Чтение онлайн

Адриана вернулась в комнату и смешала коктейль для Саймона. Он взял стакан, поднял его и произнес:

— У меня есть тост. Я хочу выпить за будущее!

— Чье? — уточнил Рок. — И какого рода?

— Наше будущее, такое, каким его видит каждый. Так тебя устраивает? — Саймон не смог подавить раздражения.

— Прекрасно. — Рок поднял свой стакан с виски. — Присоединяюсь к этому тосту.

— Нас с Ливи ждут грандиозные свершения. — Саймон улыбнулся ей открытой всезнающей улыбкой. — Правда, Ливи?

Рок бросил на него взгляд из-под темно-рыжих бровей и перевел его на Ливи.

— Неужели? Посвятите нас в свои планы.

— Мы собираемся перестроить все дело в фирме. Расширение экспорта — ты закачаешься, если я расскажу тебе.

— Тогда не надо, — кратко откликнулся Рок.

— Давайте не будем говорить о работе, — взмолилась Адриана. — Саймон, ты мой шеф пять с половиной дней в неделю, но сегодня вечером давай забудем об этом.

Он медленно улыбнулся ей.

— Разумеется. Но я не мог не включить в свой тост о будущем то, что дает мне средства к существованию. И, бьюсь об заклад, когда Ливи подняла свой бокал — между прочим, он пустой, — она тоже подумала об этом. — Он выглядел безгранично довольным собой.

Вечер прошел весело, но без души. Ливи он напоминал спектакль с заранее продуманными разговорами, вежливыми, уместными репликами. Однако ее ни на минуту не оставляло чувство, что каждый исподволь наблюдает за остальными…

За кофе Адриана небрежно заметила:

— Ну и хорош же ты, Саймон! Из-за тебя Ливи опоздала на совет директоров.

— Я не виноват. Телефонистка плохо выслушала мои указания. Я уже разобрался с ней.

— Неужели? — Адриана сидела, откинувшись в своем любимом кресле, и была хороша в васильковом платье, с тремя нитками хрусталя на шее.

— Ты считаешь, что я могу оставить без внимания такое серьезное упущение? — несколько напыщенно произнес он. — Ты на самом деле так думаешь?

— Я думаю, что тебе нравится быть главой фирмы, — сказала она, улыбнувшись ему и изогнув брови.

Рок, откинувшись в кресле, смотрел в пространство.

— Ты опоздала на заседание, Ливи?

— Да. Произошла путаница во времени.

— Мы задержали начало на десять минут, — сказал Саймон, — потому что первый пункт был очень важным.

Рок, усмехнувшись, посмотрел на Ливи.

— Видишь, какой ты вдруг стала значительной особой!

— Да нет. Они прекрасно обошлись без меня.

Рок стрельнул взглядом в Саймона.

— Ты говорил о расширении сферы сбыта. Когда я был в Париже, останавливался в «Мартильоне». В холле устроили выставку нашего фарфора. Прекрасные образцы!

— Мы собираемся заняться рекламой, — объяснит Саймон. — Я уже обсуждал проект телевизионной кампании с рекламным агентом.

— Вот это прогресс!

Ливи заметила, что Саймон не уловил насмешки. Играя золотым браслетом на левой руке, она произнесла:

— Хотела бы я так же много путешествовать, как ты, Рок.

— Ну, теперь у тебя для этого будет много возможностей. — Адриана посмотрела на нее, потом перевела взгляд на Рока: — Ты часто бываешь в Париже?

— Теперь нет. Одно время это был мой обычный перевалочный пункт. Нам с тобой надо когда-нибудь поехать туда вместе, ведь ты тоже хорошо знаешь Париж.

— Да.

— А где ты там жила?

— Снимала маленькую квартиру на Рю-де-Колонелс-Ренардс. Ты, наверное, не знаешь, где это.

— Знаю. Это рядом с Карно-авеню. Когда-то я знал парижские улицы не хуже таксиста. Занятно… — Выпустив изо рта облачко дыма, он следил за тем, как оно, извиваясь, уплывает от него. — Занятно, что после Парижа ты смогла обосноваться здесь, в этой забытой Богом деревушке.

— И совсем она не «забытая Богом», — раздражаясь, начал Саймон. — Если она тебе так не нравится, зачем ты здесь остаешься?

— Но мне она нравится, — миролюбиво возразил Рок. — Я просто называю вещи своими именами. Арден — действительно забытая Богом деревня, но это не значит, что я не люблю ее. То же самое бывает и по отношению к людям: мы закрываем глаза на их недостатки, не можем не замечать, но все равно их любим. А что касается Ардена… — Он улыбнулся Адриане. — Думаю, мы все рано или поздно возвращаемся в те места, где родились. Помните, у Стивенсона, когда он пишет про охотника, вернувшегося домой с гор: «Дом — вот охотник…» — Он вдруг остановился.

Чашка Адрианы упала на пол, ударившись на лету о ножку стола. Сама Адриана сидела, выпрямившись на стуле, и показалась вдруг такой хрупкой, словно могла сломаться от малейшего прикосновения к ней. Она не двинулась, чтобы подобрать осколки маленькой золотистой чашки.

Саймон порывисто наклонился за ними, а Ливи кинула быстрый взгляд на Рока. Он поднялся с. места и теперь стоял рядом со статуей пантеры. Казалось, он не находил ничего странного в неожиданном падении чашки.

Адриана вдруг помрачнела.

Ливи побежала в кухню за тряпкой, чтобы вытереть пролитый кофе. Она мочила тряпку под краном, когда в кухню зашел Саймон — выбросить осколки в мусорное ведро.

— У Адрианы будет счастливый дом: она столько всего разбила за последнее время! — пошутила Ливи. — Сначала тарелка, потом чашка…

— Если у тебя остались какие-то чувства к этому человеку, — прошипел Саймон, — может быть, хоть это окончательно уничтожит их!

— Что «это»? Разбитая чашка?

— Ты прекрасно понимаешь, что не в ней дело! Почему, черт его побери, Рок не может убраться из Ардена и оставить нас всех в покое!

— Я не понимаю, о чем ты…

— Прекрасно понимаешь. Сначала ты, потом Адриана! Он умудрился расстроить вас обеих!

— Меня он ничем не расстраивал, — твердо солгала она, выжав тряпку и направившись мимо него к двери.

— Бога ради, не думай, что все вокруг слепы! — Он почти кричал. — Ты не слишком хорошая актриса, Ливи, ты сама это знаешь!

Не отвечая ему, Ливи зашагала по коридору. Она же так следила за собой, за своей речью, выражением лица, поведением! Откуда Саймон мог узнать или просто догадаться, что она все еще любит Рока?