Чтение онлайн

Его губы были рядом с ухом:

— Ничего не говори. Мне просто нужно, чтобы ты знала.

Я повернулась в его объятиях, потянулась к его губам. Пусть я не могла дать ему слова, я могла дать ему свои действия. Могла дать себя.

Холт глухо зарычал, углубляя поцелуй, напрягаясь против моего живота.

Этот рык я ощутила во всем теле. Он зажег во мне огонь. Отчаянное желание вытеснить воспоминания сегодняшнего дня и страх потерять его в любой момент. Глубокую потребность доказать себе, что я могу удержать его.

Моя рука скользнула между нами, обхватив его длину и скользя вверх-вниз, наслаждаясь, как он становится тверже.

— Рен…

— Возьми меня.

Мне был нужен Холт. Нужен наш огонь, который мы зажигали только вдвоем.

Холт поднял меня на руки, вышел из-под потока воды и опустился со мной на кафельную скамью в глубине душевой. В его глазах пылало пламя.

— Твой выход, Сверчок.

На секунду уверенность дала трещину. Я не имела ни малейшего понятия, что именно делаю. Знала только одно — как Холт заставляет меня оживать под своими прикосновениями.

Его губы коснулись моих:

— Ты — все, что мне нужно. Почувствуй это.

Он прижался ко мне там, где я горела сильнее всего, и внутри все сладко сжалось от желания. Его отклик показал, как сильно он меня хочет. Этого оказалось достаточно, чтобы я набралась смелости.

Я устроилась, колени по обе стороны его бедер, и медленно опустилась на него. Губы приоткрылись от этого восхитительно-щемящего ощущения наполненности.

Холт провел большим пальцем по моей нижней губе:

— Чистая красота.

Он подался вперед, и по телу пробежали мелкие волны наслаждения, толкая меня вперед. Бедра сами нашли движение — мягкие покачивания вверх-вниз, осторожные повороты, пробы и поиски ритма.

Внутри все превращалось в раскаленную жидкость. Холт подхватил мой ритм, его бедра двигались навстречу моим. Мы утонули в этом такте, в пульсе, который принадлежал только нам.

Но мне было мало. Я хотела, чтобы Холт сорвался. Чтобы он сделал меня своей так, чтобы я знала — он всегда будет рядом.

— Холт… — мне было все равно, что в моем голосе звучала мольба. — Мне нужно больше.

Он одним движением поднял меня с себя. Я тихо застонала от потери, но уже через секунду он развернул меня лицом к стене. Вошел одним длинным, непрерывным толчком и я чуть не заплакала от облегчения. Я подалась назад, жадно ища еще.

Холт входил глубже, ускоряясь. Мои ноги дрожали, внутренние мышцы сжимались в сладкой судороге.

Я выгнулась, встречая его каждым движением. Уперлась ладонями в кафель, а глаза защипало от нахлынувших чувств.

Его рука скользнула между моих бедер, нащупала и обвела кругами тот самый узелок нервов. Звук, сорвавшийся с моих губ, был таким, какого я никогда прежде от себя не слышала.

— Ты со мной?

— С… тобой.

Холт слегка коснулся моего клитора и мир сузился до одной точки. Если бы не его реакция, я бы рухнула на пол. Но его рука обвила мою талию, удерживая меня, и он сделал еще один мощный толчок, выдыхая мое имя.

Мы опустились на скамью, пытаясь перевести дыхание.

— Слишком? — мягко спросил он.

— Нет. Идеально.

Потому что Холт сделал именно то, о чем кричала моя душа. Он пометил меня так, что я уже никогда этого не забуду, что бы ни случилось дальше.

?

Грей устроилась напротив меня в мягком кресле в гостиной, поджав под себя ноги. И едва заметно сдерживала улыбку.

— Слушай, ты выглядишь чересчур сияющей для человека, в которого вчера стреляли. Прямо как будто кое-кто… кое-что себе получил.

Я замерла, протягивая ей кружку кофе.

— Не знаю, о чем ты говоришь.

Мысленно я вознесла тысячу благодарностей за то, что Холта сейчас нет дома. Зато за окном дежурили двое офицеров. Я старалась не чувствовать себя из-за их присутствия в ловушке, но получалось плохо. Слишком уж знакомое это ощущение, будто меня снова забросило в то время, когда репортеры осаждали улицу, а я была уверена, что третий стрелок появится с минуты на минуту.

Грей лишь шире ухмыльнулась, не замечая, что мои мысли уходят в штопор.

— Мне не нужны подробности. Это же мой брат, фу! — передернула она плечами. — Но я хочу знать, что ты счастлива.

Я прикусила уголок губы.

Улыбка исчезла с лица Грей.

— Ты не счастлива.

— Я счастлива, — прошептала я.

— Тогда почему у тебя вид, будто у тебя щенка украли?

Шэдоу подняла голову, услышав это.

Я откинулась на спинку дивана и подтянула колени к груди.

— Боюсь, что это счастье украдут.

Грей кивнула.

— Кто-то вроде Холта?

— Или стрелок. Каждый раз, когда я думаю о том, чтобы позволить себе хотеть этого по-настоящему…

— Тебе становится страшно.

Я кивнула.

Грей шумно выдохнула, откинувшись на спинку кресла и набирая что-то в своем инсулиновом шприце.

— Прости, Рен.

— Я понимаю, что это нелогично, но не могу остановить страх. Он просто захватывает меня. Бывают моменты бешеной радости, но между ними я вижу лишь бесконечные варианты того, как все это может закончиться.

Грей сделала глоток кофе.

— Это риск, с которым мы все живем. Цена глубокой любви. Семья, дружба, отношения… Единственное, в чем можно быть уверенной, — мы потеряем друг друга.

От этих слов у меня пересохло во рту.

— Мы не можем это контролировать. Мы можем контролировать только то, как живем до того момента. Хочешь тратить это время на страхи и тревоги? Или хочешь жить?

Последние десять лет я строила вокруг себя защиту: от боли, разочарований, горя. Создала себе пузырь — хороший, безопасный, предсказуемый. Но это была не та жизнь, что с Холтом. Она оберегала меня от разрывающего сердце отчаяния, но и лишала головокружительных высот, от которых мир оживает.