Чтение онлайн

Ну зачем я ответил на этот долбанный телефонный звонок? Хорошо, а если бы не он, то я бы мог ничего не узнать? А что я должен был узнать? Они же просто целовались! А может, они просто друзья?! Но, пардон, друзья так не целуются, это как минимум. Они так нагло смотрели мне в глаза, словно говоря: «На, смотри, дружок!». А вдруг это у них давно? Фу, как это все гадко и грязно!..

Я закрыл лицо обеими руками, будто мне было очень стыдно. Да, стыдно, очень стыдно, я столько лет прожил с ней, любя и наслаждаясь ею, а она сотворила такое, что даже и вслух-то произносить страшно и стыдно. Я залпом выпил литр воды и засунул голову под кран прямо здесь в этой кухне-столовой. Вытираться не стал и стоял, словно отрешенный, прикрыв веки, а вода тоненькими струйками текла с моей шевелюры вниз по телу, впитываясь в рубаху.

Налив кофе, я нажал кнопку вызова горничной. Через минуту зашла та самая девушка, и я сказал ей, что закончил дела согласно договоренности и хочу уехать. Она ответила, что минут через десять все будет готово, и она даст знать, затем, кивнув головой, вышла. Я сел пить кофе и, оглядевшись по сторонам, заметил, что нигде нет моего пиджака, он, видимо, остался в номере выделенных мне апартаментов. Но на спинке стула висел пиджак хозяина дома, этого, прости господи, «сильного мира сего». Плюнув на все, я взял его и, вывернув наизнанку, сунул подмышку. Увидев на экране авто у подъезда, я глотнул кофе, а остатки плеснул на ту самую стену, на которой висела картина «Святой Вольфган и Дьявол», брызги разлетелись по картине, образовав черный взрыв прямо посередине полотна. Чашку я с силой швырнул в жерло камина и с криком: «Сука!» – бросился к выходу, где передо мной сдвинулась в сторону дверь. Проходя мимо стола, я с силой смахнул на пол кипу бумажных документов. С той стороны прохода стоял мордатый верзила и молча жестом показал, куда нужно было направляться.

Внизу мне завязали глаза мягкой черной тканью и, выведя на улицу, аккуратно помогли устроиться в авто. Через некоторое время, примерно через полчаса, сняли с головы тряпицу, и я обнаружил, что нахожусь на переднем сиденье большого «Джипа Вагонир». На заднем ряду сидел щуплый человек в очках, очень походивший на Лаврентия Берию.

В моей голове был целый винегрет из дум и мыслей, которые накладывались одна на другую вновь и вновь. Я думал об этих проклятых картинах, яйцах, о жене, про которую хотелось просто-напросто забыть, о гадящей собаке и о бриллиантах. Тут моя рука невольно скользнула по вывернутому наизнанку чужому пиджаку, и я нащупал нечто крупное и твердое. Меня будто ошпарило, я попросил остановить машину и сказал, что дальше домой я доберусь сам. Водитель ответил, что по инструкции он должен доставить меня до места, но затем со словами: «Хер с тобой, вылазь отсюда!» – остановил машину, и я быстро покинул ее. Машина с визгом развернулась и умчалась вдаль.

Я надел на себя пиджак этого… этого целовальника чужих жен, плюнул и, сунув руку в правый карман, достал из него…

Смех сквозь слезы

Я расхохотался так громко, что ощутил, будто весь мир с удивлением уставился на меня, и размышлял: «Что это его так развеселило, очень интересно?!»

Я достал из кармана пиджака тот самый огромный бриллиант! Да-да, тот самый, который, вроде как, должен был находиться в короне самой английской королевы, но он почему-то находился у меня в руке, в моей влажной руке. Смех сменился плачем, да-да, именно плачем мужчины, который стоял на обочине дороги, вдоль которой с большой скоростью неслись автомобили, я стоял и просто плакал.

Затем, решительно убрав в карман пиджака находку, достал из кармана джинсов телефон и обнаружил, что появилась связь. Связь-то есть, но на телефоне не было ни одного входящего вызова. Ни од-но-го!!! Меня это просто обескуражило и раздавило, я столько времени отсутствую, и мне никто не позвонил, прошу заметить – никто. Ни сын, ни жена. Ну, это было для меня уже за гранью понимания всяких там приличий, всех известных мне приличий! Буквально через минуту я уже ехал на подобравшем меня автомобиле медцентра «Инвитро», который собирает анализы клиентов на дому. Оказавшись в ней, я ощутил себя одним из их анализов. Нет, она была пустой, просто остановившийся водитель ехал из Питера от родителей, ну и, видимо, пожалел одиноко стоящего мужика на обочине трассы. Я посмотрел по геолокации в телефоне и обнаружил, что стоял, немного не доезжая Валдая. Бред какой-то, Валдай!

Вслух сказал:

– Это ж надо было так далеко забраться, господи боже мой!

– Смотря откуда! – удивился парень.

