Шесть серых гусей
Шрифт:
— Тот тип, возможно, принес ему бумаги, украденные у Креспи, а твой друг отказался их купить…
— Если бы это случилось, Ларри впал бы в ярость! Он не способен на бесчестный поступок — например, купить документ сомнительного происхождения, — но способен на безумство! Еще в Оксфорде, сидя без гроша в кармане, он как-то решил истратить всю стипендию на то, чтобы купить у букиниста собрание писем Шелли к Томасу Хоггу. Мне понадобилось несколько часов, чтобы его отговорить!
— А… если он обнаружил какой-нибудь канал поставок контрабанды, могло ли то, что ты называешь безумством, толкнуть его на…? — спросила она робко.
Лицо Пола исказилось, и она пожалела о своих словах.
— Он, конечно, вышел бы из себя. И, как я только что убедился на собственном опыте, потерять над собой контроль достаточно легко и выстрел раздается быстро… Не забывай, он был вооружен.
— В таком случае ты должен был заметить след от пули! — сказала она, пытаясь успокоить его.
— Все же мне трудно представить, что это была всего лишь какая-то история с рукописями и что Домитилла никак в этом не замешана, — проговорил он озабоченно.
Раздался шум — двое подавальщиков толкали перед собой сосуды с горячим кофе.
— Хочешь? — спросил Пол. — Если верить Ларри, это пойло лишь отдаленно напоминает кофе, который пили в Неаполе до войны.
Сабина отрицательно покачала головой.
— Для того чтобы попытаться понять, что произошло, мне не нужен кофе, — помрачнела она. — Как я тебе уже говорила ночью, я случайно попала в эту историю, и мне придется уехать, так и не узнав, чем все закончится…
— Вовсе нет, я буду тебе ее рассказывать по мере развития событий!
— А… как? Уже сегодня вечером между нами окажутся километры гор… В Венафро почти невозможно пробраться…
— Мне кажется, что скоро я найду поблизости какой-нибудь памятник архитектуры, который необходимо охранять, — сказал он. — Да, какого-нибудь античного фонтанчика будет достаточно.
Лицо Сабины повеселело.
— А пока продолжай с того места, когда я забылась сном в большой гостиной, — сказала она. — Ты был в будуаре с Креспи и читал при свете свечи послание этой бедняжки Мэри Шелли.
— Так вот… В этот самый момент наш старый ученый испустил возглас, который отвлек меня от чтения: он обнаружил исчезновение драгоценного портшеза восемнадцатого века, который обычно стоял в темном углу комнаты. Его удивление было так велико, что я с подсвечником в руке подошел к тому месту, где должен был находиться искомый предмет, и внимательно осмотрел эту часть комнаты.
— И что же?
— Ковер на полу, на котором еще видны были отпечатки ножек портшеза, был гранатового цвета.
— Как интересно!
— Да, потому что на таком фоне нелегко обнаружить ( пятна крови.
Сабина широко раскрыла глаза.
— А там действительно были пятна крови?
— Ты помнишь, потом мы присоединились к тебе на третьем этаже, — продолжал он, не ответив на ее вопрос.
— Как же не помнить! Когда я обнаружила, что меня заперли наверху, я испугалась больше, чем когда немцы обстреливали нас в Тунисе!
Он нежно сжал ее руку.
— Как бы то ни было, когда я осматривал эти мрачные пустые комнаты, меня поразила еще одна деталь. Помнишь большое разбитое зеркало? Так вот, вокруг него пол был так тщательно вымыт, выскоблен и вычищен, что блестел, словно покрытый лаком, по сравнению с окружающими участками паркета.
— Я помню, ты тогда еще спросил у хозяина, какая комната находится под этим местом.
Пол кивнул:
— Это мне было очень полезно знать! Когда мы уходили из квартиры Креспи, я смог, воспользовавшись тем, что включили электричество, рассмотреть потолок в нужном месте.
— И что вы там увидели, мистер Шерлок Холмс?
Пол усмехнулся и наклонился к ней через стол.
— В жизни Шерлока Холмса, как ты помнишь, не было женщины. Это было предусмотрено в контракте с издательством. А в моей жизни… — он посмотрел на часы, — пятнадцать с половиной часов назад женщина появилась.
— Неужели мы так мало знакомы? — спросила она, немного жеманясь. — Столько всего случилось, а еще и суток не прошло!
Официанты начали убирать со стола, гремя посудой.
— Что же ты увидел на потолке? — спросила она без всякого нетерпения. — Я готова к худшему.
— Нечто напоминающее толстого черного паука-птицееда, притаившегося среди трещин в потолке, как в паутине. Не очень приятное зрелище.
Сабина притворно вздрогнула:
— Тебе теперь стали мерещиться пауки на потолке?
— Это были следы крови, которая просочилась через паркет с третьего этажа и проникла в трещины в штукатурке.
— Опять кровь! — воскликнула она. — Там что, была резня?
Он нервно провел рукой по лицу.
— На самом деле мне все стало ясно, когда я вспомнил про портшез.
— Ты что, хочешь сказать, что уже тогда решил, что произошло убийство?
— Я в некотором роде попытался восстановить ход событий. Жертву убили около зеркала на третьем, затем тело перетащили в маленький будуар и только потом вынесли на улицу…
— В портшезе? — удивленно спросила она.
— Элементарно, дорогой Ватсон.
— Ну и воображение у тебя!
— Портшеза на месте нет, и этому должна быть своя причина.
— Теперь надо узнать, чье это было тело. Почему ты думаешь, что жертвой стал Амброджио Сальваро, а не…
Он поспешно перебил ее, словно не желая, чтобы она произносила имя его друга:
— Ларри не только имел табельное оружие, но был значительно сильнее и крупнее Сальваро. А потом, прости меня, пожалуйста, он исчез!
— Сальваро тоже, если ты еще не забыл.
— Я начинаю догадываться: Домитилла имела основания сильно ненавидеть отца и, должно быть, использовала Ларри. Сам того не желая, он стал ее сообщником. Может быть, сейчас они уже вместе, и в таком случае в Баньоли она приезжала для отвода глаз. Могло случиться, что на него напали, и он вынужден был защищаться… Как бы то ни было и где бы он ни был… Ты же понимаешь, что если я нападу на его след, то никому не скажу! Но это не мешает мне делать предположения…