Чтение онлайн

Соседкой семейства оказалась некая Изабелла Бэнкс — сорокадвухлетняя женщина, обладавшая скромным очарованием и умеренным капиталом, в анамнезе которой был ряд незначительных жалоб на пищеварительную систему. Она была очень рада представившейся возможности поделиться своими проблемами с врачом. Тот, казалось, с удовольствием обсуждал ее симптомы. По мере того как их интимные беседы становились все продолжительнее, хозяйка пансионата чувствовала себя все более и более неловко, несмотря на то, что миссис Сметхерст вроде бы относилась к ним со странной беспристрастностью.

В конце концов, негодующая хозяйка попросила мисс Бэнкс выехать, что та и сделала, правда, прихватив с собой доктора Сметхерста. Пара сочеталась тайным браком (двоебрачие — в Англии считалось незаконным) в Батерсийской церкви, после чего отправилась наслаждаться семейным счастьем в Ричмонд.

Однако долго оно не продлилось. Вскоре после «свадьбы» Изабелла начала болеть, страдая от сильного поноса и рвоты. После того как лечение «мужа» не помогло, решено было послать за местным врачом, господином Джулиусом. Чтобы хоть немного ослабить симптомы, пациентке дали выпить мелового раствора, но ей стало еще хуже. Доктор пытался найти все новые и новые причины болезни, но та только прогрессировала. Позвали адвоката, и Изабелла написала завещание, оставляя все свои деньги «преданному и возлюбленному другу, Томасу Сметхерсту».

Доктор Джулиус с компаньоном, подозревая отравление ядом раздражающего действия, взяли образцы содержимого ночного горшка Изабеллы и отнесли их в лабораторию Альфреда Свена Тейлора, выдающегося патологоанатома, также занимающегося токсикологией. Тот решил исследовать образцы с помощью очень простого и изящного метода Райнша.

Исследуем вещество смешивали с соляной кислотой и нагревали. Затем в полученный раствор помещали медную нить. В присутствии мышьяка, на меди должен появиться темно-серый налет. Тейлор доложил, что проверка на мышьяк проб Изабеллы оказалась положительной.

Обычно именно Сметхерст подавал еду и питье Изабелле, и он редко оставлял ее одну. Ввиду этих подозрительных обстоятельств он был арестован. Сметхерст слезно уверил дознавателей, что болезнь его жены делает его разлуку с ней мучительной, и что она нуждается в его лечении и заботе. Его сразу же освободили.

На следующий день Изабелла Бэнкс умерла.

Сметхерста обвинили в убийстве. Суд, происходивший в июле 1859 г., привлек большое внимание общественности, поскольку он практически полностью опирался на научные свидетельства. Медицинские показания оказались неожиданными. Вскрытие покойной показало, что она находилась на пятой-седьмой неделе беременности. Ее кишечник был сильно воспаленным, что соответствовало данным об отравлении мышьяком. Однако все попытки обнаружить наличие мышьяка во внутренних органах женщины оказались безрезультатными. Как могло случиться так, что мышьяк, очевидно, присутствовавший в организме Изабеллы до ее смерти, после смерти бесследно исчез?

Дальнейшие эксперименты открыли трагическую правду. Когда Тейлор изначально проводил процедуру Райнша, он не удосужился осмотреть медную нить перед погружением в смесь кислоты и фекального вещества. На поверхности меди, использовавшейся много раз, присутствовали следы мышьяка. Доктор Тейлор грубо нарушил чистоту эксперимента своим же собственным реагентом.

Несколько экспертов, свидетельствовавших на стороне защиты, уверяли, что причиной смерти стала дизентерия, усложненная первой беременностью женщины в зрелом возрасте, но заключение судей было убийственным. После сорокаминутного обсуждения судьи признали Сметхерста виновным и приговорили его к смертной казни.

Затем последовал немедленный протест медицинского общества, по мнению которого научные факты не подтверждают справедливость вердикта. Первая и единственная законная миссис Сметхерст, видимо, пробудившись от своей спячки, отправила королеве Виктории длинное и эмоциональное прошение о помиловании. Министр внутренних дел собрал все факты, тщательно их рассмотрел и опроверг приговор.

