Чтение онлайн

– Возражаю, товарищ подполковник.
– Вдруг сказал командир отряда "севастопольцев".
– Когда этот конвой имеет воздушное прикрытие, "красные" позбивають ваших летчиков, как уток на взлете. С бомбами и ракетами "грифон" лишен маневренности и не может вести воздушный бой. А сбросить бомбовый груз летчикам может не хватить времени. Даже без внешней подвески "грифон" слишком тяжелый и инертный для маневренного воздушного боя. Возможно, было бы лучше выделить для прикрытия весь отряд?

– Нет, капитан.
– Возразил подполковник.
– Вы знаете, что моя группа передислоцируется на ваш аэродром. Пилоты, которые будут прикрывать вас, знакомые с Донецким районом, они там проходили первоначальное обучение и им не составит труда посадка на чужой площадке. Но другие будут садиться там впервые, а после боя, вы сами знаете, возможны всякие осложнения. Мне осложнения не нужны.

Относительно того, что "грифоны" с бомбовым грузом будут легкой добычей истребителей противника, то разведка не обнаружила воздушного прикрытия конвоя. Ваш полет будет обеспечивать самолет управления. Когда он обнаружит вражеские истребители в районе конвоя, звено Ляховского просто сбросит бомбы в море и успеет приготовиться к воздушному бою. Вопросы есть?
– Обычно вопросов не задавали и подполковник очень удивился, когда вдруг они возникли в новоназначенного командира ударной группы.

– Есть вопросы, товарищ подполковник.
– Поднял руку Ляховский. Климов кивнул, разрешая.
– А чего нам лишь в Донецк перебрасывают?

– Будем работать вместе с "севастопольцами" по основной специальности.
– Ответил Климов.
– "Красные" хотят высадить морской десант в помощь парашютистам, которым удалось добраться до Бердянска. Командование флота решило разгромить этот конвой на переходе. Будем прикрывать ударные группы штурмовиков. Конвой идет под усиленной охраной "яков" и "МиГов". Первый удар запланировано на тринадцать часов. Поэтому ваша группа, лейтенант, должен к этому времени присоединиться к отряду. Еще вопросы?

– Нужно согласовать взаимодействие между нашими группами.

– Это в процессе подготовки.
– Климов посмотрел на всех сразу. Все молчали.
– По коням, хлопцы!

Это была любимая поговорка подполковника.

Согласование вопросов взаимодействия между "севастопольцами" и группой Ляховского заняло минут двадцать. Уточнили порядок действий, проделали с пилотами несколько вариантов удара и ухода в случае воздушного боя с советскими истребителями. Попутно делились новостями, которых - а Ляховский виделся с ребятами из "Севастополя" больше года назад - набралось много. Летчики Средиземноморской эскадры сообщили, что украинские корабли ближайшее время должны покинуть Хайфу - пятисторонних переговоров в Женеве между Израилем и Украиной с одной стороны и Францией, Италией и Великобританией с другой, уже доходили конца и вот-вот должны завершиться подписанием договора. И 5-я Средиземноморская - эскадра со следующего года будет базироваться только на островную базу и базу в Галлиполи, которые арендовались в Турции. С одной стороны, это было хорошо - теперь мужчины будут видеть своих жен и семьи чаще, чем раз в полгода. "Мы прямо аж звереет на своих коробках!" - С улыбкой сообщил об обстановке на кораблях однокашник Леонида. С другой, выслуга будет идти обычным образом, а не год за два, как было прежде. Соответственно и денежное содержание будет меньше. И теперь кое подсчитывал, на сколько лет дольше придется выплачивать кредиты за жилье или другую недвижимость. Но, конечно, главной новостью были новые реактивные "грифоны". Пара таких самолетов с весны проходила испытания на комплексе НИТКА. И Мазуренко высказал предположение, что уже в следующем году они будут воевать на таких машинах.

– Вы думаете, товарищ капитан, что война так долго продолжаться?
– Недоверчиво хмыкнул кто-то из молодых пилотов. Ляховский посмотрел скептика и пригрозил кулаком: не задавай глупых вопросов, парень!

