Чтение онлайн

Схватившись за спину, Ольга поплелась в спальню с довольным лицом победителя. Мы с Ксенией остались одни.

– Ты ведь солгала маме? – с улыбкой спросила я. – Ты будешь встречаться со старшеклассником?

Ответ Ксении стал для меня полной неожиданностью.

– Я вовсе не врала, Зина. Думаю, мама права. Этот парень действительно мне не подходит. Ну, что ты так поникла? Я тебя огорчила? Если хочешь знать, он мне не так уж и нравится.

За несколько часов я успела так привыкнуть к мысли, что у моей любимицы есть жених, что теперь не хотела верить в обратное. У меня было такое чувство, будто кто-то разбил внутри меня хрустальную вазу и осколки так и врезаются в сердце. Почти всю ночь я не могла уснуть, гневаясь на хозяйку, лишившую собственную дочь блаженства любви. Благо, наутро все мои печали улеглись. А занявшись рутинной работой, я вовсе забыла и думать о событиях минувшего дня.

В один солнечный субботний день, проверяя почтовый ящик, я обнаружила письмо, предназначавшееся хозяину. Прочитав имя адресанта, я на миг затаила дыхание в результате лёгкого испуга, который понятно с каких пор охватывал меня всякий раз, стоило мне услышать фамилию Садовский. Давний приятель Андрея Ивановича имел, казалось бы, странную для современного человека привычку писать бумажные письма вместо того, чтобы звонить или отправлять сообщения в электронном виде. Однако на сей раз его поступок был весьма логичен. Ведь это было не просто письмо, а пригласительная открытка, в которой он указал, что хочет видеть на своём полувековом юбилее не только Андрея Ивановича, с которым знаком добрых тридцать лет, но и всю его семью даже включая ту, как он выразился, милую толстушку Зину, которая всегда подавала ему самые вкусные пирожные в свете. В качестве места празднования мужчина обозначил собственную лошадиную ферму, где в тени густой листвы можно будет устроить неплохой пикник. Этот праздник стал для Ольги Николаевны очередным поводом блеснуть своей красотой. Правда, в этот раз о собственном облике она подумала во вторую очередь и большое внимание на протяжении всего дня уделяла продумыванию образа дочери. Пока она подбирала девочке платье и причёску, на нервной почве у неё лопнул сосуд в глазу. Казалось, от того, как будет завтра выглядеть Ксения, зависела чья-то жизнь. Мне было не совсем понятно столь сильное беспокойство женщины, и я спросила:

– Ольга Николаевна, отчего вам так важно, чтобы Ксения выглядела на дне рождения у едва ли знакомого ей человека безупречно?

– Зина, ты и вправду не понимаешь? – фыркнула женщина и продолжила наглаживать воротничок прелестного алого платья. Мне в этот день она почему-то не доверяла утюг. Наверно, опасалась, что я прожгу её драгоценные тряпки. – Там же будет сын Олега.

– И что с того? – всё равно не соображала я. – В ваших планах ведь не было выдавать Ксению за него замуж? Для чего, спрашивается, ей красоваться перед ним?

– Пойми, Зина, если Ксения ему вдруг разонравится, он будет только рад, что она не захотела с ним встречаться. Но так быть не должно. Завтра он с грустью поймёт, что ему вовек не светит такая красивая, умная и порядочная девушка.

Мне хотелось покрутить пальцем у виска перед лицом хозяйки, ибо я сочла её слова полнейшей глупостью. Но, естественно, не осмелилась на сие действо и молча вышла из комнаты, не желая больше оставаться рядом с человеком, которого презирала. И ещё больше мою ненависть к ней усиливало ужасное предчувствие, что в скором времени по её милости Ксения будет глубоко несчастна.

