Чтение онлайн

— Ничего, подождет, — бросил Рок и зашагал к машине.

Она проводила его взглядом. Вновь обретя способность мыслить, Ливи осознала, какое действие оказал на нее тот ужасный момент, когда она решила, что он — ее будущий убийца. Она наблюдала за тем, как он ловко управляется с ее машиной, и ей хотелось смеяться, как несколько минут назад — умереть…

Он вернулся и протянул ей портсигар. Она с благодарностью взяла сигарету и позволила ему зажечь ее.

— Когда ты почувствуешь, что немного отошла, мы поедем прямо в мастерские. Оттуда и позвоним Марбину. Есть вероятность, что, раз сторож не появился после твоего приезда, с ним что-нибудь сделали, чтобы он не мог прийти тебе на помощь.

Ливи резко выпрямилась: такая мысль не приходила ей в голову.

— Об этом я не подумала. О, Рок, если с Джо что-нибудь случилось…

— Давай не загадывать наперед.

Она поднялась, опираясь на стойки ворот. Они были вдвоем в темноте, как тогда, на населенном змеями Блэк-Гэп-Хилле. Но в то время Ливи еще не знала, насколько опасна для нее темнота.

— Как тот… кто хотел убить меня… мог оказаться в мастерских?

— Что значит «как мог»? — нахмурился он.

— Ну, странное совпадение, что в тот единственный раз, когда я приехала в мастерские поздно вечером, он… или она…

— Если ты считаешь это совпадением, Ливи, то глубоко ошибаешься. Один из древнейших законов на земле — закон случайных чисел. Кто-то знал, что ты собиралась приехать туда и опередил тебя. — Он изучающе посмотрел на нее. — Ты уже в состоянии ехать? Нам лучше поскорее добраться до мастерских.

Дорога была слишком узкой для того, чтобы развернуть машину, поэтому им пришлось ехать до шоссе задом.

— А почему ты проезжал мимо, когда я выходила из мастерских? Ты говоришь: никаких совпадений, а это что?

— Я был там, потому что искал тебя. Понимаешь, я узнал, что завтра годовщина существования детского дома. Да, все началось так невинно! Я решил расщедриться на подарок. Никто лучше тебя не может знать, что понравится детям, поэтому я позвонил тебе, но ты уже ушла. Тогда я позвонил Адриане, но там тоже не отвечали. В детском доме мне сказали, что ты собиралась вернуться с посудой, которую купила для них, поэтому я решил немного подождать. Я позвонил Мэгги, хотел пригласить ее на стаканчик, если кто-нибудь из деревенских согласился бы посидеть с Кейтом. Трубку взяла приходящая сестра. Мэгги тоже не было дома. И вдруг во мне что-то щелкнуло. Я почуял опасность — можешь назвать это интуицией журналиста, да как хочешь, так и называй.

— Из-за того, что никого не было дома? — переспросила она, наблюдая за тем, как он разворачивает машину.

— Да. Я подумал: «Ливи одна поехала в мастерские, никого нет на месте. Я предупреждал ее, что надо быть осторожной, так какого черта она совершает подобные глупости?» Я сел в машину и порулил в мастерские. Специально проехал мимо твоего дома и мимо дома Саймона, потому что ты могла быть у него. Но у него не горел свет.

— Ну, этого не может быть. Он же ждал меня.

— Значит, он опустил все шторы и сидел за ними, как скупец в подвале с золотом, — возразил Рок. — Когда я подъехал к мастерским, то увидел свет и решил, что ты там — забираешь фарфор. Я заметил твою машину, но других машин не было. Да и вообще там не было ничего подозрительного. Я проехался несколько раз туда-сюда по аллее, и тут появилась ты.

Ливи сидела молча, рисуя в своем воображении, как он проезжал мимо в тот самый момент, когда на нее напали, когда она закричала, но, по-видимому, не услышал.

— Кто знал о том, что вечером ты собираешься в мастерские?

— В детском доме знали. И Адриана, и Саймон… да, еще Мэгги…

— Бог мой, не проще ли было взять мегафон и сообщить об этом всей деревне?

— Но зачем мне было слишком осторожничать? В последние несколько недель ничего не произошло, и я думала, что все это в прошлом.

— Кто-то хотел, чтобы ты думала именно так.

— И кто-то… кто знал, что я собираюсь в мастерские… проник туда первым?

— Очевидно.

— Зачем так сердиться, Рок? Пойми же, мне хотелось жить нормальной жизнью…

— Рискуя потерять ее! — Его голос был резким, а лицо строгим. — И втягивать в это остальных — меня, например.

Она застыла.

— Ну, конечно! В этом-то все и дело, не правда ли? Сама того не желая, я втянула тебя в эту историю. Разумеется, мне это очень неприятно. Извини. Но ты же скоро уезжаешь. Так что глава закончена, и забудь о ней.

— Так, значит, я уезжаю? Это для меня новость. И куда же?

— Назад в Лондон. К своей работе.

— Это что, твое пожелание, Ливи?

— Нет, мне сказала Мэгги.

— Значит, это желание Мэгги. Ей кажется, я теряю здесь время, она говорила мне об этом. Но время мое и решать мне. Я остаюсь.

Несколько минут они сидели молча. Своим отношением Рок выбил ее из состояния апатии, вызванной сильным нервным потрясением. Ливи снова обрела способность чувствовать. Что именно? Злость? Страх? Неважно, главное, она снова ощущала себя живой, обладающей плотью, кровью, чувствами…

Между тем Рок говорил:

— Я не уеду раньше, чем все прояснится, я же объяснял тебе это. Тогда, может быть, я вернусь на Средний Восток. Книга еще не закончена, а я не хочу, чтобы критики говорили: «Вполне терпимо. Но зачем? Что? И как?» Мне хочется предугадать все те вопросы, на которые они захотят найти в ней ответ. Это завораживающий мир. Пожалуй, Ливи, я пришлю тебе из Исфахана ковер. — Он повернул к ней лицо и улыбнулся, желая немного разрядить обстановку.

— Ты был счастлив в Персии?

— Мне там нравятся люди, — спокойно ответил он. — Я сыт по горло неврозами, фобиями и транквилизаторами. Но сейчас не об этом речь. Ты меня сбила. Я пытался вдолбить в тебя хоть немного здравого смысла, когда ты сказала, что я собрался уезжать.

— Спасибо за заботу!

— Рад, что ты оценила мои старания. Это поистине тяжелый труд. — И снова на долю секунды он, улыбаясь, повернулся к ней. — Не обращай на меня внимания. Я, кажется, немного сбрендил. Знает Бог, в качестве журналиста я видел достаточно зла, но совсем другое дело, когда оно затрагивает тебя самого.

— Рок, а я не… сойду с ума? Я хочу сказать, страх может сделать такое со здоровьем, с рассудком, что…

— Все будет в порядке, Ливи. — Он протянул руку и на мгновение коснулся ее руки.

Потом свернул на широкую аллею, которая вела к административному блоку.

Света на генераторной станции и в музее уже не было. Но в конторе по-прежнему было светло. Когда они вышли из машины, к ним засеменил старик Джо.

— Джо, с вами ничего не случилось? — выдохнула Ливи. — Слава Богу!