Чтение онлайн

Кстати говоря, столь малое количество польских войск на восточной границе Польши свидетельствовало о том, что поляки все правильно поняли, когда СССР еще до 1 сентября намекнул им — сопротивляйтесь, а мы мешать не будем. Это весьма примечательная и достойная упоминания история. Вот выдержка из конкретного документа — записи беседы народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом 29 августа 1939 г.:

«Шуленбург сообщил, что сегодня ночью и утром ему лично позвонил Риббентроп и просил передать следующее. В последнее время в нескольких газетах появились слухи о том, что якобы Советское правительство отводит свои войска с западной границы. Такого рода слухи, служащие агитационным целям, неприятны германскому правительству. Поэтому Риббентроп по поручению Гитлера просит Советское правительство опровергнуть эти слухи в форме, которую оно сочтет удобной. Лучше, если бы это опровержение было сделано в положительной форме, т. е. что Советское правительство не отводит своих войск с границы, а, наоборот, усиливает военные силы на границе. Или желательна такая форма опровержения, в которой было бы указано, что об отводе войск с границы не может быть и речи, так как в такое тревожное время всякое правительство не уменьшает войска на границе, а усиливает их.

Молотов спрашивает, верит ли этим сообщениям германское правительство.

Шуленбург отвечает отрицательно.

Молотов говорит, что он посоветуется, как это сделать, и подчеркивает серьезность, с которой мы относимся к заключенному нами пакту с Германией. Уже один факт появления такого рода слухов показывает серьезность нашего отношения к пакту...» [217]

Как вы думаете, что сделали Сталин и Молотов? Чуть ли не дословно выполнив просьбу Шуленбурга — Риббентропа, все сделали наоборот. Они что просили — «лучше, если бы это опровержение было сделано в положительной форме, т. е. что Советское правительство не отводит своих войск с границы, а, наоборот, усиливает военные силы на границе. Или желательна такая форма опровержения, в которой было бы указано, что об отводе войск с границы не может быть и речи, так как в такое тревожное время всякое правительство не уменьшает войска на границе, а усиливает их». Ну и получили то, что хотели — в «Правде» было опубликовано опровержение, в котором было сказано, что Советский Союз усиливает на советско-польской границе гарнизоны. Но ведь гарнизоны — это же не полевые войска, они с криком «ура» не бегают. Поляки все поняли и оставили самый минимум на польско-советской границе. Вот только высшее руководство и командование Польши вовсе не намеревалось всерьез воевать. Подавляющая часть польской армии понеслась впереди собственного визга от страха, а польские генералы — впереди визга собственной армии. К 17 сентября подавляющая часть и польского руководства, и польского генералитета уже была в Румынии. Помните, выше указывалось, что еще в мае 1939 г. заместитель министра иностранных дел Польши М. Арцишевский заявил германскому послу в Варшаве Г. Мольтке о том, что Ю. Бек «был бы готов договориться с Германией, если бы удалось найти какую-либо форму, которая не выглядела бы как капитуляция».

Они и нашли эту форму, которая не выглядела как капитуляция — понеслись за пределы своей Польши впереди собственного визга! Разве можно поляков обвинять в том, что они успешно преодолели марафонские дистанции со скоростью спринтеров?! Ведь не капитулировали же, а драпанули! Ну а потом кто должен быть виноват в том, что они пешком драпали от тевтонов столь усердно, что те даже на автомобилях не могли их догнать? «Естественно», что «проклятые москали»! Не дали возможности перейти в решительное контрнаступление, сорвали грядущую победу ляхов над тевтонами!? Батюшки, свят-свят, а у вас, «господа» ультраотмороженные, в том числе и поляки, с головой-то как, все ли в порядке?! Уж если кто и сорвал, так только не Советы. Бритты, к примеру, дважды вынуждали ляхов прекратить мобилизацию. Те и опоздали с мобилизацией — Гитлер и влупил им загодя отмобилизованным вермахтом. А чего так бритты беспокоились за польскую мобилизацию?! А чтобы Адольф Гитлер мог бы спокойно раздолбать Польшу и выйти на польско-советскую границу без особых помех. А вот Советы, даже при наличии советско-германского договора о ненападении, пришли на помощь Польше и поставили ей стратегическое, особенно в условиях войны, сырье — хлопок, который крайне необходим при производстве пороха [218] . Кроме того. Как известно, к 17 сентября немцы разгромили (или окружили) практически все соединения польской армии. Тем не менее, невзирая на этот же советско-германский договор о ненападении, Красная Армия без помех пропустила для действий против немцев сохранившуюся и дислоцировавшуюся в восточных районах оперативную группу «Полесье» в составе 55-й и 60-й польских пехотных дивизий. Вот и сражались бы поляки с тевтонами, однако, увы... Но при любом раскладе самых объективных, самых проверенных и подтвержденных всеми мыслимыми доказательствами фактов, поляки все равно будут твердить, что виноваты «москали»! Ну, что тут сказать?! Разве что только по-русски — одно слово, поляки, едри их в корень! ..