Знаете, есть такое выражение «просто и со вкусом»? По мне, оно идеально подходит под описание праздника, который устроил Олег на своей ферме. Он созвал отнюдь не много гостей. Помимо его семьи там присутствовала я и, разумеется, семья хозяина, пару таких же возрастных мужчин, что и именинник, а также три немолодые женщины, два крепких парня и две девушки на вид чуть постарше Ксении. Олег установил в небольшом саду подле фермы большой стол, за которым одновременно могли сидеть все гости. Главным угощением стали шашлыки, которые с удовольствием пожарил сам именинник, и трехъярусный торт с карамельной лошадкой наверху. Честно говоря, мне было не до еды и развлечений. Я тем и занималась, что наблюдала за Ксенией и младшим сыном Олега Виктором. Девочка вела себя легко и непринуждённо, а вот юноша явно испытывал напряжение в компании нашей красавицы. И только теперь я с горечью осознала, какую чудовищную ошибку допустила Ольга, запретив дочери отвечать ему взаимностью. Он смотрел на Ксению пристально, из-под насупленных бровей, как будто пытался найти в ней что-то, недоступное взору. И я не могла спутать. Это был взгляд по-настоящему влюблённого человека. Ксения в силу своей юности и неопытности в сердечных делах не могла этого понять. А её мать и не пыталась что-то понимать. Она ходила по саду с гордо поднятой головой, ни на кого не глядя, разве что на дочь, которой то и дело шептала:

– Спину ровнее и голову выше.

Ксения всё так же слушалась мать, и если раньше её смирение я воспринимала как результат хорошего воспитания, то теперь с ужасом пришла к иному умозаключению. Эта прекрасная юная леди в алом платье – бесхарактерное создание, тряпка. И на протяжении всего праздника я наблюдала за неприглядными для меня картинами, от которых мне в конце стало дурно. Ксения медленно жевала еду за столом, как того хотела мать, смеялась только с закрытым ртом, как того хотела мать, стояла только в тех местах, на которые указывала мать. И я подумала, что, если Ольга вдруг захочет, чтобы дочь перестала дышать, та не воспротивится её желанию.

Что касается Виктора, то я нашла его неплохим парнем. Он на самом деле не представлял из себя большого красавца и тем более не походил на мастера обольщения, но в нём было столько обаяния, что даже я, старая кляча, с удовольствием в него влюбилась бы. Я уже сказала, что рядом с Ксенией он был не очень-то весел. Но если её не было поблизости, он вёл себя раскованно, много улыбался и шутил. У него была живая мимика и приятный голос. Но всё это не главное. Как только я увидела его, в моей голове пронеслась мысль: «Они с Ксенией похожи, как брат и сестра!» И для меня именно этот факт стал главным аргументом в пользу того, что молодым людям суждено быть вместе.

Имей я хоть капельку нахальства, без всяких раздумий схватила бы Ксению за руку и подвела её к Виктору, ибо во мне отсутствовали всякие сомнения, что эти ребята сумеют поладить друг с другом. Но увы, я трусила. Да к тому же, с объективной точки зрения, не в моей компетенции было заниматься сводничеством.

Чудесный майский день клонился к вечеру. Гости, казалось, достигли пика своей расслабленности, и никто уже не стеснялся громко разговаривать на самые разные вплоть до неприличных темы, выпивать очередной бокал вина или чего-то покрепче, не страшась косых взглядов, и даже танцевать. Младший сын именинника тоже был не прочь позабавиться. Выпив целый бокал шампанского, он встал из-за стола и куда-то удалился. Его не было около десяти минут, и за это время мы с Ксенией успели оговорить час ухода.

– Я хочу домой, – тихо сказала мне девочка. – Отец с Олегом сидят в гамаке и о чём-то так оживлённо болтают, что, думаю, мы здесь застряли надолго.

– Если честно, я тоже подустала. Но ведь нам не обязательно находиться здесь до темна. Давай посидим ещё пол часика и пойдём домой.

