Чтение онлайн

Ацу не в первый раз пожалел, что не умеет читать эмоции, написанные на чужих лицах – хотя и отец, и Каринэ-Ито были достаточно искушены в правилах этикета, чтобы не выказывать истинных чувств, следовательно, проку в пристальном наблюдении оказывалось немного. И тем не менее младшему сыну Мурасе-Ито очень хотелось определить предмет разговора.

Если речь и в самом деле идёт о будущей свадьбе... значит, близок уже тот день, когда Эстене Каринэ-Ито войдёт в их семью. А потом – потом настанет черёд его, Ацу – жениться на Ллии.

Конечно, не раньше, чем он окончит Королевскую школу – ещё три года, а потом, может, придётся повременить ещё года два, проходя обычную для новоиспечённых магов практику – и только после того Ацу станет формально свободен располагать собой. Неплохо всё-таки, что королевских магов обучают так вдумчиво и тщательно. И так долго.

Удивительно, раньше Ацу приходилось лишь сетовать на слишком затянутый курс обучения: ведь в Королевской школе целых девять лет вбивают знания в головы учеников – и вдобавок ещё два года практики – намного дольше, чем в обычной школе. Ллия, к примеру, закончила свою учёбу в этом году, а ей исполнилось всего девятнадцать.

Впрочем, Ллия девушка, этим всё сказано. Ей нет нужды получать определённую профессию, овладевать каким-то мастерством, учиться зарабатывать на жизнь. Будущее Ллии – как и любой другой представительницы рода Ито – расписано заранее, разложено по полочкам, определено – хоть гобелен вышивай, узор уже не изменить: ей суждено оставить семью, войти в дом мужа, стать частью чужого уклада и поддерживать его всеми силами. Как мать Ацу, урождённая Ито-Асуэ, как будущая жена брата, Эстене Каринэ-Ито, как прочие женщины рода, воспитанные с осознанием неизбежной разлуки, прощания с родной семьёй.

А прощание неминуемо.

Водный материк, куда переселились Хиносе, – расстояние отсюда слишком велико, чтобы возможно было постоянно навещать друг друга. Если Ллия станет его женой, она не сможет, стоит только захотеть, видеться с родными. Даже сегодня, хотя собравшиеся находятся тут по случаю выпускного дочери Ито-Хиносе, из всех представителей этой семьи присутствуют лишь трое: глава, его жена и сама Ллия. Через несколько десятков лет с ними произойдёт то же, что с родом Ито-Ине, породнившимся с Земными: сейчас это дальняя ветка, почти не имеющая веса в семейных вопросах.

Впрочем, Ито-Ине спасает многочисленность. Ито-Хиносе не доступно даже это: вместе с Ллией их не больше двенадцати человек, от деда и бабки Ллии до недавно появившегося на свет малыша Инивена.

– Ацу, – дальнейшее погружение в родовые связи прервало внезапное обращение: прямиком, без церемоний, по одному только короткому имени.

Ллия, больше некому.

Адепт Королевской школы поднял голову, мимоходом окидывая взглядом помещение. Каринэ-Ито по-прежнему стоял у окна неподалёку, только теперь его собеседником был не отец Ацу, а двое из рода Ито-Мисте, кажется, супруги одной из побочных ветвей. Бездумно Ацу поискал отца и тут же спохватился: некрасиво оставлять Ллию без внимания.

– Ацу, я... – начала было девушка и замялась.

Глаза их встретились: вопросительный, выжидательный взгляд Ацу и настороженно-лукавый, как будто чуть испуганный – Ллии. И, словно спровоцированная этим столкновением, кузина вспыхнула, сверкнула глазами и – рассмеялась.

– Вот, – будущий маг не сразу сообразил, что ему вручают: на раскрытых ладонях кузины стоял небольшой продолговатый ящичек, лучше сказать – узкая коробочка, обтянутая чёрно-фиолетовым бархатом.

– Что это?

– Это мой подарок Вам, – слова вылетали из её рта, звеня чёткими открытыми гласными, отскакивали от зубов, будто торопились стать услышанными.

– Это я должен был подумать о подарке, – смутился адепт, – ведь праздник проводится по случаю Вашего выпускного. Простите мою неуклюжесть в вопросах этикета.

– Что Вы, – улыбнулась кузина, возвращая себе утраченную было уверенность, – не надо, прошу Вас, официальных слов. Примите.

– Спасибо, – просто ответил Ацу, осторожно снял коробочку с ладоней девушки. – Могу ли я сразу же открыть его?

– Конечно, – она кивнула с готовностью, чуть зарумянилась – оценила жест кузена. Подарки от близких людей можно было смотреть в их присутствии; спрашивая разрешения, Ацу показывал, что считает Ллию «своей».

На чёрной мягкой ткани в обтянутой бархатом коробочке покоился длинный кинжал. В глаза Ацу прежде всего бросились тонкие, завораживающие переливы света на серебристом лезвии, и потом только – изящные узоры водной каллиграфии, выписывающие чеканные волны на рукоятке.

Будущий маг не сумел сдержать лёгкого вздоха восхищения. Возможно, одного лишь этого хватило бы кузине в качестве благодарности. Но в следующий же миг в сознании Ацу вспыхнуло воспоминание, встала картинка в учебнике, урок магических традиций мира, часть «Водные»: острые лезвия кинжалов для ритуальных жертвоприношений. На мгновение перехватило дыхание.

– Спасибо, – и в нехитрое это слово адепт вложил намного больше чувств, чем предписывалось обычной вежливостью.

Конечно, в руках его яростным беспощадным металлом на чёрной ткани сверкало не то самое оружие, не оригинал – да и не позволил бы никто вывозить с Водного материка одно из национальных сокровищ, – нет, это было всего лишь умелой работой, отбирающей дыхание безделушкой, всего лишь слепящим глаза подражанием. И тем не менее – неизвестный творец воспроизвёл ритуальный кинжал идеально, до самой последней мелочи.

Даже в Королевской школе им показывали только рисунки и гравюры, давали читать полные убористого текста листы описаний; держать в руках настолько точное подобие Ацу довелось впервые.

– О, Вы изволили обрадоваться! Я так счастлива! – ещё чуть-чуть, и преувеличенная вежливость фразы заставила бы заподозрить насмешку. Но похоже, кузина всего лишь растерялась от долгой разлуки и не определила ещё, на каком уровне ей следует вести разговор с наречённым, оттого и перемежала близкое обращение с высоким стилем. – Я боялась, быть может, не сумею угадать Ваших предпочтений.

– Любой подарок, полученный из Ваших рук, заставил бы меня обрадоваться, – ответил Ацу общепринятым выражением. – Спасибо.

Ллия чуть наклонила голову, смутилась. И, на мгновение отведя глаза в сторону, шевельнула было губами, как её прервал чужой голос:

– Ацуатари! Эллиния!

Ацу обернулся, уже зная, кого увидит: кузена Миттемиэна из рода Асуэ, по возрасту ровесника им с Ллией.

– Миттемиэн-диэ, – как и подобало девушке, Ллия склонилась в поклоне первой.

Ацу повторил движение: хоть с кузеном он был на равных, положение встречающей стороны, хозяина замка, обязывало.