– От Москвы, конечно.

– Да ладно Вам, по этой новой трассе – пару часов, и дома.

– Ну да, ну да, и дома … – ответил я ему и подумал, что домой я не вернусь. Еще не хватало заняться глупыми разборками и слушать нелепые и смешные оправдания, как в кино: «Ты не так все понял, я тебе сейчас все объясню, милый!!!».

Я сидел и размышлял: хорошо, сын взрослый, у него своя жизнь, своя семья, и мы давно определились, что я не надоедаю ему своим присутствием в его жизни. Нет, у нас прекрасные отношения, я люблю его очень, и я есть в его жизненном пространстве, но он абсолютно самостоятельный семейный человек. В связи с тем, что он не позвонил мне за все время, пока меня не было дома, у меня нет к нему претензий. Ведь как бывает: некоторые люди говорят друг другу: «Вот, ты мне не позвонил, а если я там уже подох?!». Ну подох и подох, что так волноваться-то? Родственники определят тебя, куда следует! Поэтому я повторяю: у меня нет претензий к моему… ну хорошо, к нашему, сыну. Но вот она… Не могу подобрать слов и не хочу банальщины типа: «Как она могла, мы столько лет вместе, а как же любовь? Ах, она такая-растакая, подлая!» От нее не было ни одного входящего звонка!..

– И будь, пожалуйста, на связи, чтобы я не волновалась. Блин! – заорал я, изобразив ее, а водитель от неожиданности испуганно вильнул рулем. Я извинился за выпад, а он громко рассмеялся.

Я попросил высадить меня на МКАД и решил пешком дойти до дома, а сам, дойдя до Москвы-реки, остановился и сел на берегу. Я решил, что никуда не пойду, я просто исчезну. Да-да, я просто исчезну из их долбанной жизни. А что, сыну я не нужен, эта нашла себе олигарха-коллекционера, и я, вроде, теперь богат. Опля! Я теперь богат, и это мне откуп за ту гадость, которую мне устроили он и она, пускай милуются, а у меня в кармане целый миллиард, вот так-то вот! Да, но только кому он нужен, и что я с ним сделаю, ведь я не смогу его продать ни одному человеку на Земле!!! Блин горелый, я, кажется, попал, влип по самые уши! Точно, нужно исчезнуть, пропасть пропадом. Не, руки накладывать на себя я не стану, а вот уехать куда-нибудь, уеду, это как пить дать.

На телефон стали поступать звонки с неизвестного номера. Много, очень много звонков. Я вытащил сим-карту, разломал ее камнем и выбросил в реку вместе с телефоном. Да так и остался сидеть до самого вечера, перебирая «безделушку» в кармане чужого пиджака.

Друг

Я никогда не верил в чудеса, но вот только не сейчас, сейчас как раз в чудо-то я и уверовал. По дорожке вдоль берега прогуливался Петр, мой друг Петр Иноземцев. Увидев меня, он со всей своей широкой и открытой улыбкой направился в мою сторону и присел рядом. Я, конечно, очень, очень рад был его видеть.

– Акимушка, привет, как я рад тебя видеть! Ты где пропадал, я уже сто лет тебя не видал? Ты бы хоть позвонил когда, что ли?!

– А то, может, я уже подох … – горестно вздохнул я.

– Не понял, в каком смысле? Что-то я гляжу ты не в настроении! А, дружище?! – обеспокоился приятель.

– Привет, Петр! Ты на меня не обижайся, я тут понимаешь…

– Подожди, ты весь бледный, пойдем, расскажешь мне, что с тобой приключилось!

– Понимаешь, я тут влип в такую историю, что даже если броситься с небоскреба, то поймают на лету, изобьют, затем убьют и сожгут в топке, как Сергея Лазо.

– Ну ты, брат, и задвинул! Это ж где ты так набедокурил, что с тобой прям вот такое могут сделать? А впрочем, поехали! По пути все расскажешь. На парковке мы сели в его Гранд Чероки и умчались в ночь.

На даче его семьи никого не было. Петр сказал, что жена с детьми и внуками укатила на курорт, и что его одного после всех приключений оставлять не страшно. И рассмеялся. Я вспомнил, что с ним приключилась нелепая история, и он чуть было не погиб у нас в районе, как раз перед тем, как мы с ним познакомились на берегу реки.

Он согрел воду, приготовил очень вкусный облепиховый чай и сказал:

– Ну а теперь рассказывай, что стряслось, дружище?!

Я помолчал, а затем достал камень из чужого пиджака и протянул его Петру. Он протяжно присвистнул в потолок и нахмурил бровь.

– Да, брат, ты, видимо, и вправду влип в какую-то историю, но я не буду тебя ни о чем спрашивать. Ты скажи, что нужно, я постараюсь помочь.

– Помочь? Кому? Покойнику ходячему?

– Аким, давай так: ты вкратце расскажи, а я решу, чем конкретно я помогу или не помогу. Хорошо?