Чтение онлайн

Я сидел рядом с самым большим иллюминатором и с упоением разглядывал пушистую зелень, разросшуюся среди мертвых каменных останков. Она бурлила силой и жизнью, красовалась вязью цветов и колосилась плодами... На Олеоне - спутнике Азуры, где я родился - растительность была очень скудной, в основном состояла из споровых и грибковых образований. До отправки в экспедицию, я проходил службу на Хароне - вообще мертвой и безжизненной планете, полной чудовищно ядовитого для всего живого неочищенного валидия. Слетать же на Азуру мне так и не довелось... Поэтому сочная и богатая мощью естества зелень приводила меня в неописуемый восторг!

Когда же каменные джунгли остались позади, и эхоплан вышел на какое-то просторное плато, я не сразу понял... что увидел океан... Самый настоящий, реальный: он бурлил волнами прямо за окнами нашего летательного аппарата!

Да, в моих школьных планшетах имелись файлы с изображением бескрайних водных просторов на Азуре, но вживую из водоемов я видел только мутный зелено-желтый ручеек, текший близ моего жилого отсека на Олеоне. А здесь... Несколько часов, пока длился наш полет через так называемый Атлантический океан, я сидел совершенно молча, не в силах оторвать взгляд от иллюминатора.

– Словно заколдовали, - донеслись до меня туманные слова. Вроде бы голос принадлежал девушке.

Я рефлекторно повернул голову на звук. Оказывается, рядом со мной сидела Ксюша Фер - бортмеханик нашей воздушной посудины. Упоение природой тут же схлынуло с меня, сменившись совершенно явным и очевидным природным возбуждением в моем теле.

Очаровательная, хорошо сложенная брюнеточка с четкими и ровными линиями лица приглянулась мне еще с первого дня нашей экспедиции... За четыре недели полета до Земли я при любой возможности старался крутиться рядом, пожирая ее глазами. Но заговорить не хватало духу. С девушками мне по жизни как-то не везло... А рядом с такой красавицей всяческие силы оставляли меня! Хотя такое поведение для сынов Олеона было совершенно несвойственным: азурянки (а брюнетка точно была с Азуры!) с ума сходили по выходцам с моей планеты. У нас гравитация была сильнее, от чего наши тела от природы формировались куда более крепкими и рельефными в отличие от азурянких... Поэтому мужики с голубого шарика проигрывали нам по этой части. Чего, правда, не скажешь об интеллекте... Зато азурянки в отличие от наших... эм... мощных бабищ были куда нежнее и женственнее.

И сейчас богиня мыслей последних моих дней сидела рядом, на одном из пассажирских сидений... Ну конечно на одном из пассажирских! И на каком в принципе ей еще сидеть? Эхоплан - не звездолет. Здесь особо не разгуляешься... Ко всему прочему на спуск отправилась вся экспедиционная группа, оставив основное судно висеть на орбите под автопилотом. Никто не хотел оказаться безучастным к историческому событию.

– Я про океан, - сказала Ксюша, прищурившись. Оказывается, я уже несколько минут просто сидел и пялился на нее.

– Да... океан... Он замечателен, - пробормотал я, стушевавшись.

Ксюша рассмеялась, продолжая разглядывать меня. Я почувствовал, что мои щеки налились краской. Словно у девицы. Какой стыд!

– Ты такой смешной, словно ребенок. Большой только и мускулистый, - сказала она.
– Меня это забавляет... И как ты вообще попал в солдаты? С детства помню вояк грубыми мужланами...

– Я... Так получилось, - скривился я. Что-то мне не хотелось рассказывать свою... не самую веселую историю пути в армию Конфедерации.
– С Олеона обычно попадают... в армию.

– Заметила, что вертишься вокруг меня постоянно... Понравилась?
– улыбаясь, продолжала уничтожать меня Ксюша.

