Чтение онлайн

– Тратим время. – Пробормотал Федот вслух, бросив взгляд на инфобраслет. – Можно и не успеть… – И повторил. – Можно и не успеть.

Ровный едва слышный шум корабельных систем показался Федоту рассеянным напевом себе под нос кого-то очень самоуверенного и хитрого, не желающего давать ответ на сложную загадку. Словно кто-то напевает «М-м… ну-ну… пораскинь сам мозгами, дружище… я-то тебе подсказывать не стану…».

И он снова подумал об Алане Коцебе. И вспомнил еще одно присловье Аль.

«На таких людях земля держится…», – говаривала оружейница с холодноватой улыбочкой и после паузы поясняла, – «…когда они в ней зарыты».

9

Разведывательный корабль нес на себе минимум вооружения. Но на крайний случай, и он таил в себе продуманные конструкторами спасительные сюрпризы. Изучивший с подачи Аль («Чтобы не попасть впросак, лучше знать по максимуму ту технику, которой пользуешься») все типы и устройства кораблей, как десантных, так и общевойсковых, Федот, не заглядывая в файл документации, легко вспомнил, что может ему предложить маленький корабль-разведчик.

Ему повезло. Большая яхта Алана Коцеба еще не ушла в гиперпрыжок, а продолжала плавать в безвоздушном пространстве на расстоянии прямой видимости от пересадочной станции. Запрос Федота на визит получил положительный ответ удивительно быстро, словно его ждали.

Пока крохотный одноместный челнок плыл к обтекаемой туше яхты Коцеба, Федот снова запустил запись и переслушивал, ощущая как холодные струйки пота медленно стекают по щекам, бегут по затылку, струятся по спине.

10

Разговор явно происходил под активированным «колоколом тишины», что добавляло к речи говоривших заметные помехи.

Голос собеседника Алана Коцеба был сладкозвучным баритоном, в котором чувствовались полное, вплоть до пресыщенности, довольство жизнью и неограниченные возможности.

– …Я мог бы начать говорить о неожиданности этого визита, но честно говоря, я совсем не удивлен. Скорее мы с коллегами спорили о том, насколько быстро вы придете к нам.

– О чем вы говорите?

А вот голос миллионера подрастерял самоуверенность, теперь он говорил как тот, кто старается сохранить хорошую мину при плохой игре.

Собеседник усмехнулся.

– Наш синдикат следит за всеми людьми столь же состоятельными как вы, многоуважаемый Алан Коцеб. А вы нажили себе так много врагов, что они были сами готовы предоставить информацию о вас по первому требованию. Поэтому мы в курсе насколько вы заигрались в неуязвимого властелина вселенной. Ваша деловая репутация наконец готова рухнуть. Ваши предприятия на грани банкротства. Ваш единственный выход состоит в том, чтобы всё распродать и наслаждаться простой и спокойной жизнью в доме с садом где-нибудь в глуши, на краю света. Но для этого, как я уже упоминал, вы нажили слишком много врагов. И простой и спокойной жизни вам не дадут. По нашей информации тюремное заключение в имперской колонии будет для вас меньшим из зол. Ведь есть масса людей, которые предпочтут, чтобы вы не дожили до суда. И не дожили – максимально болезненным способом. Поэтому вам нужны деньги: для защиты от окружающего мира и для того чтобы вести привычный образ жизни. А значит, вопрос состоял лишь в том, как быстро вы осознаете положение дел и наберетесь смелости прийти за помощью к тем, кто делает бизнес по ту сторону закона. Но мы не занимаемся благотворительностью. Поэтому меня интересует единственный вопрос: что вы можете нам предложить?

– «Страстоцвет».

Голос Алана Коцеба снова пришел в норму и обрел толику привычной самоуверенности.

– Расскажите.

– Буду краток. Я подобрал одного обиженного гения от генетики и дал ему небольшую лабораторию.

– Поддерживаете таланты?

– Меня заботит чистая выгода. А он предложил создать очень интересную вещь. Интересную для таких людей как вы.

– И что же это?

Насмешка в голосе безымянного собеседника Коцеба сменилась некоторой заинтересованностью.

– Ретровирус «Страстоцвет». Он встраивается в структуру ДНК и… Словом, он снимает интеллектуальный слой с человеческой личности, оставляя место лишь базовым инстинктам. При этом агрессия гасится, активируется только инстинкт размножения. Пока есть опытный образец, дающий временный эффект. Нужны дополнительные тесты. Идеальная секретность. Лучшая охрана. В перспективе – организация конвейерного производства. Но этим, как профессионалам, предстоит заняться вам.

Смешок.

– С чего вы взяли что нам понадобится препарат, превращающий человека в бешеного кролика? Девок в бордели вербовать?

Собеседник миллионера снова усмехнулся и вдруг осекся.

– Вы и сами уже догадались… – Вкрадчиво сказал Алан Коцеб. – Помимо указанной вами, и безусловно подходящей сферы применения, это отличное средство чтобы получить материал для шантажа любого, самого морально устойчивого политика. Причем в нужный вам момент, и в том месте, где вы заранее разместили средства записи. А можно погубить репутацию, спровоцировав публичный скандал, введя этот препарат политику перед его выступлением в женском колледже, например.

Коцеб шкодливо хохотнул.

– Любопытно!

– Вот именно. – Теперь в голосе бизнесмена начала крепнуть уверенность. Он горделиво продолжил: – Когда удастся добиться стойкого эффекта препарата, можно будет подчинять себе целые человеческие сообщества. Скажем, на планетах со сложными условиями, где эксплуатировать людей было бы дешевле чем роботов, но где люди быстро умирают… понимаете к чему я клоню?

– Ну, разумеется. Один передвижной бордель вместо зарплаты для всей шахтерской колонии?

– Вы совершенно правы.

– И ваш «обиженный гений» утверждает…

– …Он гарантирует. Нужно оборудование повышенной мощности и полгода, может год работы.

Недоверчивое хмыканье.

– И что же вы сами не беретесь за эту курицу, готовую нести золотые яйца?

– У меня сомнительная репутация. Уже за спонсирование этих художеств мне грозят немалые неприятности. А применение более серьезных мощностей суд приравняет к производству генетического оружия. И я…

– …И вы будете до конца своих дней делать из больших астероидов маленькие.

– Вы совершенно правы.

– И вы хотите…

– Сотрудничества. С нашим маленьким обиженным ученым я контактировал только через средства связи и подставных лиц, которых использовал втемную. Так что если мы договоримся, то я передам его на ваше попечение без малейшего ущерба проекту.

Повисшее молчание уже не было настороженным.

– А отчего я должен поверить, что вы, многоуважаемый Алан Коцеб, не присланы сюда провоцировать меня, скажем, имперской полицией?

– Как вы сами заметили, мои предприятия на грани банкротства. И если бы я решил поработать на имперскую полицию, ваша организация нашла бы метод, если не столкнуть меня в пропасть, то подтолкнуть к ней мой бизнес.