Чтение онлайн

То, что это неизбежно произойдёт, первым предупредил немцев японский адмирал Соэму Тоёда. Книга англичанина Роскилла, озвученная гросс-адмиралом Рёдером, твердила о том же. Дёниц, «отец» стратегии «суммарного тоннажа», относился к этим пророчествам скептически. Вместо того, чтобы использовать свои лодки там, где они могли нанести максимальный материальный ущерб, он направлял их туда где должно быть потоплено наибольшее количество торговых судов, не важно, груженых или в балласте. Так он увеличивал счёт потерь Союзников, не обращая внимания на то, какое место эти потери занимали в общих военных достижениях Рейха. При этом напрочь игнорировался характер грузов, правда делалось разделение между сухогрузами и танкерами. Такой принцип, простой и прямолинейный, демонстрировал наивность, которая свидетельствовала о ограниченности Дёница, как стратега.

«Чёрный май» показал — требования Рёдера отказаться от порочной стратегии «суммарного тоннажа», были справедливы. Командование подводных сил отказалось от атак конвоев на западных подступах к Англии и вместе с тем объявило, что критерий успешности по потопленному тоннажу более неприемлем. В разрез желанию Дёница, сосредоточить максимальное количество субмарин в Атлантике для использования преимуществ ударной силы «волчьих стай», теперь выдвинута новая стратегия — «сокращение потока снабжения». Немецкий морской штаб настоял на использовании лодок в отдаленных друг от друга районах: в Индийском океане, у мыса Доброй Надежды, у Фритауна, даже если вероятность встречи с противником была меньшей.

Такая стратегия вынудит Союзников совершать переходы конвоев переменными курсами, по более длинным маршрутам. Результатом станет то, что суда находятся в море дольше, увеличится время стоянки в портах за счёт длительного формирования и разгрузки конвоев, в конечном итоге уменьшится количество рейсов которое может сделать в год каждое отдельное судно. При этом нагрузка на эскортные силы ещё больше возрастёт. Именно для этого подводные лодки должны будут широко рассредоточены и намертво свяжут морские и воздушные силы, вместе с транспортными флотами Союзников. Когда Дёниц, отстаивая свою точку зрения, в сердцах воскликнул: — «Потопление судов, это единственное, что вызывает тревогу англичан», Рёдер ему спокойно возразил: — «Перекрытие Средиземноморского маршрута, эквивалентно потери транспортов в миллион брутто-регистровых тонн. Вот это действительно вызывает тревогу Черчилля».

Ещё в марте 1943 года шесть лодок типа IX были направлены в Индийский океан, теперь на базы в Сигапуре и Пенанге ушли ещё восемнадцать «девяток», два танкера и десять итальянских лодок из Бордо. Пенанг, расположенный на западном побережье Малайского полуострова, стал главной базой немецко-итальянских сил. Вторая база находилась в Кобе, на территории японских островов и ещё ряд небольших ремонтно-снабженческих баз располагались в Сингапуре, Джакарте, Сурабае и атолле Адду. Подлодки, действовавшие с этих баз, вскоре стали называться «Группа Муссон». Командовал группой фрегаттен-капитан Вильгельм Доммес.

Часть лодок были снабжены небольшими одноместными вертолетами Fa-330, известного как Bachstelze. Если быть точным, то Bachstelze был автожиром, который поднимался в воздух за счет трехлопастного ротора, вращавшегося под напором воздуха и поступательного движения лодки. Аппарат крепился к задней части рубки лодки при помощи кабеля длиной около 150 м и поднимался на высоту около 120 м. Пилот видел горизонт на гораздо большей дальности — около 25 миль — при сравнении примерно с 5 милями при наблюдении с боевой рубки лодки, и докладывал по телефону обо всем замеченном. В обычных условиях аппарат спускали вниз, разбирали и укрывали в два водонепроницаемых контейнера, находившихся позади рубки; это была непростая работа, на которую уходило около 20 минут.

В сентябре, когда битва за Котантен была в самом разгаре, на соединение с «Группой Муссон» из Средиземного моря, ушли два судна — одно ремонтное, другое снабжения, и геликоптер-трегер «Драхе», бывший югославский «Змай».

