Чтение онлайн

Жили-были куры в курятнике. Просо ели, воду пили и за это несли яйца. Жизнь шла спокойно и размеренно: вылупился из яйца, ешь побольше, спи подольше и …и все! Больше ничего делать не нужно. Самое главное: вечером – на насест, утром – с насеста, рот не открывай, крыльями не маши, жизнь хороша, и жить хорошо.

Была у кур только одна неприятность – волк. Но еще неприятнее было то, что волк этот был вегетарианец. Вегетарианец-то вегетарианец, а головной боли от него… Дело в том, что периодически этот зверь-извращенец ни с того ни с сего возникал в курятнике и устраивал переполох. Все куры знали, что есть он их не собирается, но по привычке поднимали крик, хлопали крыльями, изображали попеременно то испуг, то гордость, то агрессию, то принятие неизбежного. Но весь драматизм ситуации усугублялся тем, что после каждого визита волка-вегетарианца в курятнике недосчитывались одной, а то и пары курочек, а то и нескольких петушков. Ясное дело, мокруху вешали на волка. И хотя зверь исчезал всегда также незаметно, как и появлялся, не вкусив ни пуха, ни пера, куры еще долго обсуждали его оскал, шерсть дыбом и исключительно наглое поведение. Но больше всего слез было пролито по безвременно ушедшим, точнее, по безвременно улетевшим сестрам и братьям. Дело в том, что в пылу да в азарте некоторые куры так махали крыльями, что взлетали в воздух, и, ощутив свободное парение, улетали в выси небесные без оглядки и без сожаления.

Но рано или поздно всему приходит конец. Конец был прост, предсказуем и прозаичен. Как-то волк-вегетарианец явился в курятник по своим волчьим вегетарианским делам, и куры его заклевали. Весь вечер они праздновали победу, начало новой жизни и строили планы на будущее. Утром пришел хозяин, а вечером чистые тушки ровными рядами украшали прилавок местного продуктового магазина, над дверью которого красовалась вывеска «Ни пуха, ни пера». Конец.

Жили-были два брата, два «Д». Это не Дурень с Дураком, а Думающий и Доказывающий. Ну, звали их так по-особенному. А чем хуже, чем Петька да Ванька? Всем были они мужики нормальные, и водку пили, и баб по амбарам тискали, и подраться, если чего там. Только вот, в соответствии со своим наименованием, один только думал, а другой это доказывал. Никогда братья не ссорились, так как разногласий между ними не возникало по указанной выше причине. (Что бы один не придумал, другой это обязательно доказывал). Лежат как-то братья на завалинке, косточки греют, на солнце щурятся. Вдруг Думающий говорит: «А думаю я, что Солнце вокруг Земли вращается». Тут второй брат подхватывает: «А то! Как же, сто раз видел: на Востоке всходит, а на Западе садится. Точно, Солнце вращается вокруг Земли». «А еще я думаю, что Земля плоская, как тарелка», – говорит Думающий. «А то! Как же, если бы она была не как тарелка, то вода из моря-океана давным-давно бы вытекла. Точно, плоская, как тарелка», – вторит Доказывающий. Вдруг, ни с того ни с чего, братан Думающий говорит: «Думаю я, что все бабы-дуры!» «Точно, дуры. Ты хоть на мою жену посмотри, хоть на свою. Ты у них хоть про экзистенциализм спроси, хоть про криптозоологию. Только и знают, что про шмотки да сериалы. Так и есть, все бабы-дуры».

Заболел как-то один из братьев на голову, крепко заболел – лежит, помирает. «Умру я, наверное, скоро от этой болезни проклятой», – жалуется Думающий. «Точно, умрешь, все от этой болезни умирают. Взять, к примеру, соседа Телетраста, он так вот неделю пролежал, а намедни преставился. Так и есть, умрешь ты от своей болезни». Тут Думающий как закричит: «Нет, весь я не умру, – и уже хотел продолжить цитату, как спохватился и заорал, – есть одно лекарство заморское, sweet votum называется. Достаточно одной таблэтки». «Как пить дать, весь ты не умрешь. Есть такое лекарство заморское. Вот сосед, к примеру, татарин этот Бус Герей, так вот, как и ты, неделю пролежал, а после встал – и по бабам», – добавляет Доказывающий. Так они долго жили в мире и согласии. Пришел как-то с утречка один к другому. Посидели, покурили. Думающий, как обычно говорит: «Я так думаю, что люди умеют летать, если захотят». «Точно, видел я одного такого на прошлой неделе. Деда Ала помнишь?

