Чтение онлайн

— Вот, это лучшее предложение, что есть сейчас. Лучший дом, лучшая квартира в городе. Дом в центре, пентхаус на последнем, 32 этаже, самая высокая точка города, отовсюду прекрасный вид на город, и, заметь, единственный такой. 276 квадратных метров достаточно для одинокого холостяка твоего уровня. Ещё около 80 приходится на застеклённую террасу на крыше, которую по желанию можно превратить во что угодно: от сада или смотровой площадки, до бассейна. Дизайн интерьера был выполнен приглашёнными миланскими дизайнерами, система умный дом включает в себя…

Я подробно рассказала о защите, великолепных технических начинках. Текст отскакивал от моих зубов, любо-дорого послушать. Боровский ходил по гостиной перед окнами, не слушая, думая о чём-то своём. Я всё рассказала и ждала, что он скажет. Но он смотрел на расстилавшийся внизу город и молчал.

— Александр?

Он обернулся, словно очнувшись от сна.

— Зови меня Алекс, пожалуйста, — в его голосе послышались нотки раздражения.

— Хорошо.

Подумаешь, Алекс так Алекс, язык не отсохнет, подумала я недовольно. Хотя почему-то как раз язык не ворочался так его назвать, это было как-то… интимно что ли. Я попробовала про себя несколько раз произнести, попробовать на вкус: Алекс, Алекс. Нет, не могу.

Между тем Боровский подошёл ко мне и хмуро, с сомнением, спросил:

— Тебе правда нравится?

— Это лучшее предложение в городе, — безэмоционально кивнула я.

— Это не то, о чём я спросил.

— Ну, — оглянулась я, хотя уже была здесь, — она, конечно, большевата, как для меня. Я бы немного перестроила её под себя, кое-что изменила, но в целом, эта квартира ценится не за дизайн интерьера, а за расположение и вид из окон. Весь город как на ладони, полная панорама, со всех четырёх сторон. Личная терраса на крыше. Конечно, мне нравится. Что тут может не нравится? Я просто никогда не задумывалась над этим, ведь мне никогда в такой не жить.

С языка чуть не сорвалось, я же не чудовище. Но я вовремя остановилась. Он не заметил, думая, о чём-то своём. Снова отвернулся к окну, засунув руки в карманы. Пока я выдавала ему информацию, успела порассматривать его. Снова элегантный костюм в тонкую едва различимую полоску немного непривычного кроя, у нас я таких не видела, даже у щеголеватого Крекшина. И снова бриллиантовые запонки в рукавах бледно-лиловой рубашки.

Но если на презентации был обычный новодел круглой формы, то сейчас они были квадратные и явно антикварные. С каким-то изображением то ли рыцарского креста, то ли старинного герба на чёрном фоне — эмаль? Или что-то другое? Они составляли пару печатке на безымянном пальце левой руки. Не то чтобы я сильно разбиралась в драгоценностях, но разница в данном случае между обычной, хоть и дорогой ювелиркой и драгоценностью, которой уже не одно столетие, была очевидна даже для меня с первого взгляда.

Только вот в символах я не разбиралась, поэтому определить изображение на этих украшениях не смогла. Но они вызвали любопытство. А ещё опять подумалось, вот откуда в нём это? Что за жизнью он живёт, в которой уживается зверь-человек и, судя по всему, насчёт умения разбираться в антиквариате, он не врал.

Поскольку он молчал, я продолжила:

— Есть ещё одно достойное тебя предложение. Отреставрированный старинный особняк в историческом центре. Он принадлежал Нарышкиным, затем недолгое время там был госпиталь, потом медучилище. Затем временно его перевели в музей, а потом, как водится, в частную собственность. Сейчас там продаётся квартира, занимающая весь второй этаж особняка, тоже около трёхсот метров. Отдельный вход. На первом этаже гараж на три машины. И в левой половине частные магазинчики с отдельными входами, но можно договориться и выкупить. Тогда весь особняк будет в твоём распоряжении. Он ценен своим историческим значением. Да, потолок там пять метров, все коммуникации новейшие…

Я опять говорила потрясающе интересные вещи в пустоту.

