Чтение онлайн

Холт заглушил мотор и вышел. Обойдя машину, он открыл мне дверь и повел к небольшому обрыву.

— Здесь невероятно, — прошептала я, прижимаясь к нему. — Я никогда сюда не поднималась.

Он поцеловал меня в макушку:

— Ты все еще любишь эту землю?

Я поняла, что кроется за этим вопросом. Здесь произошло так много тяжелого, пугающего. Но в этом месте было и нечто большее.

— Как можно ее не любить? Это место, где ты вернулся ко мне. Где мы снова влюбились. Оно навсегда будет моим любимым в мире.

В его взгляде появилось столько нежности, что у меня сжалось сердце.

— Хорошо.

— И кто тут у нас превращается в Роана с его односоставными фразами?

Он усмехнулся, а потом накрыл мои губы долгим, неспешным поцелуем, в котором было все — мягкость, забота, любовь. Я будто кожей почувствовала, как он меня любит.

Когда я отстранилась, уже задыхалась:

— Забираю слова обратно. Ты умеешь говорить все без слов.

Холт обхватил мое лицо шершавыми, теплыми ладонями и в одно касание растворил во мне всю боль:

— Я подумал… может, мы построим здесь дом. Наш.

Я распахнула глаза:

— Но ведь эта земля не продается.

Он пожал плечами:

— Я поговорил с владельцем. Сделал предложение, от которого трудно отказаться. Мы могли бы владеть всей территорией отсюда до самого озера. Домик оставить для гостей. Или сделать из него лодочный. Но я хочу с тобой жизни. Детей. Всего, о чем мы мечтали. И хочу, чтобы мы начали с нуля. Вместе.

Слезы покатились по щекам:

— Холт…

Он улыбнулся:

— Это да? Ты со мной?

Я бросилась к нему и обвила руками:

— Я с тобой.

Рен

ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ

Холт разложил плед на том месте, которое я уже мысленно называла нашим. За все эти годы у нас было много таких «уголков»: тайники на участке его родителей, огромное мягкое кресло в доме, где я выросла, пирс, на котором мы проводили часы, стоит только погоде улучшиться.

Но это место было моим любимым. Может, из-за всех тех моментов, что были до него. А может, потому, что именно здесь мы собирались строить свою жизнь.

Холт достал из машины корзину для пикника и жестом пригласил меня присесть.

Шэдоу носилась по поляне, прыгая по траве и петляя вниз по склону. Улыбаясь, я опустилась на плед, ощущая волнение и, может быть, легкую тревогу.

Холт усмехнулся:

— Ты же знаешь, мы можем все поменять, если что-то не понравится.

— Знаю. Но мы столько раз обсуждали все с архитекторами… Я надеюсь, что это будет прямо в точку с первого взгляда. — Чем больше правок, тем дольше ждать дома.

Он наклонился и коснулся моих губ:

— Я тоже надеюсь. Но главное, чтобы все было как надо, а не чтобы побыстрее.

— Почему ты всегда говоришь такие разумные вещи, когда дело касается строительства? — проворчала я.

Холт рассмеялся. В этом смехе за последние два месяца что-то изменилось — он стал легче, свободнее:

— Звучит так, будто тебя это раздражает.

— А как же. Раздражает, когда ты прав, а я нет.

Он прикусил губу, пытаясь не засмеяться громче:

— Все из-за того серого цвета, да?

— Он чертовски хорошо смотрится с теми фотографиями, что мы повесили!

Теперь Холт действительно рассмеялся, притянул меня к себе и крепко поцеловал:

— Обещаю быть неправым как минимум пять раз, пока мы будем строить этот дом.

— Это было бы очень по-джентльменски, — улыбнулась я, прижимаясь к его губам.

— А ты знаешь, я джентльмен.

Низкий, хрипловатый оттенок его голоса заставил тепло разлиться внизу живота:

— Ради всего святого, только не говори таким тоном сейчас.

— Каким тоном? — спросил он с самым невинным видом, хотя в глазах уже плясали дьявольские искры.

Я ущипнула его в бок:

— Ты прекрасно знаешь. У меня же руки чешутся наброситься на тебя, а если нас арестуют за непристойное поведение, до этих чертежей мы точно не доберемся.

Холт вздохнул:

— Ладно. Дом сейчас, секс потом.

У меня сжался живот от скрытого в этих словах обещания:

— Спасибо.

Он не отпустил меня с колен, но потянулся за тубусом с чертежами. Осторожно развернул листы перед нами. Их было много, но первый план захватил дыхание.

На глаза навернулись слезы.

— Это идеально.

Холт крепче прижал меня к себе:

— Эй, что это за слезы?

— Просто… я люблю его. — Это было все, о чем мы мечтали: смесь горного шале и фермерского дома с огромной верандой по периметру. — Они даже качели нарисовали.

Его губы скользнули по моей шее:

— Я сказал им, что без качелей будет не то.

— Я тебя люблю. Я уже говорила тебе это сегодня?

— Всего десять раз. У тебя еще минимум столько же в запасе.

Я рассмеялась и перевернула страницу. Архитекторы превзошли себя. Первый этаж — светлый, просторный, с огромными окнами. Кухня переходила в семейную зону с одной стороны и в столовую — с другой. Большой камин из камня разделял столовую и еще одну зону отдыха.

В подвале — игровая с огромным телевизором с одной стороны и спортзал, который Холт считал жизненно необходимым, — с другой. На втором этаже — пять спален, включая нашу с ванной мечты.

Я провела пальцами по одной из дополнительных спален, и сердце у меня забилось чаще:

— Здесь может быть детская. Она ближе всего к нашей и с красивым видом на лес.

Холт улыбнулся, его губы скользнули по моим волосам:

— Отличный план.

Я вцепилась в его предплечья и глубоко вдохнула:

— А как ты отнесешься к тому, чтобы заполнить эту комнату немного раньше, чем мы планировали?

Холт напрягся подо мной:

— Сверчок?

Я развернулась к нему, чтобы видеть его лицо. В этих глубоких синих глазах отразилось все.

Он сглотнул:

— Ты…?