Чтение онлайн

Пятый рычит.

— Ну почему так трудно добиться от тебя информации? — Шестой переводит взгляд на меня, а следом за ним и Пятый. — Тогда почему мы говорим в ее присутствии?

— Ах, значит я — жертва — еще и виновата во всем? Да пошел ты, козлина.

Пятый округляет глаза и смотрит на Шестого.

— Лейси.

Я вздыхаю и машу рукой.

— Да, да, просто продолжайте ваш разговор. Мне же можно разговаривать только со стенами, а они вряд ли куда-нибудь денутся в ближайшее время.

Я падаю на спину на кровать и смотрю в потолок. Мышцы живота сжимаются, когда что-то тяжелое приземляется рядом со мной.

Пульт от телевизора.

Я смотрю на двух киллеров, которые стоят и смотрят на меня. Один ухмыляется мне и смотрит так, как будто с удовольствием съел бы меня, а судя по взгляду второго, он бы с удовольствием оттрахал меня за мое поведение.

Включив телевизор, я даю им желанную возможность продолжать их секретные киллерские разговоры. В этом отеле ловит больше каналов, чем в той дыре в Атланте, и вскоре я уже лежу на одной из кроватей и смотрю «Сверхъестественное».

***

Внезапно я просыпаюсь, сердце вылетает из груди.

Чертов глупый сон.

В номере темно, а Шестой, как обычно, обвился вокруг меня. Мысль, что он рядом и защищает меня, кажется, несколько успокаивает, но ирония ситуации не проходит незамеченной.

Успокоившись, я выбираюсь из его объятий и сажусь. Обернувшись взглянуть на него, я вижу, что он молчит и просто смотрит на меня в полумраке комнаты.

Я встаю и, спотыкаясь, иду в ванную. Только там я замечаю, что на мне только моя футболка и трусики. Не знаю, когда я уснула, но, очевидно, ему удалось снять с меня часть одежды, а я даже не заметила.

Нет места лучше для сна, чем в компании киллеров.

Закончив свои «дела», я вздрагиваю, заметив на пороге фигуру.

— Черт, ты что, пытаешься напугать меня?

Пятый ухмыляется.

— Просто хотел убедиться, что ты в порядке и тебе не нужна помощь.

Я закатываю глаза.

— Вы все извращенцы? — я тянусь вниз, чтобы натянуть трусики, сразу как встану.

Пятый облизывает губы.

— Нет, но убийства дают толчок организму. Качают адреналин и кровь, — он проводит рукой по голой груди, вниз, туда, где явная выпуклость так и норовит вырваться на волю из его боксеров. — Обеспечивают удовольствие и острое желание трахаться.

Я отступаю к умывальнику.

— Нет, — руки у меня начинают дрожать, когда я тру их друг о друга под струей воды в раковине.

В зеркале я вижу, как он качает головой.

— Я могу быть таким же властным, как и он, — Пятый тянется ко мне и, лаская, проводит пальцем по моей руке. — Но, как любовник, я получше буду.

— Но я не ищу любовников.

Черт подери.

Шестой же в соседней комнате. Он же должен не спать. Не спал, когда я встала. Почему он позволяет Пятому так себя вести? Они что, пока я спала, втихаря договорились, что Пятый сможет поиметь меня?

Пятый встает позади меня и шепчет мне на ухо:

— Мне не нужна постоянная любовница, сладкая. Я просто хочу вставить свой член в твою киску, пока она не сожмет меня так, чтобы я кончил. Все, что мне нужно, это нагнуть тебя прямо тут, — он надавливает мне на спину, а я вцепляюсь обеими руками в раковину. — Просто стой вот так и дай мне оторваться.

Клик!

Резко вскинув голову, я смотрю в зеркало. Пятый нисколько не обеспокоен, а Шестой очень серьезен.

— Я не делюсь игрушками.

Пятый разворачивается.

— Я просто хотел немножко развлечься.

Шестой опускает пистолет.

— Развлечься. Верно.

Он выбрасывает кулак и со всего размаха бьет Пятого в живот. Глаза Пятого выпучиваются, и, согнувшись, он приглушенно стонет.

— Только прикоснись к ней, — затем Шестой смотрит на меня. — Марш в кровать.

Я протискиваюсь мимо Пятого к двери и обхожу Шестого. Оба мужчины идут следом за мной: Пятый массирует то место, куда ему заехал кулаком Шестой.

Шестой ложится и поворачивается ко мне, так что мы оказываемся лицом к лицу, закрывая меня от Пятого. Я выгибаю бровь, но он не делает и не говорит ничего, просто обвивает меня руками. Теперь вместо подушки, я уткнулась носом ему в грудь.

Жар и холод, как обычно.

***

Оказаться на несколько дней в ловушке в номере с одним убийцей само по себе плохо, но два озабоченных идиота — это уже пытка. Особенно после того, как я видела, как эти два сексуальных тела разминались в моем присутствии.

Они отжимались и приседали, сверкая обнаженной потной загорелой грудью. Соревнование по отжиманиям на одной руке, затем на одной руке и одной ноге.

Спортивные, сильные, подтянутые, их тела так и молили, чтобы я облизала их целиком.

Они превращали меня в озабоченную шлюху, но я уверена, что Пятый делал это флирта ради, что только подогревало их соперничество.

Несколько непривычно жить в номере с Пятым. Я уже привыкла перемещаться по комнате полуголой или полностью обнаженной в присутствии Шестого, но при Пятом я немного стесняюсь. После его розыгрыша — хотя, уверена, что тот случай в туалете наполовину был спектаклем, а наполовину проявлением любопытства, чтобы узнать, соглашусь ли я, — он не прекратил своих поползновений.

С другой стороны, Шестой объяснил свою позицию довольно четко.

— Ты это серьезно? — спрашиваю я и, резко выбросив руку, бью Пятого в живот.

Пятый ржет и пожимает плечами: мой удар не обладает ни силой, ни мощью удара Шестого.

— Признай, хоть чуть-чуть, но ты ведь поддалась чарам его таинственной ауры?

Я закатываю глаза.

— Той ночью много чего случилось, включая большое количество алкоголя, и платье, застегивающееся на молнию спереди на теле, с которым много месяцев никто не занимался сексом.

— Развратная шлюшка?

У меня аж челюсть отвисла.

— Мудак.

— Она выглядела, как отчаявшаяся женщина в поисках члена?

Шестой кивает.

— У нее был дополнительный бонус — она была там самая сексуальная.

Погодите-ка минутку...

Он отвесил мне комплимент. Шестой, со всей его упоротостью, только что сказал мне первые милые слова, с тех пор, как положил на меня глаз.

— Шах и мат, — Пятый хлопает в ладоши. — Она — вкусная штучка, и мне нравится ее живость, — он облизывает губы. — Ты уверен, что я не могу...