Иду я из бани, а он в воске, аки пчела, и в перьях, аки лебедь… и летит, лепота!» Как бы там ни было, но только после этого разговора никто братьев больше не видел. Долго их искали, но думали, что не найдут… и не нашли. То ли, вправду, улетели, то ли не было их вовсе. Позже появилась в народе поговорка: «ЧТО БЫ НИ ДУМАЛ ДУМАЮЩИЙ, ДОКАЗЫВАЮЩИЙ ЭТО ОБЯЗАТЕЛЬНО ДОКАЖЕТ..»

Помнишь хасидскую притчу про козу? Это когда бедному еврею жилось так плохо, что он пришел к раввину за советом. Раввин посоветовал ему в дом, где тот жил со своими десятью детьми, с женой и тещей, перевести жить козу и цыплят. И, когда жизнь стала невыносимой, сказал, чтобы бедняк вернул козу и цыплят во двор. Дело в том, что мы точно так же поступаем со своими глубинными разговорами. В твоей жизни всегда будет «полный дом детей, жена, теща» и еще масса различных вещей, которые будут тебя раздражать, бесить, выводить из себя, не давать спокойно жить. Но ты только то и делаешь, что на полном автомате тащишь в свой дом «козу и цыплят», свои глубинные установки, при этом страдаешь невыразимо, но, в отличие от этого крестьянина, ты продолжаешь «держать козу в доме». Кстати, заметь, что именно бедняк из притчи и ты ощущаете, когда «коза и цыплята» вновь возвращаются во двор: Радость, Свободу, Лёгкость!

А помнишь этого самого большого приколиста с Востока Ходжу Насреддина? Помнишь, как он сидел посреди базарной площади и, держа перед собой огромную корзину с горьким перцем и горько плача, поедал перчину за перчиной? Когда к нему подходили и спрашивали, зачем он это делает, то он отвечал, что надеется, что, может быть, попадется хоть одна сладкая. А потом продолжал плакать, чертыхаться, проклинать перец и злую судьбу, но все-таки ел. Суфии, рассказывая эту историю, показывают наш человеческий подход к жизни. Мы продолжаем делать и делать одно и то же в иллюзорной надежде, что, может быть, когда-нибудь попадется эта «сладкая перчина». И, если она когда-нибудь случайно попадается, где-нибудь в конце жизни, то радуемся, как маленькие дети, тому, что можно было иметь всю жизнь.

Как-то Ходжу Насреддина пригласили в мечеть выступить перед прихожанами. Всем была известна мудрость философа, народу собралось много, и каждый надеялся услышать что-то очень важное для себя. Насреддин вышел и спросил: «Знаете ли вы, что я хочу вам сказать?» «Нет», – послышались голоса из толпы. «Если вы не знаете, что я пришел вам сообщить, значит, вы слишком невежественны, чтобы понять то, что я хочу сказать! Я ухожу». Но Ходжу так уважали и ценили его мудрость, что пригласили еще раз. Он задал тот же вопрос: «Знаете ли вы то, что я хочу вам сказать?» «Да, да!»– послышались голоса. «Прекрасно, значит, мне не надо тратить время», – сказал Насреддин и ушел. Когда его пригласили в третий раз, и он спросил, знают ли собравшиеся, что он пришел им сообщить, одна часть людей кричала: «Да!» Другие кричали: «Нет!». «Вот и замечательно, – сказал философ, – пусть первые расскажут вторым, а я пойду по своим делам».

