Шеф с системой. Рецепт победы
Шрифт:
Игорь на мгновение опешил от такой дерзости.
— Я дам тебе один совет, Игорь, — продолжил я, медленно перехватывая чекан удобнее. — Дерись лучше, чем говоришь. Потому что второго шанса произвести впечатление у тебя не будет.
Окружающие засмеялись. Даже некоторые из наших воинов качали головами — слишком уж неравными казались силы.
— Алексей, — тихо сказал подошедший Степан Игнатьевич, — ты можешь отказаться. Никто не подумает плохо.
— Я не могу, — ответил я, не отводя взгляда от противника. — Если отказаться сейчас, все решат, что моя сила только в снадобьях.
— Но ведь так оно и есть! — воскликнул управляющий.
— Не совсем, — усмехнулся я.
Действие эликсира усиливалось. Мир стал четким — я видел каждую царапину на доспехах Игоря, движение мышц под кольчугой, блеск в его глазах.
Мой взгляд скользил по его фигуре, показывая слабые места противника. Кольчуга была хорошей, но не идеальной — подмышки прикрыты только кожей. Шлем плотно сидел, бармица прикрывала челюсть и шею. Левая нога чуть отставлена назад. Он не переносит полностью весь на эту ногу — явно старая травма.
— Начинай, когда готов, — сказал я Игорю.
— С удовольствием! — рявкнул он и бросился в атаку.
Его первый удар был не просто предсказуем — он был первобытен. Классический рубящий с правого плеча, в который Игорь вложил всю свою ярость и мощь. Двуручный меч свистнул в воздухе, рассчитанный на то, чтобы разрубить меня пополам. Для обычного человека это был бы конец.
Но я его ждал.
Эликсир ударил по нервам, как разряд молнии. Мир сузился до круга импровизированной арены, рев толпы превратился в глухой, далекий гул. Время растянулось, давая мне драгоценные доли секунды на анализ.
Я видел все: как напрягаются мышцы на плече Игоря, как его сапоги вминаются в грязь, как искажается от ярости его лицо. Я шагнул влево и чуть вперед, проскальзывая внутрь его замаха. Огромный клинок рассек воздух там, где я только что стоял. Игорь, вложивший в удар всю массу тела, по инерции пролетел вперед, едва удержавшись на ногах.
— Стой и дерись, колдун! — прорычал он, разворачиваясь.
— Я дерусь, — спокойно ответил я, отступая по кругу и держа чекан наготове. — Просто не так, как ты привык.
Он атаковал снова — серия коротких, яростных выпадов, рассчитанных на то, чтобы задавить меня массой и скоростью.
Я не пытался парировать его меч. Это было бы самоубийством. Мой щит служил лишь для того, чтобы отводить в сторону самые опасные удары. Да и то я старался его не использовать. С моим весом его замахи блокировать проблематично.
Я танцевал вокруг него, используя скорость, дарованную эликсиром. Каждый его выпад встречал пустоту. Сейчас я стал матадором, который изматывает обезумевшего быка.
— Трус! — ревел Игорь, тяжело дыша. Его лицо побагровело от натуги. — Ты только и умеешь, что бегать!
— Дураки дерутся силой, — ответил я, уворачиваясь от очередного удара. — Умные — головой.
С помощью анализа я видел, как падает его выносливость.
Игорь Морозов. Выносливость: 85%. Боевой дух: 95%. Ярость: +10% к силе, –15% к точности.
Нужно было его злить. Злить, но не доводить до состояния берсерка. Тонкая грань. Если он впадет в неконтролируемую ярость, как в бою с Ярославом, никакая тактика меня не спасет. Значит, у меня был только один шанс. Один точный, решающий удар.
— Знаешь, в чем твоя беда? — спросил я достаточно громко, чтобы слышали все. — Тебя учили махать мечом, а меня — думать.
— Заткнись!
Он бросился на меня, забыв про защиту. Меч свистнул в воздухе. Это было то, чего я ждал. Он совершил ошибку — слишком широкий, горизонтальный удар, который оставлял его корпус открытым на целую секунду после завершения.
Но я не атаковал. Еще рано. Он был слишком свеж, мог успеть среагировать, а мне даже удара по касательной хватит, чтобы потерять боеспособность. Нужно было довести его до точки кипения.
Я продолжал свой смертельный танец. Он нападал, я уворачивался. Рев толпы Морозовых становился все более отчаянным, а крики Соколов — все более уверенными.
— Он играет с ним! — донесся до меня голос Ратибора. — Вы посмотрите, знахарь с ним играет!
Игорь это тоже слышал. Его глаза налились кровью. Он занес меч над головой для последнего, сокрушительного удара, вложив в него остатки сил и всю свою ненависть.
Время пришло.
Я не стал отступать. Вместо этого я сделал резкий шаг навстречу ему. В тот момент, когда его меч начал опускаться, я ударил ребром щита ему под локоть, сбивая траекторию. Его клинок прошел в сантиметре от моей головы.
Игорь потерял равновесие. Он был полностью открыт.
Мой чекан, который я до этого держал у бедра, описал короткую дугу. Я целился в единственное место, которое не было защищено доспехом.
Удар был не сильным, но предельно точным. Стальной, заточенный «клюв» чекана с отвратительным хрустом вошел точно в его коленную чашечку.
Раздался вопль, который заставил замолчать даже самые громкие крики на поле. Игорь рухнул на землю, выронив меч. Его левая нога была вывернута под неестественным углом, а из разбитого колена хлестала кровь.
Бой был окончен.
Я отступил на шаг, держа чекан наготове, но Игорь больше не представлял угрозы. Он корчился на земле, держась за искалеченное колено.
Оба войска замерли в шоке. «Колдун» только что, одним ударом, сокрушил их чемпиона.
Поле боя погрузилось в мертвую, звенящую тишину. Даже ветер словно замер, не смея нарушить эту напряженную паузу. Игорь Морозов лежал на земле, стиснув зубы от боли, а его искалеченная нога была вывернута под неестественным углом.
Я стоял над ним с окровавленным чеканом в руке. Во мне не было ни торжества, ни злорадства — только удовлетворение от выполненной работы.
— Лекаря! — вдруг отчаянно закричал один из капитанов Морозовых. — Княжичу нужен лекарь!
— Лекарь перед вами, — спокойно ответил я, даже не повернув головы в его сторону. Мой голос разнесся по притихшему полю. — Но он поможет твоему княжичу только после того, как его отец примет решение.
Все взгляды обратились к Глебу Морозову. Старый воин стоял среди своих людей, и его лицо было белым, как снег под ногами. Он смотрел на искалеченного сына, и в его глазах стоял ужас.
— Сын… — прошептал он, делая шаг вперед.