Чтение онлайн

– "Двадцать первый", на связь.
– Отозвалась рация голосом подполковника Климова.

– Я - "двадцать первый", на связи.
– Сердце пропустило удар и забилось чаще. Началось ...

– "Двадцать первый", на связи "Кассандра".
– Это был позывной начальника разведотдела Азовской флотилии. В наушниках теперь другой, но тоже знакомый голос.
– Ваше место, "двадцать первый" ...

– Квадрат ..., - Леонид взглянул на карту, прилегающую к ноге резинкой, - курс сто семьдесят, высота триста ... В районе цели буду через две минуты.

– Хорошо.
– Голос полковника вплоть повеселел.
– "Двадцать первый", нужна помощь. В квадрате ... мои ребята попали в большую передрягу. Поддержите их с воздуха, чтобы группа успела отойти ...

Ляховский взглянул на карту, к указанному квадрату всего минута лету.

– Вас понял, "Кассандра", за минуту буду на месте.

– Хорошо. Группа обозначит себя "зелеными цепочками" ...

– Внимание, "Беркуты", слушай приказ.
– Леонид коротко поставил задачу и с удовольствием заметил, как четко и слаженно выполнили его ведомые маневр. Ланка теперь шла в строю пеленга, отыскивая цель.

Леонид довернув машину вправо. На зелено-желтом фоне земной поверхности появилась колонна крытых грузовиков. Автомобили стояли, а поодаль от них на ходу перешиковувалися в цепь группы пехотинцев. И эта цепь охватывал полукругом длинный ров, тянувшийся к лиману. Там, где ручей делал поворот почти под прямым углом, в воздух поднялась сигнальная ракета и рассыпалась в вышине цепочкой зеленых искорок. Вслед за первой, с рва стрельнули в сторону самолетов еще одной ракетой.

– "Двадцать третий", поднимайся выше и следи, чтобы нас "красные" не подловили.
– Ляховский покрутил по сторонам головой, воздух был чист.
– "Мулла", делаешь запад со мной, но холостой. Следи за падением бомб.
– Кассетные бомбы не предназначены для точечных ударов, они накрывают большую площадь и Ляховский боялся, чтобы не задеть разведчиков.
– Лейтенант переключил радиостанцию на аварийную частоту - на ней работала рация разведгруппы, - и вызвал ее командира.
– Ребята, внимание, бросаю РБК ...

– Давай, Лях, - командир разведчиков знал Ляховского лично и узнал его по номеру самолета и говоре, хотя радио искажало голос, - и как можно ближе, эти "пейзан [43] почти вплотную подобрались.

"Грифон" опустил свой острый нос к земле и устремился на группу пехотинцев. Когда мелькнул светодиод прицела, нажал кнопку сброса. И резкий рывок вверх. А кассетная бомба понеслась к земле. На высоте ста метров сработал автомат раскрытия и оболочка контейнера распалась на четыре частицы, будто крылышки жука. Вперед понеслась туча из пятисот полукилограммовых осколочных бомб - она накроет площадь размером с футбольное поле, истребляя все живое вокруг. Секунды атаки закончились и самолет вышел из пикирования. Перед канавой, метров за сто, поднялись в небо черно-серые шапки взрывов. Стелился низко пыль разрывов, его мигом подхватывал ветер и сносил в сторону. "Красных" там больше не было.

Арканна петля боевого разворота на 180 градусов, быстрый взгляд по сторонам - небо пока чистое. Неужели "красные" не заметили и не вызывали истребители? Придется делать еще один заход.

– "Двадцать второй", видишь, где наши?

– Вижу.
– Доложил Удовиченко.

– Тогда по грузовикам две бомбы ...
– Группа "красных" бросился бежать назад, к автомобилям. Вполне возможно, что там у них были зенитные пулеметы. Их нужно остановить.
– Прикройте, работай спокойно.

– Понял.
– "Грифон" Удовиченко вышел вперед. Самолеты снова неслись к земле в смертельной для врага атаке. Ляховский наблюдал, как отделились от держателей две "сигары". Проводил их взглядом пока контейнеры не раскрылись, засыпая все вокруг смертоносными "апельсинами [44].

