Чтение онлайн

— Горько! У меня огонь в животе! Зачем? — пробормотал Буддхабадра.

— Сам увидишь! Проверенное средство! Ты не будешь чувствовать вес тела. Еще немного — и ты улетишь! Как я и говорил, через весь Китай!

Умара заметила, что дурман начинает действовать: тело Буддхабадры обмякло, он совершенно перестал сопротивляться, потом вдруг глупо рассмеялся, и изо рта побежала струйка слюны, словно ручеек по освещенному солнцем горному склону.

— Где я? — промямлил он. На лице Буддхабадры появилось тоскливое выражение потерявшегося ребенка, ноги подкосились, и он мешком повалился бы на землю, если бы тантрист не успел подхватить его.

Девушка в панике пыталась сообразить, как бы помочь несчастному, но быстро поняла, что это не в ее силах. Ей оставалось только с ужасом наблюдать.

Сумасшедший набросился на беспомощную жертву с кулаками, потом швырнул на пол, начал было душить, но вскочил и принялся топтать ногами. Умаре это избиение напомнило о ритуальных представлениях: по особым праздникам такие разыгрывали в Дуньхуане как символическое отображение защиты оазиса от злых сил. Только здесь все было по-настоящему. Одурманенный наркотическим снадобьем, с налитыми кровью, сверкавшими, как рубины, глазами, Безумное Облако впал в боевой раж и наносил все более жестокие удары. Лицо его раскраснелось, черты исказила восторженная гримаса, и в своем неистовстве он был по-своему красив, как бывает красив нападающий хищник.

Молодая христианка чувствовала, как у нее от страха скрутило живот. Она уже пожалела, что решилась нарушить строгий запрет отца и покинула сад. Оказывается, в жизни случаются вещи и похуже, чем скука в те дни, когда она считала себя пленницей! Умаре даже пришлось прикусить губу, чтобы сдержать крик ужаса: мощным ударом Безумное Облако подбросил тело Буддхабадры, а потом, как цепом, начал колотить кулаком по лицу поверженного, так что из окровавленного рта посыпались зубы.

Затем сумасшедший подхватил бесчувственную жертву за пояс — голова Буддхабадры болталась, как у старой тряпичной куклы, — и, держа на руках, завертелся на месте.

— Видишь? Ты летаешь! Я же говорил! Приготовься, освобождение уже близко! — смеялся Безумное Облако.

Бросив безвольное тело на пол, тантрист запрыгал по нему, высоко вскинув голову, закатив глаза и нечленораздельно подвывая.

Умара прижала ладони к щекам, не отводя остановившегося взгляда. Можно воспользоваться тем, что безумец увлечен своим страшным занятием, и бегом добраться до выхода… а если заметит? По усеявшим склон камням трудно бежать, зато легко упасть и расшибиться или подвернуть ногу. Этот разгоряченный безумец легко ее догонит…

Тантрист тем временем снова поднял тело, уже мало походившее на человека, и с размаху ударил им по колонне, которая поддерживала массивный архитрав — кедровую балку в основании свода. Удар оказался настолько сильным, что колонна надломилась, архитрав просел и сверху посыпались огромные камни. Воздух наполнила молочно-белая пыль. Умара отчаялась, сообразив, что дорогу к выходу ей теперь преграждает здоровенная каменная куча. Ее надежда выбрать момент и быстро выскочить наружу окончательно рухнула вместе с частью свода. Хуже того, в двери теперь, пожалуй, вообще невозможно было выйти. Зато вылезти в окно стало легче, потому что под ним образовалась небольшая насыпь из щебня. Но путь к окну пролегал совсем рядом с площадкой, где обезумевший аскет все ломал и ломал кости наверняка уже мертвой жертвы.

— Ну что ж, осталось только совершить жертвоприношение хома, и на этом для тебя все закончится! Ты отправишься прямиком на небо! — выкрикнул Безумное Облако, с губ которого летела пена.

Девушка жалась к колонне, чувствуя слабость в коленях. Изо рта человека, которого она давно уже считала мертвым, вылетело вдруг жуткое бормотание:

— Но ты не можешь предать огню мои вещи!

Несмотря на чудовищные раны, наркотическое питье Безумного Облака не позволяло настоятелю испытывать боль или страх. Он вообще вряд ли понимал, что происходит, но по-прежнему помнил, что несет ответственность за сокровище.

— Ты ничего не почувствуешь! Не бойся! Вперед, навстречу апсарам! Воображай, как ты полетишь к небесам! — бормотал Безумное Облако, вливая еще один глоток дурманящего напитка в горло Буддхабадры и снова поднимая его, чтобы закружить.

Один оборот, другой…

Несмотря на шок, Умара не смогла удержаться и стала считать обороты.

Затем безумец бросил тело на пол и достал кинжал, чтобы схватить рукоять обоими руками. Страшное лезвие сверкнуло над его головой.

— Саткармани! Саткармани! — в экстазе восклицал он точно в те мгновения, когда его руки вновь и вновь низвергались на грудь Буддхабадры.

Когда этот жестокий танец-обряд завершился, у ног тантриста лежало уже совершенно мертвое тело.

Умара этого не знала, но словом «Саткармани» именовались шесть магических действий: возбуждение и обездвиживание, сеяние вражды и умиротворение, убийство и врачевание. Они составляли основу тантрического ритуала крура, который обычно исполнялся символически, но на сей раз был разыгран вполне буквально.

Вскрыв кинжалом грудную клетку жертвы и откинув верхнюю часть, будто крышку коробки, Безумное Облако извлек оттуда кровавый комок — должно быть, сердце — и торжественно поднес к губам.

Умару замутило, но отвести глаз она не могла.

Покончив с жуткой трапезой, Безумное Облако завалился на спину и замер. Вскоре послышался непонятный хрип.

Девушка вытянула шею присмотреться и поняла, что убийца Буддхабадры, очевидно, просто храпит во сне. В три прыжка она преодолела открытое пространство, подобралась к окну, куда теперь в одно мгновение можно было забраться по груде камней, как по лестнице. Однако Умара медлила в опаске, что камни могут покатиться. Сначала эту груду следовало осторожно испытать на прочность.

Совсем рядом лежал ужасающий, растерзанный труп Буддхабадры. Остекленевшие глаза вперились в обрушенный свод.

Девушка содрогнулась.

Кровь стучала в висках; затаив дыхание, Умара прислушивалась к храпу убийцы — что, если проснется? Совсем неподалеку лежала кожаная сумка. Стоило сделать пару шагов и протянуть руку…

Храп прекратился. Умара замерла, вообразив, как сумасшедший открывает глаза и бросается на нее. Несколько мгновений она неподвижно смотрела на убийцу, опасаясь даже шевельнуться, но этот страшный человек вскоре опять захрапел.

Умара потянула сумку к себе за уголок. Из раскрытой горловины вдруг что-то выпало; в страхе, что предмет покатится по камням, девушка едва успела подхватить его и опешила — в ее руках оказалась красивая деревянная коробочка. Лихорадочно затолкав ее под широкий вышитый пояс, Умара на цыпочках стала отступать и решилась наконец шагнуть на щебень. Камни не катились. Тогда она кошкой взлетела по насыпи и перемахнула через подоконник. Когда после ее отчаянного рывка несколько мелких камешков все же запрыгали вниз, она уже со всех ног неслась прочь от пагоды.