Великий принцип неопределенности психологии гласит: «НЕЛЬЗЯ ЧУВСТВОВАТЬ И МЫСЛИТЬ ОДНОВРЕМЕННО». Другими словами, если ты что-то ощущаешь и что-то размышляешь по поводу своих чувств, то это совершенно разные вещи. Ощущать и размышлять одновременно невозможно . Казалось бы, мелочь, но только из-за её непонимания, точнее, из-за неприятия этой мелочи люди имеют самые большие неприятности в их жизни. Например, ты занимаешься любовью с женщиной и при этом размышляешь: «Правильно ли я занимаюсь любовью? Достаточно ли я сексуально дышу, достаточно ли часто совершаю телодвижения, или, может, от меня плохо пахнет, а чистил ли я зубы сегодня утром?» Как только твой УМ захватывает пространство, твоим чувства просто нечего делать. Есть и другой момент, другие ситуации, когда тобой овладевают чувства. В эти моменты ты способен на совершенно безумные поступки и действия. У твоего ума есть своя функция, свое особое задание – выживание. Когда жизнь тебя достала, и ты вот-вот уже готов предпринять что-то очень важное и решиться на отчаянный поступок, возникает вопрос: «Ты в здравом уме? Ты с ума сошел! Ты – безумец!» Вся твоя УМНОСТЬ имеет только одну цель – чтобы ты выжил как особь! Сначала твой ум тебе подсказывает кричать погромче, когда у тебя памперсы мокрые или когда проголодался. Потом эти игры становятся изощреннее, и ты начинаешь орать, что было сил, чтобы тебе купили игрушку. Если же этот способ не проходит, твой окрепший ум подсказывает тебе новый способ, например: «Заболей, тебя пожалеют и купят». Или, обидься, или, по крайней мере, сделай вид, что обиделся. Есть еще способ – отморозиться, и твой ум вскоре убедит тебя в том, что тебе эта игрушка и не нужна вовсе. Ум оккупировал практически всю твою жизнь, оставив место, может быть, только безутешным слезам в подушку, когда больше никто не видит, или если со всего размаху грохнешь молотком по пальцам. А в остальном ты продолжаешь выживать вместо того, чтобы жить. Этот тренинг о том, чтобы хоть на какое-то время остановить работу ума и пережить свои ощущения. Твой ум – это огромный механизм: шестеренки, звездочки, подшипнички, гаечки, болтики. Причем все это еще и достаточно паршиво смазано, кое-что давно сломалось, но все еще вращается и продолжает перетираться этим гигантским механизмом. За этим лязгом и скрежетом ты не в состоянии услышать ничего, кроме голоса твоего ума: успокойся, не высовывайся, доверять нельзя, не рискуй, надо всегда контролировать свои чувства, у тебя это не получится и т. д. Говорят, что Святые обходятся без чувств, во всяком случае, их не выражают. Само выражение чувств необходимо только лишь для того, чтобы отделить чувства от разума. Представь себе на минуточку (на дольше не надо), что разума нет, и никогда не было, есть только ощущения, чувства, переживания. Чувства-то были бы, но не было бы самой категории слова, понятия «чувства». Такая необходимость появляется только тогда, когда «чувства» нужно отделить от «не чувств», от разума. «Безумцы» в этом смысле обходятся без чувств, потому что постоянно живут в мире ощущений. Ты всегда будешь жить то в том, то в другом мире (и никогда в двух одновременно).

Вообще-то все это похоже на кормление. Твое Сознательное, твой ум кричит тебе: «Есть хочу! Дай мне что-нибудь вкусненькое для пущего понимания! Дай!» А тут уже в другое ухо вступает твое Бессознательное, твои чувства: «Ничего не хочу понимать, ощущать хочу, причем с утра до вечера, слышишь, круглосуточно! Дай мне чувств ярких, незабываемых, да побольше!» А тебе нужно накормить и одного, и другого птенчика, иначе разорвут – то они тебя на части. Со всех сторон сегодня только и слышно: «приобрести духовную гармонию», «душевное равновесие», «внутреннюю целостность». Все это так или иначе обозначает одно: нужно добиться, чтобы Сознательное и Бессознательное договорились о мире и согласии.

Упражнения, которые этому содействуют, сродни дзеновским коанам, цель которых поставить ум в тупик, сделать так, чтобы «ум сошел с ума», закипел, начал плавиться и, наконец, взорвался! И если тебе в ходе этих упражнений будут приходить мысли, типа: «Я ничего не понимаю», «это бред какой-то», – значит, ты на правильном пути, но все еще продолжаешь думать. Коан – это как короткое замыкание, когда ум временно выключается. Самые известные коаны дзена: «Как звучит хлопок одной ладонью» или «Если все возвращается к Единому, то к чему возвращается Единое?» Есть у нас и чисто европейские, наши коаны. Мы их по-простому называем логические парадоксы. К примеру, «Что появилось раньше: курица или яйцо» или «Если Бог действительно так всемогущ, то он может построить такую стену, которую никто не сможет разрушить. Но, если он ее не сможет разрушить, действительно ли он всемогущ?» Именно в такие моменты, когда твой рассудок пытается взять себя в руки, и возможно просветление. Это еще похоже на яркую вспышку света в темной комнате. Несколько секунд ты не в состоянии ничего разглядеть, ты занят только тем, чтобы поскорее сфокусировать зрение.