Чтение онлайн

Мнение Зедда об этой женщине немного улучшилось. Она довольно близко подошла к тому, чтобы сформулировать самую суть жизненно важной истины. Он кивнул, одарив сестру Верну уважительной улыбкой, чем изумил ее даже больше, чем своим вопросом.

– Я теперь понимаю, почему сестер Света считают хорошими слугами нуждающихся.
– Зедд потер подбородок.
– Итак, ты убеждена, что мы, те, у кого есть способности - волшебный дар, - рождены быть рабами всех нуждающихся?

– Ну нет... Но если нужда велика...

– То мы еще крепче привязаны рабскими цепями к тем, чьи нужды еще больше, - закончил за нее Зедд.
– Следовательно, каждый нуждающийся по праву становится - как ты считаешь - нашим хозяином? Мы кабальные слуги одному делу или каждому более серьезному делу, что подвернется, но так или иначе рабы. Так?

На сей раз сестра Верна предпочла не вступать в дискуссию, что, впрочем, не помешало ей ожечь волшебника взглядом.

Зедд знал, что на этот вопрос существует лишь один философски верный ответ. Если Верна и знала его, то промолчала.

– Ричард явно подошел к той точке, когда должен критически оценить варианты и избрать верный жизненный курс, - объяснил Зедд.
– Возможно, обстоятельства вынудили его задуматься о правильном использовании своих способностей и, с точки зрения его жизненных ценностей, его истинного предназначения.

Верна беспомощно развела руками:

– Не понимаю, какое у него может быть более высокое предназначение, чем находиться здесь и помогать армии выстоять против угрозы всему Новому миру? Угрозы жизни всех свободных людей?

Зедд опустился на лавку.

– Ты этого не понимаешь, я этого не понимаю, но Ричард явно понимает.

– Однако это вовсе не означает, что он прав, - заметил Уоррен.

Зедд некоторое время пристально изучал молодого волшебника. Лицо Уоррена было юным и свежим, но выражение глаз свидетельствовало, что он далеко не молод. Зедд размышлял, сколько Уоррену лет.

– Да, не означает. Не исключено, что он совершает героическую ошибку, которая уничтожит все наши шансы выжить.

– Кален думает, что он, возможно, ошибается, - вступила в разговор Эди, как бы сожалея, что говорит об этом.
– Она прислала мне с гонцом записку полагаю, без ведома Ричарда, поскольку писала с ее слов Кара. Кэлен высказывает опасение, что Ричард так поступает отчасти из-за того, что случилось с ней. Мать-Исповедница также опасается, что Ричард утратил веру в людей и из-за того, что его отверг народ Андерита, возможно, считает себя неудавшимся вождем.

– Ба!
– отмахнулся Зедд.
– Вождь не может плестись за народом, поджав хвост, и, прислушиваясь к их сиюминутным капризам и желаниям, выклянчивая .возможность идти за ними тем путем или этим, пока они ползут по жизни. Таким людям не вождь нужен, а хозяин, и таковой обяза тельно появится. Настоящий вождь прокладывает путь в моральных дебрях, чтобы люди смогли увидеть дорогу. Ричард был лесным проводником, потому что именно такова его сущность. Возможно, он заблудился в этом темном лесу. В этом случае он должен сам найти дорогу, причем найти ее четко и верно, если ему предстоит стать настоящим вождем свободных людей.

Слушатели тихо переваривали объяснение. Генерал был солдатом, следовавшим за Магистром Ралом, и просто ждал его приказов. Сестры руководствовались собственными соображениями. Зедд с Эди знали, что лежащая перед ними дорога вовсе не такая, как кажется некоторым.

– Именно это Ричард сделал для меня, - тихо проговорил Уоррен, глядя в пространство и вспоминая что-то свое. .
– Он указал мне путь, заставил меня захотеть последовать за ним наружу, выйти из хранилищ. Я привык жить в подвалах, довольный обществом книг и моей судьбой, но я был пленником царившего там сумрака, жил битвами и свершениями других. Я так никогда в точности и не понял, как ему удалось вдохновить меня захотеть последовать за ним и выйти наружу.
– Подняв голову, Уоррен поглядел Зедду в глаза.
– Может быть, он сейчас и сам нуждается примерно в такого же рода помощи? Ты в состоянии помочь ему, . Зедд?