С этими словами я улыбнулась девочке и в ту же секунду услышала восторженные возгласы гостей, доносившиеся из открытого манежа. Из любопытства мы с Ксенией тоже отправились туда. Верхом на красивой белой лошади гарцевал на песке посреди манежа юный всадник и с таким энтузиазмом и озорством управлял поводьями, что сделай он сальто назад прямо сидя в седле, я бы нисколько не удивилась. Все присутствующие на празднике, кроме Олега и Виктора, которые всё ещё сидели в гамаке, столпились у ворот манежа и, глядя на весьма увлекательное шоу, хлопали в ладоши. Нам было очень весело до тех пор, пока юноша не угомонил лошадь и не подъехал ближе к народу. Остановившись, он поинтересовался, кто хочет с ним прокатиться до пустыря. Я говорила, что помимо Ксении на празднике присутствовали ещё две молоденьких особы. Они подбежали вплотную к носу лошади и подняли вверх свои худенькие бледные ручки. Я их мысленно поддерживала в их стремлении покататься с Виктором. Как ни крути, а о таком женихе можно было только мечтать. Довольно хорош собой, умён, богат. И сейчас в седле был в буквальном смысле слова принцем на белом коне. Но, представьте себе, он проигнорировал мольбы девушек и, подъехав ближе к Ксении, протянул ей руку. Девочка вскинула на него испуганные глаза и тут же, засмущавшись, опустила их. А Виктор продолжал держать руку в вытянутом положении. И девочка, кажется, готова была сдаться. Только, разумеется, ей требовалось одобрение матери. Она повернула голову в её сторону с вопрошающим взглядом, и я, так же, как и сама девочка, верила, что Ольга оценит красивый жест юноши, и с удовольствием разрешит дочери согласиться на его предложение. Но хозяйка оказалась непробиваемой. Едва заметно она отрицательно покачала головой, дав понять Ксении, что никуда она с этим мальчиком не поедет. И когда она во второй раз опустила голову, терпение Виктора кончилось вместе с позитивом, который он излучал на протяжении всего праздника. Он быстро опустил руку, хотя выглядело это так, словно она, онемев, сама упала. Ему стало крайне неловко и стыдно перед гостями. С минуту он растерянно озирался по сторонам, в то время как гости пристально глядели на него, о чём-то перешёптываясь друг с другом. Я повернулась в сторону жены именинника и матери Виктора. Она сверлила Ксению орлиным взглядом и, несомненно, так же, как я, была поражена её отказом. Даже мне стало не по себе от происходящего. Боюсь представить, что чувствовал в этот момент Виктор. Он спрыгнул с лошади и с нагнутой головой повёл белоснежную красавицу обратно в конюшню. Судя по угрюмым лицами окружавших меня людей, праздник превратился в траурную церемонию. Исключение составляла лишь Ольга Николаевна. Прищурившись, она смотрела куда-то вдаль, и по её красивому властному лицу скользила едва заметная улыбка. Тогда Ольга скатилась на самое дно в моих глазах. И если бы не Ксения, которую за три года работы я так полюбила, что теперь считала её и своей дочерью и ни при каких условиях не хотела с ней расставаться, я бы в тот же вечер уволилась, чтобы никогда не видеть эту скверную женщину. Я готова была отчитать её за столь отвратительное поведение, но было не время. Мало того, что мы испортили гостям вечер, так ещё не хватало, чтобы мы устроили скандал на глазах у всех.

Домой я вернулась в не лучшем расположении духа, хотя мои хозяева, кажется, пребывали в прекрасном настроении. И если от супругов это было вполне ожидаемо, то улыбка на лице Ксении меня удивила. Конечно, не она была виновата в том, что сегодня произошло. Однако я бы на её месте переживала за несчастного Виктора. Да что там… Я, будучи на своём месте, сочувствовала юноше и жалела его.

Когда нам с Ксенией довелось остаться вдвоём, мы расположились на диване в гостиной и вместе вспомнили события последних двух часов.

– Ты, должно быть, сожалеешь, что послушалась мать и не села на лошадь? – спросила я.

– Вовсе нет, – последовал ответ. – Мне, конечно, было не очень приятно становиться объектом недоумевающих взглядов со стороны гостей, но я поступила так, как мы с мамой посчитали нужным.

– Вы с мамой? Ты уверена, что вы обе хотели дать этому мальчику от ворот поворот?

– Послушай, Зина, – улыбнулась девочка, – тебе не стоит так беспокоиться. Жаль, конечно, что так вышло с этим Виктором, но, знаешь, он сам виноват.