Чтение онлайн

Рин вернулась спустя сорок минут, но Адель так и не написала ни строчки.

Когда же она справилась с поставленной целью и отложила в сторону ручку, соседка тихо посапывала на своей постели, не обращая внимания на горящую лампу, а часы показывали начало третьего. Адель не чувствовала ни капли усталости, но заставила себя лечь спать. Подъем в шесть утра никто не отменял, как и тренировку перед началом лекций.

Месяц прошел именно так, как Стефан описывал Адель: работа, несколько вызовов к его высочеству, визиты Вильре с неизменными стопками документов. Некоторое оживление в течение жизни внесла серия взрывов на шахтах в Дюмо. Их владельца Стефан знал, поэтому понимал, почему раненые оказались у него на столе: дешевле оплатить операцию, чем потом всю жизнь выделять деньги на содержание бывшего работника, ставшего инвалидом. Еще были ночные прогулки и, конечно, переписка с Адель и выбор подарков для нее. Подопечных госпожи Иро ла Сови не удалось посетить ни разу и, как признавался себе Стефан, такого желания даже не возникло.

В середине месяца ла Сови перевел часть денег ди Бонье, как требовали условия договора. После этого он связался с Муке, чтобы тот приступил к реализации давно обговоренного плана. Сегодня утром от юриста пришло письмо с отчетом, в котором тот доложил о выполнении поставленной задачи. Новость принесла Стефану удовлетворение, но он понимал: благостное настроение ему испортит Адель, как только во всем разберется. Поскольку девушка отличалась сообразительностью, ей не потребуется много времени, чтобы сделать правильные выводы. Ла Сови не очень-то любил вести прием, но сегодня его радовала мысль о том, что плановых операций в расписании нет — вряд ли разговор с Адель получится простым.

— Мэтр ла Сови! — воскликнула сестра Мари, ворвавшись в кабинет без стука.

Вместо вопроса Стефан поднял брови.

— Вас срочно ждут в операционной! — продолжила она.

— У меня прием, — напомнил Стефан, — а в госпитале работает еще с десяток хирургов.

— Они уже все там, — молодая женщина чуть не заламывала руки от отчаяния. Именно поэтому Стефан и не выносил, когда в штат принимали служителей Создателя — сердца некоторых последователей божества были наполнены состраданием до краев, и периодически оно… выплескивалось в истерики.

— Что произошло? — спросил он, вставая из-за стола.

— Очередной взрыв в Дюмо.

— Прекрасно! — процедил мужчина, проходя мимо ошарашенной сестры.

— Что… что вы имеете в виду? — допытывалась она, увязавшись следом.

— Я имею в виду то, что на этот раз владельцу шахт выпишут такой штраф, что он все же озаботится вопросом безопасности на своем предприятии.

Стефан резко остановился, и женщина налетела на него.

— Простите! — пролепетала она, отшатываясь в сторону.

— Сестра Мари, вы выполнили поручение, а теперь, если вас не затруднит, сходите в регистратуру и сообщите о том, что я не могу принимать пациентов, пусть они уладят этот вопрос.

Женщина, непривычная к такому тону, растеряно молчала. Стефан выдохнул.

— Вы меня поняли? — спросил он уже спокойнее.

— Да, — почти беззвучно произнесла она.

— Вот и отлично!

Ла Сови развернулся и направился в операционную, которую лекари между собой называли салоном. Несколько хирургов могли работать там одновременно, и вокруг столов собирались группы специалистов. Разве не похоже на небольшие компании проводящие время в чьем-нибудь особняке и объединенные каждая своим интересом, в данном случае пациентом?

Историю магии тихо ненавидели все студенты. За века чародеи столько наворотили, что предмет стоял в расписании на протяжении всех лет обучения.

Ученые мужи считали необходимым знание не только истории развития цивилизации, но и магической науки, поэтому в конце каждого семестра по дисциплине проводили экзамен, в связи с чем, учащиеся предпочитали не пропускать занятия, чтобы не копаться потом в пыльных фолиантах, наверстывая упущенное.

Адель разделяла отношение основной массы студентов к предмету, поэтому всякий раз желала оказаться где угодно, лишь бы не слушать нудную полуторачасовую лекцию. И когда в двери аудитории негромко постучали, девушка наравне с другими подняла голову, с надеждой посмотрев на вошедшего. Вдруг он скажет, что в Академии начался пожар, и все должны в срочном порядке покинуть помещение!

Однако на пороге стоял всего лишь секретарь декана.

— Что-то случилось? — спросил у него профессор.

— Господин да Шабри вызывает к себе Адель ди Бонье.

Лектор недоуменным взглядом обвел аудиторию. Адель вздохнула и поднялась с места до того, как Рин успела толкнуть ее локтем в бок.

— О! — воскликнул мужчина, поправляя узел шейного платка. — Госпожа ди Бонье, вы можете быть свободны.

— Мечты сбываются, — пробормотала Адель себе под нос, убирая в сумку-планшет конспекты и ручку.

По дороге в кабинет декана его секретарь ничего толком не объяснил, сославшись на плохое владение информацией. Адель решила, что, пожалуй, погорячилась со своими желаниями — в душу и без того закралось нехорошее предчувствие, а от недосказанности беспокойство лишь усилилось.

В кабинете господина да Шабри девушке прежде не доводилось бывать, да и самого декана она видела от силы раз десять за все время обучения, и в эти редкие встречи он находился на значительном расстоянии от нее. Сейчас Адель представилась возможность рассмотреть мужчину вблизи. В его волосах оказалось не так много седых волос, как казалось издали, и взгляд был не надменным, а, скорее, внимательным.

— В первую очередь, — начал господин да Шабри после того, как предложил Адель присесть, — я хочу уверить вас в том, что произошедшее никоим образом не отразится ни на вас, ни на вашей сестре. Я навел справки: вопрос об опеке в подобной ситуации не станут поднимать сразу, а когда подойдет срок, ситуация наверняка выправится.

— Вопрос об опеке? — переспросила Адель севшим голосом.

Декан кивнул.

— Да. Сегодня вашей мачехе предъявили официальные обвинения в магическом воздействии на сознании человека ради получения личной выгоды, а ваш отец был отправлен на освидетельствование в лечебницу Рашо.

Адель открыла было рот, но не знала, что спросить. Вопросов в голове было множество, вот только вряд ли господин да Шабри знал ответ хоть на один из них! Однако мужчина ее удивил.

— У меня есть кое-какие связи в следственном управлении, — признался он, — и я взял на себя смелость поинтересоваться, что да как с делом вашего отца. Как мне сообщили, некоторое время назад от анонимного лица поступил сигнал. Поскольку обвинение серьезное и ваша семья принадлежит к аристократии, на него отреагировали незамедлительно. Доказательств против вашей мачехи более чем достаточно. Брак вашего отца будет расторгнут и признан недействительным. Что касается его самого, то прогноз обнадеживающий. Максимум несколько месяцев реабилитации, и он вернется к прежней жизни.

Адель механически кивнула и поблагодарила господина да Шабри:

— Я все поняла и… очень признательна за проявленное участие.

— А как иначе! Вам нужно думать о будущем, учиться, а не пороги государственных инстанций обивать в попытке выяснить что-либо!

Адель опять кивнула.

— А вы не знаете, могу ли я увидеть отца?

— Сейчас вас к нему точно не пустят, — покачал головой господин да Шабри. — Лучше обратитесь в лечебницу дня через три. И я понимаю ваше состояние, поэтому освобождаю от занятий. Вы можете распорядиться остатком дня по своему усмотрению. Верю, что глупостей не наделаете.