С точки зрения статистики боевые действия субмарин Германии и Италии в Индийском океане не были большим успехом. До конца войны немцы и итальянцы потопили более 250 судов противника общим водоизмещением около двух миллионов тонн. Потери — 39 немецких и 6 итальянских ПЛ. Противостояние в Индийском океане не было «сражением, которым выигрывается война», однако прекрасно иллюстрировало стратегию «сокращения потока снабжения». Отвлечены крупные боевые силы противника (в особенности авиация), которые в других районах могли быть использованы с гораздо большим эффектом и транспорты шли исключительно в конвоях.

Операция «Следжхаммер» оказалась полнейшим сюрпризом для Гитлера. Конечно Канарис с своим Абвером докладывали о возможности вторжения на континент, но фильм ВВС утверждал, что это произойдёт только в 44-м году, и «фюрер» просто отмахивался от информации. Появление Союзных дивизий во Франции поставило Рейх в положение войны на три фронта — в СССР, на Ближнем Востоке и теперь в Европе. Это означало начало конца и политическое руководство Германии судорожно попыталось выправить положение. Дёниц лично встретился с Гитлером, и в обход гросс-адмирала и штаба, получил разрешение задействовать «волчьи стаи» против конвоев снабжавших плацдарм.

Более неудачного места для применения обычных подлодок, чем Ла-Манш и Бискайский залив было трудно придумать, эти зоны плотно опекались авиацией Берегового Командования. Хотя Рёдера можно было понять, он хотел вернуться к «стратегии тоннажа», надеялся на новые торпеды «Цаункениг» и «блуждающую» торпеду FAT, к тому же твёрдо рассчитывал на обещанную поддержку Люфтваффе. Рёдер, узнав об этой инициативе, кинулся к «фюреру», но вместо отмены приказа получил многочисленные упреки в бездействии надводного флота в критический момент битвы.

18 сентября 21 лодка из состава «Группы Лейтена», оборудованные шноркелем и каждая с двумя — четырьмя торпедами ТV «Цаункениг» на борту (помимо обычных), развернулась в «волчью стаю» на подходах к Шербуру. Ещё на переходе одна субмарина была потоплена авиацией. Истребители не смогли в должной мере прикрыть позиции лодок.

Конвой из Ливерпуля в составе 41 транспорта под эскортом 17 эсминцев, 9 фрегатов и 13 корветов не заставил себя ждать. Это огромное скопление судов представляло собой отличную цель для немецких U-бот. Началась воздушно-морская битва, поставившая окончательную точку в относительной независимости Командования подводных сил.

Согласно новым тактическим требованиям, разработанным в штабе Деница, подлодки в первую очередь должны были атаковать акустическими «Цаункенигами» корабли охранения, после чего спокойно расстреливать обычными торпедами беззащитные транспорты. Торпеда TV «Zaunkoenig» («Крапивник») была снабжена акустическим взрывателем, реагирующим на малейшие шумы в воде, издаваемые винтами корабля. Ее прототипом являлась экспериментальная торпеда Т IV «Valke» («Сокол»). Торпеда имела стандартный калибр (533 мм) и длину (7,2 метров), обеспечивающих ее размещение в торпедных аппаратах единого образца. Скорость достигала 24 узлов, дальность хода — 5700 метров. Общая масса составила 1500 кг (в том числе 274-килограммовой боеголовкой). Головка самонаведения эффективно реагировала на такие цели, чья скорость находилась в диапазоне 12–19 узлов.

Первая же торпеда ТV попала в корму английского фрегата «Логан», нанеся сильные повреждения корпусу корабля. Фрегат остался на плаву и даже дошел своим ходом до базы, но из-за повреждений был исключен из состава флота. Начавшаяся массированная атака привела к гибели двух транспортов и на этом успехи кончились. На помощь конвою неожиданно для немцев подошли пять эскадренных миноносцев и конвойный авианосец 9-й поисково-ударной группы. Канадский эсминец «Сант Кроикс» сразу же получил в борт две акустические торпеды и затонул, из экипажа спасся 81 человек. Его судьбу разделил британский корвет «Полиантус» — удалось поднять из воды только одного человека из его команды. Немцы заплатили за эти успехи потерей пяти лодок.