-то оказал ей дурную услугу, подбил на обман правительства Соединенных Штатов. Он, конечно, действовал из лучших побуждений и полагал, что единственный такой умный. А вот и в ФБР тоже не дураки оказались. Что-то подняли из архива, что-то там сопоставили… Мы ее не осуждаем! По-человечески. Но в интересах общего дела пришлось принять меры.

– Она жива?

– Вряд ли, – честно признался Горенштейн. Получив одобрение босса, продолжил: – Ольгу мы забрали вчера вечером, сразу же после ее возвращения из ресторанчика… Сначала думали, что это была очередная встреча с людьми из Бюро, но потом поняли, что – нет, все не так просто. И что теперь появился шанс оказать услугу… коллегам. Мы ведь коллеги, не так ли?

Владимир Александрович замешкался, даже чуть дольше, чем позволяли приличия.

– Скорее – смежники… Пожалуй, так будет точнее.

– Когда-то судьба свела меня с человеком, которого все называли Полковник… – подал голос Иващенко. – А однажды некий господин серьезно выручил моего братишку. Не помню, правда, фамилии, но уши еще у него… характерные такие. Не приходилось встречать?

– Уши – это да, бывает! – дипломатично улыбнулся майор. – Планета у нас маленькая, все друг друга знают…