Чтение онлайн

Зал для тренировок в Императорском дворце поражал своей аскетичностью и функциональностью. Он был поделен на зоны, и каждая зона отделялась от другой матовыми полупрозрачными стенами с равномерной подсветкой и хорошим звукопоглощением. Даже здесь было много зелени, которая создавала удивительное чувство уюта и камерности, несмотря на большие размеры каждой секции огромного помещения.

Арфей погонял их со Свейром на разминке и на тренажерах. Затем поставил в пару на спарринге. Но выяснилось, что Свейр не тянет скорость, и мастер подменил Свейра, заставив того тренировать приемы на скорости, доводя их до полного автоматизма. Шейн уже давно прошел основные комплексы и теперь старался использовать собственные комбинации приемов защиты и нападения. Мастер Арфей остался доволен учеником и через два часа отпустил их. После душа Шейн и Свейр переоделись и вернулись в свои покои. Потом поужинали вдвоем, распрощались и разошлись по своим комнатам.

Шейн сидел на подоконнике, облокотившись спиной об откос и обхватив согнутую в колене левую ногу, правая свисала вниз. Мысли его текли плавно и неторопливо. Он, наконец, успокоился. Мысленно приняв то, что произойдет завтра, юный авари с корнями землянина просто смотрел на звезды, покоряясь величию Вселенной.

Столица Нейянской Империи. Императорский дворец на Нейянте.

Столица нарядилась к празднику. Фактически, вся планета являлась столицей, но основная часть ежегодных празднеств, посвященных 27100 годовщине со дня основания Нейянской Империи, все же происходила в политическом и деловом центре, Най-Нейянте, в самой высокой точке которого располагался Императорский дворец. Разумеется, празднования происходили на всех населенных планетах империи. Особого размаха они достигали на планетах-столицах Звездных тейтов.

В этом году празднование несколько омрачалось тем, что в империи была объявлена мобилизация и подготовка к военным действиям. Но граждане империи смотрели в будущее с оптимизмом, поддерживаемым государственной пропагандой, и с радостью ждали праздника. Обычно, к этому дню приурочивались различные награды, социальные выплаты, премии, повышения по службе. Некоторым категориям заключенных предоставлялась амнистия. День официально объявлялся выходным, работали только специальные службы и вахтовые производства, которые нельзя было останавливать, а также различные торговые предприятия и заведения общественного питания. В десять утра по средне-галактическому времени, приуроченному ко времени Нейянты, Император зачитывал поздравительную речь. Выступление транслировалось по всем новостным каналам, по всем сетям и на каждый стереоэкран. После выступления проводился военный парад, на котором были представлены военные всех видов и родов войск. Они маршировали парадным строем по центральным улицам каждой из планет-столиц. Имперцы гордились своими военными. Ведь именно благодаря тому, что Нейянская империя на протяжении всего своего существования поддерживала свою военную мощь, все ее миры жили в мире и процветали. Исключения, на подобии нападения на окраинные миры семьсот лет назад, тем не менее, также давали народу уверенность в том, что ни один враг не останется безнаказанным. В два часа дня начинался сбор гостей на Большой Императорский (Осенний) бал, ибо дата приходилась на середину осени в тех широтах, где располагался дворец на Нейянте. И в 16 часов (всего в сутках на Нейянте было 26 часов) Император объявлял бал открытым. Попасть на бал могли лишь избранные, по особым именным приглашениям. Никто чужой и непроверенный попасть во дворец не мог. За этим следила служба безопасности дворца, гвардейцы охраняли все входы и выходы, а воины Ордена Древа незаметно сканировали ауры всех посетителей на предмет наличия недобрых замыслов. И это, не считая спецсредств сигнализации и защиты дворца, индивидуальной охраны и ограничения зон для посещения.

Арендиль отпустил начальника дворцовой охраны из Императорской гвардии, приняв его отчет. И устало провел рукой по глазам. Голова гудела, ночь выдалась беспокойная и он так и не прилег отдохнуть. Деянир настаивал на том, чтобы Арендиль лег на несколько часов в лечебную капсулу для восстановления сил. До речи Императора оставалось еще три часа. И Командор принял решение все же посетить капсулу. Впереди очень непростой день. Ему жизненно необходимо восстановиться. Арендиль вновь подумал о сероглазой девушке, чей портрет он сохранил на свой личный компьютер, имевший связь непосредственно с коммуникатором на руке. С того момента, как принц увидел стереофото девушки, она не покидала его мыслей. Он предвкушал знакомство с ней. Арендиль понимал, что Рэйну будет сопровождать Шейн, и не тешил себя иллюзиями. Она наверняка уже влюблена в его племянника. Красив, умен, умеет подать себя, мужественно сдержан, и ко всему прочему — спас ее. Он грустно улыбнулся. Но все же, он не сможет отказать себе в удовольствии и пригласит Рэйну на танец.

Арендиль вызвал Деянира и предупредил, что ложится в капсулу на полтора часа и его ни для кого нет, если только не случится что-то, требующее его непосредственного присутствия. Деянир удовлетворенно кивнул. В апартаментах Арендиля во дворце, как и в комнате рядом с его рабочим кабинетом в штаб-квартире Ордена, находились его личные восстановительные капсулы. Его персональный целитель, Остранна Лаэр Тэири, также посвященный Ордена, вошел в кабинет, поклонился и помог Командору разоблачиться. Пока тот укладывался в капсулу, Остранна настроил аппарат на нужный режим и над Арендилем медленно закрылась прозрачная крышка.