Что же до так называемого сговора ради незаконного раздела Восточной Европы, особенно Польши, а также Прибалтики, то должен вернуть читателей к предыдущему анализу. Если «секретного дополнительного протокола» не было, если он натуральная фальшивка, то о каком же сговоре может идти речь?! О каком незаконном разделе, тем более по договору или якобы «секретному дополнительному протоколу»?! Ведь даже Гитлер из преисподней свидетельствует, что не было никакого сговора насчет законного или незаконного раздела. Ведь в чем этот мерзавец обвинил СССР 22 июня 1941 г.? Да в том, что Советский Союз якобы нарушил договоренности от 23 августа 1939 г. и объяснил это тем, что эти договоренности основывались на обязательстве правительства СССР «...Не занимать, не большевизировать или аннексировать входящие в сферу его влияния государства...». А что это означает?! А это означает, что не было никакого «секретного дополнительного протокола», не было никакого законного или незаконного раздела Восточной Европы на основе сговора, который якобы был изложен в виде «секретного дополнительного протокола». Потому как не было самого этого «секретного дополнительного протокола» и тем более сговора о разделе. А то, что советские войска были введены на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины, или той же Прибалтики — это извините, совсем другое дело. Но даже если и считать, что пресловутый «протокол» якобы был, то разве в этом фальсификате что-либо подобное указано?!

И Западная Украина, и Западная Белоруссия, и Прибалтика были нагло украдены у России в годы Гражданской войны и иностранных интервенций. Первые две под прикрытием Антанты своровала Польша. Попытки же и тогдашних, и современных польских властей утверждать, что это исконно польские земли — полностью не состоятельны. Это исконно русские земли и то, что это так, почти три века назад письменно подтвердили еще сами польские сенаторы в одном из писем на имя Петра I в 1723 г.. которое было передано через русского посла в Польше С. Г. Долгорукого. И ведь смачно же признали — сами же написали, что речь идет о «русских областях, находящихся под польским владычеством» [219] . Никто их за язык не тянул, секирой не угрожал, на кол не сажал, хотя именно там им самое место. Они сами, добровольно признали и зафиксировали этот факт. Ну, а ныне соответствующий документ хранится в Российском государственном архиве. Так что нечего спесивым шляхтичам попусту русофобскую дурку-то валять!

Теперь обратим внимание на Прибалтику. Она тоже была нагло украдена, только более изощренным способом. Напомню, что осуществил это подлое и предательское действо двойной англо-американский агент стратегического влияния — бывший российский адмирал А. В. Колчак, который с 31 декабря 1917 г. находился на официальной службе британского короля, прекрасно осознавая, что стал наемным военачальником (кондотьером) [220] .

Комментарий. Осуществлено это было следующим образом.

26 мая 1919 г. Верховный совет Антанты направил адмиралу ноту, в которой, сообщая о разрыве отношений с советским правительством, выразил готовность признать его верховным правителем России. И вот что характерно. Признать-то они его признали, но ведь только де-факто. Но при всем при этом потребовали от него сугубо юридических действий — выдвинули ему жесткий ультиматум, согласно которому Колчак должен был письменно согласиться на:

1. Отделение от России Польши и Финляндии, в чем никакого смысла, особенно в отношении Финляндии, не было, кроме как яростного стремления Лондона обставить все так, что эти страны получили независимость якобы из рук Антанты. Дело в том, что независимость Финляндии была дарована советским правительством еще 31 декабря 1917 г., что, кстати говоря, Финляндия празднует до сих пор. То был верный шаг, ибо ее пребывание в составе России, куда по Фридрихсгамскому договору 1809 года ее включил еще Александр I (по ходатайству предка будущего правителя Финляндии Маннергейма), было не только бессмысленным, но и опасным в силу полыхавшего там сепаратизма сугубо националистического толка. Что касается Польши, то по факту событий октября 1917 года она и так стала независимой — Ленин этому не мешал.