Я совершенно наивно выпучился на нее от удивления. Она рассмеялась и, хлопнув меня по коленке, упорхнула со своего места. Через секунду она скрылась за дверью кабины пилотов. Только сейчас я вспомнил, что согласно летной инструкции бортмеханик в ожидании поручений должен находиться рядом с командиром судна и первым помощником.

Так что же? Она пришла сюда ради меня?

Неожиданно все пространство перед моими глазами заслонило чье-то мощное тело, затянутое в эластичную валидиевую броню темно-зеленого цвета. В отсутствие полного обвеса на доспехе можно было разглядеть каждый контур поджарого тела солдата - специальный сплав валидия с нейропластиком облегал мышцы подобно латексу, повторяя рельеф от подбородка до ступней. Пробить же такую броню не мог даже прямой выстрел в упор из импульсной винтовки: сила попадания равномерно распределялась по всей материи. Другое дело, конечно, что доспех множество зарядов за один раз поглотить не сможет и треснет от резонанса и перегрузки... Да и от старых образцов пушек-автоматов с разрывными патронами 42 калибра броня не спасала - они могли пробивать танки. Впрочем, такие доспехи не предназначались для боя в отрытом поле.

Объемная фигура опустилась на место, где пару секунд назад сидела Ксюша. На меня из-под широкого лба смотрели два больших фиолетовых глаза и щерилась довольная скулистая рожа.

– Ну что? Есть сдвиги?
– спросил Большой Джонни. Это был мой старый дружище еще с родной планеты. В армию мы попали вместе, потом на одну учебную базу, затем в исследовательский корпус второй армии космического десанта. И вот уже пятый год мы тянули лямку в роте Свирепых Кабанов. Естественно, в одном взводе... который нынче являлся отрядом сопровождения экспедиции.

– Так... мы впервые поговорили,- облизнув губы, улыбнулся я.

– Уже что-то. Спорим, обратный путь у тебя пройдет менее скучно?

– А ты не собирался приударить за ней?

– За девушкой, на которую мой друг пялится каждую свободную минуту? Нет. Кстати, ты бы столько же внимания уделял своей винтовке. А то сегодня при сдаче амуниции в камеру...

– Ты про ворчание сержанта? Да пошел он, - усмехнулся я.
– Царапинку он увидел! Она была там еще когда мне выдали эту чертову пушку.

– Ладно, твое дело. Только учти, лишний наряд не мне получать.

– Нашел чем пугать, - даже думать не хотелось о такой ерунде. За пять лет лишняя беготня перестала восприниматься как нечто невероятное и угнетающее. Служба!

– Слыхал куда летим-то?

– Нет, мне все равно...
– пожал плечами я.

– Ну ты даешь!
– на лице Джонни отобразилось неподдельное удивление.
– Как все равно?

– Ну вот так... Мы ожидали здесь теплой встречи, переговоров и все такое... А здесь просто пустыня с руинами. Словно на Фатуме. Только здесь руины человеческие.

– Ну ты и мутный тип... Я от наших ученых не отлипаю, а ты хандришь...

– Нет, - пожал плечами я и снова бросил взгляд в иллюминатор.
– Я наслаждаюсь природой. Теперь только она здесь есть...

– Ага...
– махнул рукой Джонни. Ему явно не верилось в мое безразличие к заново открытой колыбели человечества.
– Короче, летим мы в Санкт-Петербург! Знаешь, что это? Город наших предков! Так уж получилось, что один из дошедших до Азуры кораблей строили рядом с этим городом и экипаж с колонистами в основном набрали там... Ну и еще по мелочи из других поселений. Батька мне говорил, что наши деды точно из петербуржских. У нас в хозблоке лежит где-то книжка. Знаешь, что это такое? Куда тебе! Это настоящий раритет! Древние в таких информацию сохраняли. Тексты писали на этой, как ее... бумаге! Картинка там еще есть с мужиком на зверюге с четырьмя лапами и большой головой как в рекламной заставке медиа-шахмат...