Как только доктор Сметхерст был освобожден, его немедленно арестовали повторно, обвинив в двоеженстве, и приговорили к году тюремного заключения. Так, одним ударом правительство восстановило высокие этические нормы англо-саксонской юриспруденции и одновременно удовлетворило потребности высокой морали британского среднего класса.

Когда Сметхерст наконец-то вышел из тюрьмы, он (этот мужчина явно опережал свое время) оспорил в суде свое право на состояние мисс Бэнкс. Доктор выиграл дело, прикарманил полученные деньги и исчез из поля зрения общества, по слухам в веселой компании миссис Сметхерст. Обыватели, впрочем, как и научное сообщество, отреагировали огромным недоверием к свидетельствам «экспертов», и на целой области судебной медицины осталось несмываемое пятно.

Артур Конан Дойль родился в тот год, когда проходил процесс над Сметхерстом. Спустя десятилетия, уже став студентом-медиком, он все еще слышал отзвуки провального процесса. Врач Джозеф Белл — учитель, наставник Конан Дойля и прототип Шерлока Холмса — относился к судебной медицине очень противоречиво, говорят, скрывал свое участие в расследовании многих случаев. Конан Дойль познакомился с Беллом в 1876 г. и был невероятно поражен его остроумием и логикой рассуждений.

Будучи студентом-медиком, Конан Дойль был обязан следить за делом Шантреля в 1878 г., в расследовании которого, по мнению некоторых историков, принимал участие доктор Белл. Эжен Мари Шантрель иммигрировал из Франции и обосновался в Эдинбурге. Некоторое время он учился в медицинском колледже Нанта, но диплом так и не получил. В Шотландии Шантрель весьма успешно преподавал французский язык. У него завязались романтические отношения с собственной ученицей Элизабет Даер, на которой он женился, как только девушке исполнилось шестнадцать. Спустя два месяца после свадьбы у них родился ребенок.

Брак оказался несчастливым. Шантрель издевался над Элизабет, часто шутя в обществе, что его медицинские знания позволят ему отравить ее, не оставив улик. После десяти лет неудачного супружества в октябре 1877 г. Шантрель, несмотря на возражения жены, застраховал ее жизнь на тысячу фунтов стерлингов. Полис был необычным, поскольку деньги выплачивались только в случае смерти Элизабет в результате несчастного случая.

2 января 1878 г. горничная, вошедшая в спальню Элизабет Шантрель, обнаружила свою хозяйку в глубоком обмороке. На постельном белье находились следы рвот вперемешку с кусочками фруктов. В комнате стоял сильный запах газа. Поразительно, но действительно произошел несчастный случай.

Для осмотра был вызван доктор Кармайкл, никогда ранее не лечивший эту пациентку. После быстрого осмотра врач послал записку доктору Генри Литтлджону, полицейскому хирургу и токсикологу. (Стоит упомянуть, что Литтлджон часто привлекал к исследованиям доктора Джозефа Белла.) Письмо гласило: «Милостивый государь, если вы хотите взглянуть на случай отравления угарным газом, приезжайте немедленно».

Первым впечатлением прибывшего Литтлджона было то, что симптомы больной напоминают скорее наркотическое отравление, чем отравление газом. Он собрал образцы рвотных масс и отправил Элизабет в больницу, где несчастная женщина вскоре скончалась.

В результате вскрытие следов наркотиков в организме не было обнаружено, но зато рвотные массы содержали смертельную дозу опиума. Это было странно. К тому же, было известно, что в тканях опиум можно выявить только в течение непродолжительного времени после его введения в организм.

В результате осмотра дома газовая компания обнаружила сломанный газовый рожок и определила, что он был поврежден умышленно.

Присяжным понадобился всего один час и десять минут, чтобы признать Эжена Мари Шантреля виновным в убийстве. Через три недели его повесили.