Чтение онлайн

В 1974 году начнется строительство северного железнодорожного пути – Байкало-Амурской железнодорожной магистрали. Строительство дороги займет 10 лет, и в условиях вечной мерзлоты будет проложено 3000 км рельсов и шпал. На карте страны появятся десятки новых городов и поселков там, где раньше была лишь дикая тайга. Но самое главное, эта дорога откроет доступ к природным кладовым на огромной и раньше неосвоенной территории, к новым месторождениям металлов, угля, других полезных ископаемых. Огромные пространства прежде пустынной и безжизненной северной территории в результате оказались заселены людьми.

И опять, как и прежде, главную роль в строительстве железной дороги сыграет наша замечательная молодежь.

В одном из таких северных городов, построенных вместе с БАМом, живу и я. Называется город– Тында.

Город мой красивый, современный, уютный и чистый. Здесь живут в основном те, кто когда-то построил его. Здесь живут мои мама и папа, дедушка и бабушка. Все они строили когда-то БАМ. А еще у меня есть братик.

Иногда мне кажется, Егорка, что мы с тобой разные. Наверное, это так и должно быть. Уж очень большой отрезок времени нас разделяет. Изменилась не только наша страна – изменился мир. Вот, например, я уверена, что ты – пионер. А я нет, да и пионеров, октябрят, комсомольцев у нас давно нет.

Но какими бы мы разными ни были, я знаю одно. Мы с тобой жили и живем в одной стране., которую одинаково и сильно любим. И нет и не будет для нас ничего важнее и выше, чем интересы и нужды нашей Родины, которой мы служили, служим. И будем с честью служить.

Хмырова Юлия

Сначала прадеда на войну не брали, потому что он работал на мельнице. Это предприятие считалось оборонным. Но в 1942 года мобилизовали. Собирали на сборочном пункте в Благовещенске, потом отправляли в Куйбышевку-Восточную (ныне город Белогорск), там сходились бойцы со всей Амурской области. Несколько месяцев их обучали, а в самый разгар битвы под Москвой эшелон отправили на Западный фронт. На дальневосточной границе тогда стояли войска Квантунской армии. Время от времени японцы совершали нападения на нашу территорию. Как раз в это время в районе Читы произошла диверсия японцев, и наших дальневосточных воинов, ехавших в этом эшелоне, бросили в бой. В этом бою и погиб мой прадед Абдул Вахтович Сайфулин.

Мой двоюродный прадед – Павел Гаврилович Прохоров. Ему было 30 лет, когда его мобилизовали на фронт. Он участвовал в битве за Сталинград, командиром роты. Два раза был ранен и лечился в полевых госпиталях. Третье ранение в область живота было тяжелым, после него прадеда отправили домой в Благовещенск. Но на этом его война не закончилась. В августе 1945 года он участвовал в войне с Японией за освобождение Китая. За свои военные подвиги он награжден медалями «За отвагу», «За оборону Сталинграда», «За боевые заслуги».

Мужчины сражались на фронтах, а в это время дома, в Благовещенске, их жены и сестры тоже работали, в тяжелых условиях, и помогали фронту.

Сестра моей прабабушки Масолова Вера Гавриловна всю войну работала в Благовещенской механической мастерской, где изготавливали детали к патронам и пуговицы для солдатских гимнастерок. Осенью женщин отправляли на уборку картофеля в колхозы за Зею. Иногда приходилось убирать пшеницу и рожь. Там они работали до самой зимы. Потом возвращались снова в мастерскую и делали свою основную работу. За ее труд прабабушке было присвоено звание «стахановки» – самой передовой и добросовестной работницы. Ее фотография была помещена в газете «Амурская правда». За свой труд прабабушка награждена медалью «За трудовую доблесть в Великой Отечественной войне».

Мои родственники во время войны жили в большом доме, все вместе. В войну все тяготы переносили вместе. Воспитывали детей, ухаживали за раненым прадедом Павлом Гавриловичем. Все вместе переживали смерть другого прадеда…

Я слушала рассказы бабушки и поняла, что война многое отняла у людей: у кого папу, как у моей бабушки, у кого-то брата, сына – принеся людям слезы и страдания.

Спасибо моим предкам за их подвиги и за то, что они сражались за нашу землю и наш дом.

Шилов Андрей

Наступила осень золотая. И пришлось красным девицам да добрым молодцам в школу собираться. Явились в школу богатыри в белых рубашонках да в костюмах красивых от мала до велика. А девицы-то красные румянцем горят, на головах банты белоснежные, а в рученьках цветы красивейшие. Все рады видеть друг друженьку да хотят повеселиться пару неделек в «Васильке». Но тут выплыли из школы павушки-учителя, да как же они обрадовались своим ребятушкам, да и ребятушки обрадовались, ох и забыли про пару неделечек, что хотели погулять. И пошли по классам добры молодцы и красны девицы за своими павушками. И на радостях павушки со своими детушками поехали погулять да порезвиться. А потом приехали в «Наш дом» в светлы горницы уму-разуму набираться. На уроках павушки превратились в соколов ясных, начали знаниями бросаться, а ребятушки кто двойками, кто пятерками защищаться. Одолели соколы ясные ребятушек, смотрят теперь на них глаз не открывая ребятушки: красны девицы да добры молодцы.

Скрипченкова Лена

Учительница говорит Вовочке:

– Я задала сочинение о пользе молока на четыре страницы. А ты написал всего лишь полстранички»!

Вовочка отвечает:

– Я же писал о сгущенном молоке.

Илья Крайнов

Костер угасал. В нем едва теплилась жизнь, он чувствовал, что не пройдет и часа, как от него останется горка пепла и ничего больше. Маленькая горка пепла среди огромного дремучего леса.

Костер слабо потрескивал, взывая о помощи. Красный язык лихорадочно облизывал почерневшие угли, и Ручей, пробегавший мимо, счел нужным осведомиться:

– Вам – воды?

Костер зашипел от бессильной злости. Ему не хватало только воды в его положении! Очевидно, поняв неуместность своего вопроса, Ручей прожурчал какие-то извинения и заспешил прочь.

И тогда над угасающим Костром склонились кусты. Не говоря ни слова, они протянули ему свои ветки.

Костер жадно ухватился за ветки, и произошло чудо. Огонь, который, казалось, совсем в нем угас, вспыхнул с новой силой.

Вот что значит для Костра протянутая вовремя ветка помощи!

Костер поднялся, опершись о кусты, встал во весь рост, и оказалось, что он совсем не такой уж и маленький. Кусты затрещали под ним и потонули в пламени. Их некому было спасать.

А Костер уже рвался вверх. Он стал таким высоким и ярким, что даже деревья потянулись к нему: одни – восхищенные его красотой, другие – просто якобы погреть руки.