В то же самое время в своих личных покоях Шейн Арато Нейян готовился к своему первому выходу в свет. Ему было передано распоряжение Императора прибыть в тронный зал, откуда будет вестись трансляция, к 9 утра. Час требовался для подготовки и последнего согласования деталей.

Свейр молча и сосредоточенно помогал Шейну облачиться в шелковые церемониальные одежды. Они состояли из пяти слоев. Белые брюки и белая туника с отложным воротником-стойкой и зауженными рукавами, затем приталенный нижний длинный белый камзол с золотой вышивкой по кайме, с длинными расклешенными рукавами, а поверх него бледно голубой камзол такого же фасона, чуть более короткий по длине и с чуть более короткими расклешенными рукавами. Далее шел еще более короткий камзол без рукавов темно-синего цвета, богато украшенный золотой вышивкой из стилизованных растений и символов рода, усеянных сверкающими бриллиантами. Все одеяния перетягивались в талии нешироким золотым поясом с пряжкой, также отделанной бриллиантами. На ногах были темно-синие сапоги. А поверх всего накидывалась простая белая накидка с капюшоном.

После одевания Свейр занялся волосами Шейна, расчесывая и заплетая их в косички, вплетая в них золотые шнуры и подвески с драгоценными звездными сапфирами, и соединяя в сложную косу. Последним аккордом был тонкий золотой венец с тремя крупными бриллиантами, оплетенными стилизованными листьями Древа. Венец повторял узор Принадлежности роду, который был на левом предплечье Шейна, и был изготовлен специально для Шейна главным придворным ювелиром и доставлен накануне в его покои Мираниэлем, адъютантом Императора.

Авари стоял неподвижно все то время, что Свейр занимался его волосами. За дверью, в гостиной терпеливо ожидали его выхода наставники, являющиеся с сегодняшнего дня его официальной свитой. Шейн прикрыл глаза, чтобы немного успокоиться. Нет, он не страшился того, что произойдет в самом скором времени и навсегда изменит его жизнь. Но волнение все равно охватывало мужчину при мысли о той огромной ответственности, что ляжет на его плечи.

Свейр закончил и дотронулся до плеча Шейна.

— Все готово, мой принц, — он слегка поклонился. Сам Свейр был одет в парадную форму Ордена Древа.

— Благодарю, — авари кивнул и направился к выходу из спальни.

Когда он вошел в гостиную, все присутствующие поднялись и приветствовали его, поклонившись. Он также пожелал им светлого утра. У них оставалось еще около часа до встречи в тронном зале. Свейр пригласил всех за стол и велел Тассару и его дочери Лейлай вносить блюда к завтраку. Они быстро и молча поели, и прослушали бодрящую музыкальную композицию. Когда слуги убрали со стола, Финварион еще раз повторил для всех порядок выхода и прохода по дворцу.

Финварион должен был идти первым, далее следовал сам Шейн в окружении четырех охранников, непосредственно за ним шли Свейр, по бокам Лессион и Арфей. Замыкал их колонну магистр Истар, осуществлявший дополнительный контроль и энергетическую охрану периметра.

Поскольку их присутствие во дворце ранее не афишировалось, то появление Шейна со свитой произвело в коридорах, по которым они шли — фурор. Служащие и придворные с удивлением смотрели на прекрасного, высокого авари в церемониальных одеяниях Императорского дома, сопровождаемого свитой, включающей воинов Ордена Древа. При его приближении они кланялись, а за их спинами начинались удивленные перешептывания и звучали вопросы. Шейн мысленно ухмыльнулся, подумав, какова будет их реакция после заявления Императора.

Когда они подошли к тронному залу, императорские гвардейцы дружно вытянулись и приветственно отсалютовали Шейну. Потом, распахнув двери, пропустили всю его команду внутрь.

Шейн со всем сопровождением прошел вглубь зала. Это было огромное помещение вытянутой формы, с высокими сводчатыми потолками, поддерживаемое по бокам светлыми ажурными колоннами в виде стволов деревьев, переплетавшимися между собой вверху ветвями. Между ними в стенах располагались высокие стрельчатые окна, дававшие много света. В простенках Шейн увидел статуи предыдущих Императоров, когда-либо правивших Нейянской империей. Всего статуй было шестнадцать. Ближе всего к трону находилась статуя Первого Императора. Сам трон в виде кресла с высокой спинкой, сделанного из драгоценного белого тамариса, с сиденьем и спинкой обитыми темно-синим бархатом, с резными подлокотниками, все в инкрустациях из золота, перламутра, бриллиантов и сапфиров, стоял на небольшом возвышении в противоположном от входа конце зала. Несмотря на то, что сам тронный зал был выполнен в старинном классическом аварийском стиле, он был вполне современен и оборудован соответствующей техникой — стерео, видео и звукозаписывающим оборудованием, специальными осветительными приборами, искусно спрятанными в элементах дизайна. Все это управлялось из специального помещения, куда допускалось лишь несколько авари, имевших специальное разрешение на проведение трансляций из тронного зала.