– Думаю, что эта война продлится не один год.
– Спокойно, будто и не слышал скептических ноток, ответил капитан.
– С коммунистами мы еще не один десяток лет будем воевать. Их главный пахан Ленин говорил: "Или мы их, или они нас - закопают ..." А у меня есть большое желание забить в их могилу осиновый кол ...

Закончив подготовку в тактическом классе, летчики поспешили в вагончик для дежурной смены; торопливо натягивали плотные протиперевантажувальни костюмы. Леонид, надевая шлем, выглянул из двери. Ревя турбиной, мимо вагончика до взлетной полосы прополз "грифон". Самолет на мгновение замер на площадке, изложенном металлическими плитами, крылья и стабилизатор дрожали будто у птицы, что готовился к броску. Вот пилот отпустил тормоза, истребитель стремительно помчался по дорожке и оторвался от полосы с грохотом, похожим на рев урагана. Серебристая машина, похожая на наконечник гарпуна, растаяла в воздух.

– Кто это взлетел с таким шиком?
– Амет проверил пистолет и фонарик, находившихся в карманах ВППК [35] и повернулся к Ляховского.
– Сегодня у "севастопольцев" будет настоящее дело. А на нашу долю, как всегда, останется только приветствовать их победоносные победы.

– Не прибедняйся.
– Леонид застегнул застежку-молнию на ВППК, присел, пробуя, не тесен костюм в коленях.
– Война не завтра кончится, Мазуренко прав, мы еще долго будем воевать ...

Он подтолкнул Амета к выходу, где уже ждали остальные пилоты его группы, и все вместе они толпой двинулись к стоянкам своих машин. Солнце плыло в вышине и бросало на землю жаркие лучи ...

Первыми взлетали "грифоны" "севастопольцев". Загруженные ракетами и бомбами тяжелые машины выруливала на взлетную полосу и попарно, ревя турбинами, разбегались и свечкой шли вверх. Когда на взлет пошла третье звено, Леонид с Амето и ведомыми заторопились к своим машинам.

Будто повинуясь невидимому знаку, "грифоны" вместе оторвались от земли. Отполированные до блеска плиты взлетной полосы, трава, вагончики, капониры - все метнулось назад. Леонид чувствовал себя невесомым, будто тело его в невидимом маятнику качнулся вперед: полет начался.

Небо было чистое и спокойное. Барашки облаков шли куда-то на запад далеко в высоте. Самолеты быстро и плавно набирали высоту. Море внизу заволокло голубой дымкой, он прикрыл легкие барашки на волнах и прозрачную зеленовато-голубую воду, сверкала солнечными зайчиками. Потом все вокруг кабины сделалось белым, как вата. И тотчас исчезло ощущение пространства, было непонятно, где небо и земля. Молочные волны собирались вокруг, захлестывая стекло кабины. Но вот слепая пелена кончилась и Леонид увидел нос своей машины, а через секунду уже летел в чистой голубой, пронизанной ярким светом.

Они достались высоты шести тысяч метров, когда сказал радиоголос самолета управления:

– "Двадцать первый", вы на траверзе цели.
– Ляховский посмотрел налево и увидел в разрывах облаков черные точки на сине-голубой поверхности моря.
– Воздух чистый, работайте спокойно. До связи!

В разрывах облаков слева на голубой поверхности моря виднелись темные черты. Конвой!

– Вас понял, "Гнездо".
– Ляховский переключился на радиосеть своей группы.
– "Агат", - позывной "севастопольцев", - начинаю работу. "Беркуты", приготовиться!

"Грифон" Ляховского лег на крыло. Самолет наведения сделал свое дело, вывел его группу на конвой "красных". Лейтенант отчетливо видел корабли, которые шли двохкильватерною колонной в направлении Керченского пролива. Теперь нужно принять решение и выбрать один из вариантов действия, которые обсуждались перед вылетом. И Ляховский это решение принял:

– "Беркут-25", наблюдайте за воздухом. Амет, бьем сторожевика, начиная с главного! Заходим с кормы. Мой - главный! "Беркуты", атака!