2. Передачу вопроса об отделении Латвии, Эстонии и Литвы (а также Кавказа и Закаспийской области) от России на рассмотрение арбитража Лиги Наций в случае, если между Колчаком и «правительствами» этих территорий не будут достигнуты необходимые Антанте соглашения.

Попутно Колчаку предъявили ультиматум и в том, чтобы он признал за Версальской конференцией право решать судьбу и Бессарабии. Кроме того, Колчак должен был гарантировать, что он не будет восстанавливать «специальные привилегии в пользу какого-либо класса или организации» и вообще прежний режим. Небольшое пояснение. Попросту говоря, Антанту не устраивала реставрация не только царского режима, но и даже режима Временного правительства. А если проще, то единой и неделимой России как государства и страны.

12 июня 1919 г. Колчак дал необходимый Антанте письменный ответ, который она сочла удовлетворительным. Еще раз обращаю внимание на особую подлость Антанты. Колчака-то она ведь признала только де-факто, но ультиматум-то выставила де-юре. А ответ от признаваемого всего лишь де-факто «верховного правителя» России Антанта признала-таки де-юре.

В результате Колчак одним махом перечеркнул все завоевания Петра Великого и сам Ништадтский договор между Россией и Швецией от 30 августа 1721 г. По этому договору территории Ингерманландии, части Карелии, всей Эстляндии и Лифляндии с городами Рига, Ревель (Таллин), Дерпт, Нарва, Выборг, Кексгольм, острова Эзель и Даго переходили России и ее преемницам в полное, не отрицаемое и вечное владение и собственность. До Первой мировой войны, без малого два века, никто в мире это даже не пытался оспаривать, тем более что и сам Ништадтский договор был письменно подтвержден и гарантирован теми же Англией и Францией.

А в 1939 г. ту же самую Прибалтику изготовился своровать Гитлер — как необходимый плацдарм для нападения на СССР. Помните глубокомысленное изречение старого идиота Гинденбурга о том, что-де надо обеспечить свободу маневра для левого крыла германской армии в следующей войне против России?! Вот то-то и оно, что Гитлер в своих агрессивных устремлениях к Прибалтике руководствовался именно этим заветом старого негодяя, который назначил австрийского маляра главным тевтоном. Ведь в директиве Гитлера от 3 апреля 1939 г. указывалось на возможность оккупации в ходе войны против Польши также части Прибалтики. Вплоть «до старой границы Курляндии» [221] . Резкое усиление с весны 1939 г. германского влияния в Прибалтике в буквальном смысле слова вынудило советское правительство считаться с возможностью ее превращения в плацдарм для нападения Германии на СССР. Ввод советских войск летом 1940 г. на территорию государств Прибалтики был произведен советским правительством не в порядке реализации советско-германских договоренностей, а в целях предотвращения военной оккупации либо политического подчинения этих территорий и государств, подготавливавшихся гитлеровской Германией в нарушение действовавших соглашений. Обладавшие очевидным антигерманским характером и направленностью, эти действия советского правительства имели большое значение для укрепления безопасности Советского Союза.

Так что возврат этих территорий принципиально был законным и обоснованным. Однако, в отличие от преступно подлых и предательских действий Колчака и Антанты, СССР осуществил это в строгих международно-правовых рамках. Вопли же о том, что-де СССР чуть ли не напал на эти государства, не состоятельны. Даже если и считать, что пресловутый «секретный дополнительный протокол» был явью, то все равно там ни хрена нет такого, что свидетельствовало бы о намерении СССР напасть на Прибалтику, и Литву, в частности. Выше уже указывалось, что все пункты якобы имевшего несчастье быть подписанным самого первого секретного дополнительного протоколах гипотетичны. Более того. Попытки привязать ввод советских войск, например, в ту же Литву к самому первому «секретному дополнительному протоколов и в целом к советско-германскому договору о ненападении от 23 августа 1939 г. попросту не состоятельны. И всего лишь по той простой причине, что реально вся территория Литвы была включена в сферу интересов СССР только 28 сентября 1939 г.