Следующее мероприятие делал опять Ляховский. Противник залег и он сбросил все три РБК, которые оставались. Дал турбине полные обороты и начал разворот. "Грифон" взревел, задрал нос к жидким тучек и круто лег на левое крыло ...

"Истребителей не видно ... Что же это они такие увальня! Лейтенант аж разозлился на неповоротливых советских командиров, которые позволяли украинский самолетам у себя под носом бомбить беззащитную пехоту.

Сделал змейку, чтобы убедиться в отсутствии воздушного противника. Все чисто.

Поменялись с Удовиченко. Лейтенант снова нанес удар по автоколонне - все шесть "студебеккеров" горели весело и задорно: водители, которые еще как-то пытались спасать свои грузовики, прыснули от горящих машин сторонам - подальше от греха.

Ручку на себя и самолеты вышли из атаки.

– Спасибо, ребята.
– Земля радостно подтвердила попадание.
– Еще пару минут их держите ...

– Хорошо. Отходите спокойно, придержим.

Теперь настала очередь работать паре Амет-Хана. Ляховский вместе с ведомым пошел вверх, ближе к тучек, чтобы был лучший обзор, да и маневрировать, имея запас высоты, значительно легче. Минута полета и завершилась очередная "восьмерка [45]. А пара Амет-Хана добивала вражескую пехоту.

На втором мероприятии Ляховский заметил, как на ближнем аэродроме "красных" поползли вверх хвосты пыли. Ну, наконец!

Амет-Хан с ведомым поспешно освободились от бомб и тоже потащили свои "грифоны" вверх - начинается то, ради чего и закрутилась вся эта карусель. "Красные" поднимают на перехват звена Ляховского три шестерки истребителей. Легкие "яки" стремительно набирают высоту и круто разворачиваются в сторону "грифонов".

Все правильно, теперь на пикировании наберут скорость и ударят сверху. Достаточно замешкаться, и более инертный "грифон" не успеет выскочить из-под атаки краснозвездного аса. Ляховский почувствовал, как его охватывает приятное возбуждение: судьба дает ему завидную возможность сойтись в поединке с противником одного с ним уровня - а что большего нужно летчику для самоутверждения?

"Что ж, померяемся!

Он дал турбине максимальные обороты и "грифон" помчался вперед, как пришпоренный лошадь. Короткий взгляд в перископ заднего обзора - самолеты ведомых пристроились за ним, выстраиваясь ромбом. К "яков" меньше километра, скорость самолетов на этой высоте максимальная - почти семьсот километров. Теперь ручку на себя - и вверх! Кто заберется выше, то и и господин!

Нервно дергается и перескакивает с одного деления на другую секундная стрелка самолетного часов - до удара основной группы по аэродромам "красных" осталось семь минут. Самолеты авиагруппы пошли на свои цели, лишь только Ляховский бросил в эфир условный сигнал.

– Внимание, группа. Огонь из всех стволов по правой тройке "яков".
– Приказал лейтенант. Сверху на его звено пикирует шестерка "красных", видно, они сразу же пошли вверх, чтобы получить преимущество.

Четыре "грифоны" - это шестнадцать тридцятимилиметрових пушек против трех двадцятимилиметрових "ШВАК" и трех крупнокалиберных пулеметов, шквал огня! "Красные" вынуждены будут отвлечь, или все будут разорванные в клочья.

Очевидно, советским летчикам уже приходилось встречаться с "грифонами", они отвлекают сразу, едва к ним потянулись первые снарядные трассы. Ляховский чуть не засмеялся радостно: зелень против него сейчас действует, зелень пузатая ... внешне вроде все хорошо, а собранности, внутренней готовности к бою нынешние его визави не проявили. Пассивные действия, отсутствие смелых, разрушительных атак. Пропустили нас на высоту, уступили дорогу, действенной опасности эти противники не представляли: сражаться в воздухе не было с кем.