Чтение онлайн

— А что насчёт тех ребят, что пришли к нам на помощь? Они выглядели очень сильными.

— Ино сказала, что Нейджи был новичком года! — воспрянул духом Наруто. — Хотя… Он очень похож на Саске и вряд ли захочет помогать.

— А что насчёт Зелёного Зверя?

— Он очень сильный! Саске он навалял, несмотря на Шаринган! Только я Густобровика почти не знаю.

— Если ты его найдёшь, познакомь нас поближе, а я попытаюсь уговорить его помочь, — и если он такой же доверчивый, как Наруто, то у Зверя не будет никаких шансов.

— Но чем клоны помогут именно в тайдзюцу? — недоумевающе спросил Наруто.

— Я немного над этим подумала, Наруто-кун. Пусть твои мышцы не станут сильнее, но ты и так очень силён. Тебе нужно лишь научиться правильно сражаться. К тому же, для шиноби самое главное — это чакра, а как мы с тобой заметили, связанные с ней навыки передаются.

— Отлично, Карин-чан! Я найду Густобровика в два счёта! И научусь всем стихиям! И… А что ты говорила про невидимость?

— Наруто-кун, отведи меня пожалуйста к тому больному шиноби, — сдержанно сказала я.

Мне было очень страшно, но иногда приходится идти навстречу своим страхам.

* * *

Тяжёлый влажный кашель, осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, даже волосы из-под банданы с протектором Конохи, казалось, свисали болезненно. То, что этот человек являлся действующим шиноби, говорило о том, что Наруто — слишком наивный простак, считающий свою деревню воплощением дружбы и взаимопомощи. Настолько больного человека не выгнали бы на службу даже в Кусагакуре. Ведь шиноби Кусы — это не две чужачки, чья чакра обладает чудесными свойствами. Или, возможно, ирьёнины Конохи ничего не могли поделать с этой болезнью, во что мне верилось слабо — Лист всегда славился своими медиками, а слава одного из них достигла даже меня.

Я тяжело вздохнула. Медицинские дзюцу были нужны мне позарез, я хотела научиться многому — уметь контролировать свойства своей чакры, уметь вносить постоянные модификации в строение глаза, тем самым навсегда избавившись от очков, суметь избавиться от шрамов на теле — наглядных следов рабства. А ещё (тут во мне поднялась волна нервного смеха) хотела бы быть членом могущественного клана, где был бы кто-то, кому я дорога настолько, как Блондину дороги его товарищи. Чтобы кто-то мог ради меня сразиться со всем миром. Но чудес не бывает — я одна, со смерти матери всегда была и дальше всегда буду одинокой.

Увидав Наруто, целеустремлённо шагающего к нему, джонин с важным видом начал что-то писать в планшете и внешне неспешным, но очень и очень быстрым шагом, направился к выходу из этого странного зала с гигантскими руками. Похоже, Наруто заслужил среди местных шиноби устрашающую репутацию. Блондин был готов к бегству своей жертвы.

— Каге Буншин но дзюцу! — воскликнул он, и не менее пары десятков клонов разбежались, перекрывая все входы и выходы.

Джонин обвёл их болезненным усталым взглядом и вновь тяжело закашлялся. Да, Коноха своих шиноби не щадит.

— Проктор-сан, проктор-сан! — радостно завопил Наруто и, крепко ухватив меня за руку, помчался в сторону больного.

— Чего тебе, кху-кху, Узумаки? — спросил он.

— Дедуля сказал, что у вас есть крутое дзюцу невидимости! — радостно завопил Блондин.

— Кху-кху-кху. И что?

— Это значит, что вы меня можете ему научить! — как будто это само собой разумелось, ответил Наруто. — И вы сделаете это сейчас!

— Кху-кху-кху, и почему это?

Кашель этого джонина невероятно раздражал, общаться с ним было просто невыносимо.

— Потому что пока команды не собрались и не начались отборочные сражения, у вас есть время!

Вот так сразу в лоб? Серьёзно? Таким образом можно добиться только того, что тебя отошлют прочь, а дзюцу невидимости будут использовать, чтобы не попадаться на глаза.

Шиноби вновь закашлялся и, развернувшись к нам спиной, направился к выходу. Клоны Наруто попытались заградить ему дорогу, и он уже потянулся к рукояти меча, торчащего из-за его спины.

— Я могу вас вылечить! — выпалила я и тут же добавила. — Попытаться это сделать.

Он замер на полушаге и медленно обернулся ко мне.

— Ты, кху, не из нашей деревни, — он взглянул мне в глаза. — Почему, кху-кху, ты стала бы это делать? Почему ты решила, кху, что сможешь помочь там, где не справились наши ирьёнины?

Я собрала волю в кулак. Сейчас всё должно было решиться.

— Наруто с командой спасли мне жизнь. Без них я бы погибла. Мне нужно вернуть этот долг. Наруто нужно стать сильнее, и я помогу ему в этом!

— Помидорка-чан, ты же и так здорово выручила нас — без твоей чакры Саске бы не выжил! Ты ничего мне не должна!

Идиот! Какой же ты всё-таки болван! Если Наруто когда-нибудь всё же станет Хокаге, свою деревню он точно погубит.

— Спасибо за твои слова, Наруто-кун. Я считаю, что расплатилась с Саске за своё спасение, — правда я не прочь, чтобы этот красавчик снова спас меня, как Принц — Принцессу, но об этом лучше промолчать. — Но ты был очень добр ко мне, поддерживал меня и защищал. Поэтому я решила помочь тебе, как смогу, на твоём пути к посту Хокаге!

При этом волшебном слове в глазах Наруто загорелись звёзды, и он наконец-то заткнулся.

— И как, кху-кху, ты надеешься меня вылечить?

Этого ублюдка стоило бы исцелить только для того, чтобы никогда не слышать его мерзкий кашель. Я вздохнула и отпустила Хенге, ощущая, как на моём носу вновь появляются очки. Когда дым развеялся, проктор подозрительно на меня посмотрел.

— К-кху-куса? Вылечишь? Ваши ирьёнины, кху-кху, — отстой!

— Кому об этом знать, как не мне? — парировала я. — Я обладаю особым исцеляющим кеккей-генкаем.

Надеюсь, особенность моей чакры сойдёт за улучшенный геном, и очень надеюсь, что я правильно поняла Широколобую и употребила слово правильно.

— Я не позволю использовать, кху-кху-кху, на мне никаких дзюцу шиноби чужой деревни!

— Что вы, никаких дзюцу! Моя чакра может исцелять, достаточно меня укусить, — я задрала рукав, демонстрируя множество шрамов. — Как видите, в Кусагакуре пользуются этой способностью.

Он посмотрел на меня и в его взгляде мелькнула жалость. Этому ублюдку предложили исцеление, а он колеблется? У них в Конохе, похоже, эпидемия идиотизма.

— Шиноби-сан, — надо его додавить, чтобы он излечился и дал это дзюцу, — если вы думаете, что не приняв мою помощь, делаете доброе дело… то вы ошибаетесь. По возвращению в свою деревню я буду вынуждена делать то же самое, но там это будет лишь бессмысленным свидетельством неспособности наших ирьёнинов вылечить кого-либо, а сейчас же я помогаю другу стать ближе к мечте.