Чтение онлайн

Несмотря на скромные размеры эхоплана, мыть два отсека пришлось довольно долго. Особенно тяжко пришлось в том, где расположился наш взвод: Пес стоял над душой и проверял каждую пылинку. Капитан, дремавший в одном из кресел только раз осадил сержанта, после чего мы с Джонни перешли в отсек яйцеголовых. Те почти все спали, что заставило нас с другом работать медленнее и аккуратнее. И не из-за большой любви к всезнайкам - гражданские очень любили жаловаться, у них это было прям в крови. А Псу только дай лишний повод поорать.

Когда мы закончили с уборкой, то решили на всякий случай лишний раз почистить оружие. На глазах у Пса. Может, это его немного остудит.

Мой карабин ML-45 типа "Блейд" покорно ждал меня в личном шкафчике со всей остальном амуницией: подсумками, патронниками, двумя ножами, несколькими гранатами, рюкзаком с сухпайком на три дня и принадлежностями для питания и сна. Обычно подобные вещи хранились в арсенале, но в этом эхоплане такого не предусматривалось. Поэтому капитан скрипя сердцем согласился оставить бойцам вооружение на их собственный контроль. Вообще, по статистике вне боевых условий внимательность бойцов к своему оружию и боеприпасам сильно уменьшалась.

Достав своё оружие, я отсоединил магазин, нажал на кнопку вскрытия затвора, проверил наличие боеприпаса внутри самого оружия, убедился в его отсутствии и, достав пенал с чистящими средствами, принялся за смазку. На самом деле, ML-45 не требовал особо тщательного ухода. Этот карабин был разработан как раз для случаев ограниченных возможностей по уходу за сложными механизмами. Но Псу было все равно - делай как он хочет и наплевать. Капитан же спускал Василию и другим сержантам их выходки. Кажется, ему было так проще командовать нашим подразделением.

Блейд был предназначен для ведения прицельного огня короткими, кинжальными, очередями. Две-три пули ложились аккурат в одну цель с разбросом буквально в пару миллиметров, причем импульсные боеприпасы затем разрывались внутри цели одна за другой, делая рану почти невозможной к заживлению. Без лазерного скальпеля, естественно.

Однако бронебойность Блейда была крайне низкой. Например, броня, что сидела на мне, могла выдержать почти полмагазина подряд из этого карабина и не разрушиться. Более старые модификации доспех были чуть менее устойчивыми, но тоже держали удар. Но для затяжных боев этот карабин никто и не задумывал. Это оружие скорее относилось к диверсионным, для молниеносных и быстрых атак с минимальным уровнем шума и суеты: звук выстрела Блейда был не громче дыхания человека. Точность же была лучшей в классе стрелкового оружия. В принципе, с ним не обязательно стрелять в доспех, можно легко попадать в швы или миллиметровые разъемы между сочленениями доспехов-скафандров. Импульсные боеприпасы доделают остальное, разворотив защиту.

Однако для десантуры (и морпехов) был более привычным менее компактный, но мощный автоматический карабин DS-4 "Раптор" 13 калибра. С таким можно было даже легкую технику пробить. Конечно, это не старая добрая Дурь-пушка, что носили колониальные пехотинцы при помощи усилителей своих огромных доспехов, но для целей десантных операций - самое то. Однако сейчас все взятые в поход к Земле Рапторы остались на звездолете. С собой капитан приказал взять только Блейды.

– Спасибо, Утер, я думала, что сегодня дотру палубу до дыр. А ты оказался джентльменом, заменил меня.

Я на миг оторвался от смазки подствольной коробки Блейда и поднял глаза. На меня смотрели большие глаза Линдси. Одна из трех девушек нашего взвода, первый год службы. Хотя все парни тащились от этой голубоглазой и божественно сложенной азурянки, меня она совсем не привлекала. Короткая стрижка, почти под ноль, тонкие губы и чересчур мощные скулы. Ну а повадки - чисто мужицкие. Не спасали дело даже крепкая высокая грудь и сексуальные бедра. Честно, я сомневался, что все остальное у нее от женской породы.

– Прости, если бы я знал, что ты в наряде, то лучше бы полизал зад сержанту, - я говорил тихо: чистящий в другом конце поножи доспех Пес не должен был услышать.

Линдси хлопнула меня по плечу. Под доспехом это было неощутимо, но если бы не он - точно остался бы синяк. Девчонка не была обделена силой.

– Ну и за что ты так меня не любишь, Ути?
– присаживаясь рядом, залепетали она. Сказанное обращение заставило меня прикусить губы.

– Я не Ути, Линдси. Вообще делом занят, не видишь?
– почему-то эта девчонка вызывала у меня острую порцию негатива в под сердцем. Стоило только заговорить с ней.

– Да ладно тебе, ты ведь такой славный. С Олеона обычно приходят громилы как Джонии, похожие на обрубки скалы. А ты ничего так, со смазливый мордашкой.

– Линдси!
– вспыхнул я.
– Отвали.

– Малыш, ну разве ты не понимаешь, что девочки обожают, когда их отвергают? Я все также буду продолжать плакать в подушку и мастурбировать на тебя в душе! Как ты так можешь со мной?!
– у меня даже дыхание перехватило от бесцеремонности этой... неженщины! Она же громко, по-мужицки, расхохоталась и упорхнула со своего места.

Мне лишь оставалось грязно выругаться под нос. Среди бойцов взвода уже давно ходят шутки насчет меня и Линдси.

На место несносной девчонки сел Джонни.

– Парень, либо ты ее трахнешь, либо она тебя, - серьезно сказал он.
– Причем во втором случае я не уверен, что традиционным для женщин способом.

– Пошел ты, - отмахнулся я.

– Да ладно тебе! Пацаны из взвода тебе завидуют страшной завистью, а ты нос воротишь от такого варианта!

– Мне это совсем не нужно, - сказал я и на несколько секунд задумчиво уставился в пол. Этого хватило другу, чтобы все понять.

– А, ты все по той брюнетке сохнешь? Вариант отличный, согласен. Но... замороченная она, я тебе говорю. Ольк на нее так и зыркает, а она нос от всех воротит.

– Ну и что?
– вспыхнул я.
– Мне достаточно пальцами щелкнуть, как у Олька хребет сломается.

– Не ну я не спорю... Однако ты простой вояка. Ты можешь часами травить солдатские байки да полировать цивье. А там... Ольк! Голова! Бабы тащатся от таких мозгов. И наплевать, что у него плоская задница и вислое брюхо.

– Ты решил этим поднять мне настроение?
– зло посмотрел я на Джонни.

– Да нет, просто хочу от тебя более трезвого взгляда на вещи. Мы с тобой воины, наша жизнь может оборваться в любой момент. Не стоит ставить перед собой невыполнимые задачи и нужно уметь пользоваться сиюминутными благами.

Я только успел открыть рот, чтобы обрушиться на друга шквалом несогласия, когда в отсеке громыхнул голос одного из лейтенантов: "Становись!".

Обычно эта команда подразумевала обязанность подчиненных занять свои места в строю, но в салоне выстроиться в линию было невозможно. Поэтому все бойцы встали со своих мест: кто с пассажирских, кто с откидных сидений рядом с личными шкафчиками.