— Послушай, — перебил он меня наконец, отвернулся от созерцания окон, подвёл к барной стойке, усадил и сел рядом сам, — это всё замечательно. Но ты знаешь мой секрет, и вот давай сейчас как раз проверим наше намерение о дружбе. Как друг, помоги мне. Мне нужна квартира под меня — обычная квартира, но чтобы у подъезда было два выхода, а также выход на чердак и на крышу. Для отхода, в случае чего. А также минимум соседей и нелюбопытных. Можешь сделать? Эту я, пожалуй, оставлю для понтов, для статуса. Буду сюда гостей и девчонок приводить. М?

— Александр…

— Алекс, — прорычал он.

— Не могу, извини. Я конечно, ценю твоё намерение воспользоваться помощью друга, — теперь и в моём голосе звучал сарказм, — но я же не знаю твоих намерений. Ты не хочешь открывать зачем ты здесь и какие цели преследуешь, ладно, это твоё право. Но такие квартиры ищут обычно преступники, которые собираются совершить преступление, а потом скрываться. И в этом я тебе навстречу пойти не могу, я не хочу быть твоим пособником и соучастником.

Он смотрел на меня, играя желваками, глаза затягивали в свою ледяную пустошь.

Глава 11

Он смотрел на меня, играя желваками, глаза затягивали в свою ледяную пустошь.

— Ладно, ты права. Я хочу от тебя многого, не давая в ответ никакой информации. Я поделюсь с тобой кое-чем.

Он протянул руку и положил на мою. Я отдёрнула как от ожога.

— Слушаю.

— Видишь ли, с недавних пор, я, если и не стал почти суперменом, но не совершаю ничего противоправного. Ну, то есть я не этот, бэтмен, человек-летучая мышь, который спешит на место преступления, чтобы спасти жертву, я не герой и не совершаю подвигов. Никого не спасаю. Но и не убиваю умышленно. Я не выхожу, знаешь, в образе чудища на улицу и не мочу всех подряд налево и направо, — он говорил насмешливо, но в глазах была такая тоска, что я ему верила. — В общем, тебе нечего бояться, я не преступник, не убиваю хороших. Только плохих и защищаюсь.

Он смотрел на меня осторожно, ожидая реакции. Я помолчала, пытаясь пораскинуть мозгами. Но под его взглядом это было сложно. Тем более он был рядом, совсем рядом — только руку протяни. Тот, кого я так долго боялась, и кто приходил мне в кошмарных снах на протяжении восьми лет! Мне было неуютно рядом с ним. Одновременно хотелось бежать от него подальше и узнать побольше. Любопытство не лучшая моя черта. Реагировать надо было быстро, и я решила быть искренней, будь что будет.

— И я должна вот так просто тебе поверить? С чего бы? Я знаю тебя, ты не добрый самаритянин…

— Я этого и не говорил. Да, я зверь, я чудовище…

— Кто ты? — осторожно спросила я. — Оборотень? Волколак?

— Нет. Разве ты не видела, что я не волк?

— Я слышала и о других оборотнях, о собаках, медведях, птицах…

— Ну ты же видела меня, — он усмехнулся.

Я ничего не видела, но не разубеждать же его сейчас, всё равно не поверит. А если подумает, что я ему вру, может сам закрыться. Тогда из него вообще ничего не вытяну.

— Тогда кто же ты?

— Мутант.

— Кто?! Это как?

— Долго объяснять, сейчас не время. И, прости, и нет желания. Пока! Наша дружба только зарождается, — он улыбнулся, пытаясь смягчить сказанное, хотя его улыбка для меня выглядела больше как оскал, — а ты хочешь узнать всё сразу.

— Да, прости, — стушевалась я. — Просто мне очень сложно поверить в твои добрые намерения.

— Да нет у меня добрых намерений! — взбесился Алекс. — Я только не причиняю вреда. Если, конечно, на меня не нападут сами, — сразу поправился он быстренько. — Я дал слово одному человеку…