Шанс на счастье
Шрифт:
— Ди Бонье! — рявкнула она.
Студентки разом притихли.
— Добрый вечер, госпожа Жонсе! — отозвалась Адель. — Что-то случилось?
— Случилось, — недовольным тоном подтвердила женщина. — Вечером для тебя доставили посылку. Стой тут, я за ней схожу, — распорядилась она и шаркающей походкой направилась в подсобку.
Кира и Сюзет подождали, когда за сварливой дамой закроется дверь, переглянулись, и Кира прошептала:
— Извините, подруги! Мы вас оставляем наедине с этим драконом! Она все никак не забудет, что мы учудили в прошлом месяце!
Адель и Рин кивнули, но провинившиеся студентки этого уже не увидели, они бегом устремились к лестнице в конце коридора.
— Ну, что такое! — простонала Рин. — Так есть хочется, а Сюзет говорила, у них в холодильном шкафу сыр остался…
На жалобы соседки Адель рассеянно кивнула. Она уловила ход мыслей Рин: попавшись на глаза госпожи Жонсе, девушки наверняка перепугались и ожидали очередной лекции о важности соблюдения правил общежития. Как только они доберутся до комнаты, тут же закроются и запечатают дверь каким-нибудь звукоизолирующим заклинанием.
— Вот! — гроза боевых магов появилась на пороге служебного помещения с небольшой коробкой в руках, поверх которой лежал плотный конверт из желтоватой бумаги.
Когда консьержка ставила свою ношу на стойку, Адель обратила внимание на два перебинтованных пальца на правой руке женщины. Насколько девушка помнила, еще в обед с конечностями госпожи Жонсе все было в порядке! Эта странность быстро вылетела из головы Адель, ее внимание переключилось на коробку. Бирюзовый цвет казался смутно знакомым…
— Это из «Роз»! — то ли в восхищении, то ли в предвкушении выдохнула Рин.
Адель внутренне содрогнулась. Меньше всего ей хотелось получать знаки внимания от впечатлительного официанта! Меж тем соседка бесцеремонно схватила конверт и принялась вертеть его в руках, рассматривая со всех сторон.
— Как странно пахнет… но приятно… — протянула она.
Адель повернула голову в сторону Рин и недоверчиво уставилась на нее. Та махала конвертом возле самого носа!
— Попробуй на вкус, — в шутку посоветовала Адель и тут же одернула себя: такое мечтательное выражение появилось на лице Рин!
— Да что тут пробовать! Бумага она бумага и есть! — фыркнула девушка и прикрыла веки. — Вот если бы его из сахарной глазури сделали…
Адель выхватила конверт из рук фантазерки, вынудив ту открыть глаза.
— А это что?! — Рин с недовольной гримасой ткнула пальцем в нижний правый угол. — Не то царапина, не то след от туши…
Адель отвела чужую руку подальше, помешав девушке, решившей примерить образ следователя, поковырять ногтем таинственный знак. Она еще раз посмотрела на странный изъян, и тут в ее голове все сложилось воедино: коробка из «Роз», дорогая, «приятно пахнущая» бумага и непонятный символ.
— Это подпись, — пояснила Адель.
— Подпись… — теперь Рин озадаченно смотрела на штрих причудливой формы.
— Буква «С».
На лице Рин отразилось еще большее замешательство, и Адель не могла ее винить: почерк у Стефана оказался… медицинским.
— Тайный поклонник! — возбужденно выдохнула Рин и подняла горящий любопытством взгляд на Адель.
— Вовсе не тайный. И не поклонник, — остудила она пыл соседки, после чего обратилась к госпоже Жонсе: — Надеюсь, вы не пытались вскрьггь письмо?
Женщина, которая до этого момента сидела, демонстративно уткнувшись в книгу, и всем своим видом показывала, будто ей безразличен разговор студенток, вскинула голову, неубедительно изобразив на лице возмущение.
— Очень хорошо! — кивнула Адель, как бы случайно посмотрев на перебинтованные пальцы консьержки. — Дело в том, что человек, который мне это прислал, — она подняла конверт, — очень сильный маг и, скорее всего, наложил какое-нибудь заклинание на послание, чтобы сохранить конфиденциальность.
Госпожа Жонсе хмыкнула, качнула головой и вновь «углубилась» в чтение. Только это представление было бессмысленным. Адель видела, как она посмотрела на часы. Любопытной даме нужно было уточнить время, чтобы сориентироваться к кому бежать за помощью: к дежурному лекарю или в медпункт. По чьей-то странной прихоти два кабинета находились в разных местах.
Уже на лестнице Рин спросила:
— А про заклинание это правда?
— Наполовину, — уклончиво ответила Адель, но, заметив любопытный блеск в глазах соседки, расщедрилась на объяснение: — Он очень сильный маг, я почти на сто процентов уверена, что заклинание будет авторским.
Рин захохотала, но, поймав гневный взгляд Адель, прикрыла рот ладонью.
В коробке обнаружились две вафли с твороженным кремом и ягодами. Адель не думала, будто Стефан считает ее сладкоежкой. Куда вероятнее, он не хотел ссорить свою невесту с соседкой из-за такой мелочи как десерт.
Пока Рин грела чайник, Адель ознакомилась с письмом. После нескольких приветственных и общих фраз ла Сови написал о том, какие блюда любит. Во всех названиях либо фигурировал, либо подразумевался один и тот же ингредиент — мясо…
Ни единого намека на брачный договор, обязательства… или поцелуй. Только в конце стояла короткая подпись «твой С.», всколыхнувшая в душе разом столько чувств и воспоминаний! Адель даже не верилось в то, что с ла Сови они виделись лишь три раза.
Девушка ела десерт, то не чувствуя вкуса, то ощущая его слишком ярко. Наверное, со стороны было видно, что с ней что-то не так, но Рин не обращала внимания на притихшую соседку. Она нахваливала шедевр кондитерского искусства, восхищалась находчивостью дарителя и как бы между делом пыталась выяснить его личность, но Адель оставалась безучастной ко всему.
Покончив с поздним ужином, Рин заявила, что отправляется в ванную. Адель не стала возражать. Она помыла чашки, вернулась за стол, намереваясь написать ответ, но ее мысли неожиданно свернули в другое русло. Пустяковый, казалось бы, подарок, письмо, не содержащее ничего такого, что заставило бы подруг завистливо вздыхать, однако на Адель внезапно обрушилось осознание неоспоримого факта: она уже не стояла на краю обрыва, а падала в серую бездну. У этой бездны даже имелось имя, и в течение следующих полутора лет Адель предлагали выяснить, насколько она глубока.