– Он сейчас переживает темные времена для любого человека, особенно волшебника. Если я сдуру подтолкну его на другой путь, это может закончиться порабощением мира Имперским Орденом.
– Зедд покачал головой.
– Нет. Уж одно я знаю точно: Ричарда нужно оставить в покое, пусть делает то, что должен. Если он действительно тот, кому суждено вести нас в битве за будущее магии и человечества, значит - это часть его пути и он должен пройти ее сам.

Почти все нехотя закивали.

Уоррен не кивнул. Он потеребил подол лилового балахона.

– Мы не учли одну вещь.
– Все ждали продолжения, а Уоррен уставился голубыми глазами на Зедда. Зедд прочитал в этих глазах необычную мудрость, сказавшую ему, что этот молодой человек способен видеть глубинную суть вещей, тогда как большинство людей видит лишь то, что лежит на поверхности.
– Может оказаться, - спокойно, но решительно заговорил Уоррен, - что Ричарда, поскольку он наделен магическим даром и является боевым чародеем, действительно посетило откровение. Боевые чародеи отличны от прочих волшебников. Их способности не узко профилированы, как у большинства из нас, а очень широкого спектра. Прорицание - по крайней мере теоретически - вполне ему доступно. Более того, Ричард владеет магией Ущерба, как и Приращения. Ни один волшебник, родившийся за последние три тысячи лет, не владел обеими сторонами магии. Наверное, мы в состоянии представить себе его возможности, но мы ничего не знаем о его потенциале, хотя в пророчествах и встречаются кое-какие намеки. Весьма вероятно, что Ричарду было настоящее откровение, смысл которого он отлично понимает. Если так, значит, он делает в точности то, что должно. Возможно даже, что он ясно понимает смысл пророчества, и смысл этот столь ужасен, что он оказывает нам единственную услугу - ничего не говорит. Верна накрыла его руку ладонью.

– Ты ведь на самом деле так не думаешь, правда, Уоррен? Зедд отметил, что Верна очень серьезно относится к словам Уоррена. Энн рассказывала Зедду, что Уоррен только начал проявлять свой пророческий дар. Волшебники такого рода пророки - рождались крайне редко, раз или два в тысячелетие. Потенциальная важность такого волшебника была неизмеримой. Зедд не знал, как далеко продвинулся по этому пути Уоррен. Скорее всего и сам Уоррен этого не знал.

– Пророчество может быть тяжким бременем.
– Уоррен разгладил балахон на коленях.
– Возможно, Ричард понял из пророчества, что, если он хочет получить шанс на победу, он должен уцелеть, а не погибнуть, как все мы, в битве с полчищами Имперского Ордена.

Генерал Райбих, не вмешиваясь в разговор, слушал и наблюдал очень внимательно. Сестра Филиппа теребила пуговицу на платье. Даже несмотря на ласковую поддержку Верны, Уоррен сейчас выглядел потерянным.

– Уоррен.
– Зедд посмотрел ему прямо в глаза.
– Все мы иногда предполагаем самый скверный поворот событий просто потому, что это самое страшное, что мы способны вообразить. Не стоит в первую очередь концентрироваться на одной из наименее вероятных причин поступков Ричарда лишь потому, что ты боишься этого больше всего. Я считаю, что Ричард сейчас отчаянно бьется, чтобы понять, где его место в мире. Вспомни, он почти всю свою взрослую жизнь был лесным проводником. Он должен освоиться не только со своими способностями, но и с бременем власти.

– Да, но...

– Как правило, самое верное объяснение - самое простое, - поднял палец Зедд, подчеркивая свои слова.

Угрюмость на лице Уоррена, сменилась наконец ослепительной улыбкой.

– Я начисто позабыл эту старую истину. Спасибо, Зедд. Генерал Райбих перестал расчесывать пальцами бороду и сжал кулак.

– К тому же д'харианцев не так-то просто победить. Мы можем подтянуть дополнительные войска из самой Д'Хары, и у нас есть союзники тут, в Срединных Землях, они тоже придут нам на подмогу. Все мы слышали сообщения о численности армии Ордена, но они всего лишь люди, а не злые духи. Да, у них есть маги, но и у нас они есть. Им еще предстоит столкнуться лицом к лицу с мощью д'харианских солдат.