Чтение онлайн

1. Во времена Марджани во всех медресе преподавали на основе методов, распространённых в Бухаре. Шакирды из известных медресе устраивали дебаты между собой по логике, каламу, древней философии, основам права. Они получали большее наслаждение от споров, нежели от истины. Прославленными алимами становились именно те, кто имел знания в этих областях, а тех, кто занимался исламским правом, этикой и другими религиозными науками, называли «замороженными».

Ученики Марджани тоже тесно общались и устраивали дебаты с шакирдами других медресе. Поэтому все его ученики были вынуждены следовать за течением того времени и посвятить себя таким предметам, как логика и калам. Шакирды той эпохи говорили: «Хорошо зная логику, можно изучить всё. Философские понятия являются ключом ко всем наукам». Поэтому они не уделяли должного внимания религиозным предметам. Если бы Марджани обучал по методу, указанному в книге «Мукаддима», ученики, подверженные влиянию общего течения, покинули бы медресе, так как в нём не изучали бы считающиеся в то время важными предметы.

2. Марджани уделял много внимания творчеству и написанию книг, поэтому дела в медресе были предоставлены на усмотрение мударрисов. Им и ученикам была предоставлена полная свобода в выборе расписания уроков и книг. Марджани никогда насильно не преподавал тот или иной предмет, он не любил принудительного образования, а предпочитал, чтобы шакирды сами выбирали нужное себе. Если они просили обучить их чему-нибудь полезному, он очень радовался. Поэтому он проводил уроки по некоторым предметам, не указанным в расписании. Были времена, когда Марджани преподавал по тафсиру «Кади Байдави», «Тафсир Мадарик», «Тафсир Кашшаф», «Тафсир Са‘лаби», по хадису – «Сахих Бухари», «Мишкат», по красноречию – «Талхис». Так как эти уроки чаще проводились в четверг и пятницу, они не указывались в расписании. Многие из учеников, получающие удовольствие лишь от дебатов по логике, не уделяли должного внимания этим предметам и часто сбегали с этих уроков. Эти уроки были не официальными, а частными.

3. Марджани часто говорил своим ученикам, что учебные программы медресе требуют изменений. На многих уроках он обогащал учеников знаниями о тафсире, хадисах, об арабской и персидской литературах, а больше всего об истории ислама, татар, приводил биографии учёных. Он заинтересовывал шакирдов тем, что изучал эти предметы, запершись у себя в кабинете. Потом Марджани давал учащимся нужные книги. Но шакирды и многие преподаватели всё же говорили: «Если мы не будем уделять должного внимания логике, нам придётся сидеть с раскрытыми ртами, когда ученики других медресе будут участвовать в дебатах». Поэтому они посвящали себя логике, а когда к концу своей жизни Марджани стал уделять медресе меньше внимания, число уроков по логике и каламу увеличилось.

Сам Марджани очень переживал, что его реформаторские идеи не оказывают влияния на людей и что в их продвижении у него мало союзников. Иногда он открыто выражал недовольство методами преподавания и говорил: «Стараясь быть похожими на медресе Кшкара, Буинска, Казани, уничтожили моё медресе. Все мои планы относительно преподавания, которые я строил в Бухаре, не осуществились. Здесь тратят время на бесполезные занятия, а нужных предметов не изучают. Ах, такое уж время, что поделать! Я бы не преподавал ни один из нынешних предметов». Но как бы он ни сопротивлялся, эпоха вынуждала его преподавать их. Шакирды тех времён были настолько подвержены влиянию общего течения, что уроки истории и литературы считали скучными. Они говорили: «Сегодня дамелла читал нам какие-то арабско-персидские бейты, провёл время, рассказывая дела давно минувших дней, о том, кто когда родился и когда умер. Мы все не могли дождаться, когда же он остановится». Однажды Марджани принёс ученикам книгу Ахмета Мидхата «Мудафа‘а», очень хвалил её и даже зачитал отрывки из неё. После урока один шакирд сказал: «Дамелла увлекается такими ненужными вещами. Если бы он рассказал нам что-нибудь из области логики, мы бы все смогли воспользоваться этими знаниями. А послушав сегодняшний урок, мы лишь потратили время впустую. При этом было как-то неудобно встать и выйти с урока дамеллы».

Выше мы писали о том, что Марджани преподавал в деревне Ташкичу, в Бухаре и Самарканде. После переезда в Казань он 40 лет был имамом и посвятил себя преподавательской деятельности. Конечно, то, что он с 16 до 74 лет занимался этим, принесло пользу многим людям.

В своих воспоминаниях Марджани пишет следующее о своих уроках и учениках: «В Бухаре и Каракуле я занимался преподаванием семь лет, а потом один год в Самарканде. В бухарском медресе «Мир Араб» в течение одного года выполнял обязанности имама. С 1266 х./1850 г. был учителем в одном из медресе Казани. Среди моих шакирдов были выходцы из Астрахани, Пензы, Саратова, Самары, Симбирска, Казани, Вятки, Уфы, Оренбурга, Тобольска, Томска, Петербурга, Рязани, Костромы, Тамбова, Крыма. Откуда-то их приезжало очень много, а отку-да-то – единицы».

Здесь мы приведём имена и краткую биографию тех, кто получил образование у Марджани, а потом служил народу, занимаясь преподаванием, создавая приносящие пользу книги, либо каким-нибудь другим делом стал известен людям.

1. Абдулхабир ибн Абдулвахаб (‘Абд ал-Хабир ибн ‘Абд ал-Ваххаб) ал-Муслими. Он обучался у Марджани в Бухаре, был одним из лучших учеников, влюблённых в знание. Много занимался исследовательской работой, имел светлую голову. После возвращения из Бухары он стал имамом в городе Петропавловске и начал заниматься обучением людей. Большинство его учеников были из казахов. У него были важные идеи об установлении новых порядков общественных дел в медресе и на уроках, реформировании методов преподавания. Об этом, а также о биографиях учёных ближайших окрестностей он писал Марджани в своих многочисленных письмах.

О нём Марджани говорит: «Он был одним из выдающихся учёных своего времени, накопил много знаний и обладал хорошими человеческими качествами». Он испытал все тяготы жизни, на закате своей жизни сильно заболел и 2 шаабана 1296 х. / 11 июля 1879 г. ушёл в мир иной.

2. Мухаммади ибн Салих ал-Уфави ал-Гумари (ал-‘Умари). Обучался у Марджани в Бухаре, был имамом в деревне Кара-Кучук (Кара Кчек) Белебейского уезда. Один год служил в Макарьеве в качестве имама, после при помощи Марджани был выбран имамом в десятый приход Казани. Был одним из наиболее образованных мулл Казани и одно время даже исполнял обязанности кади в Уфе. Но почему-то после переезда в Казань влился в течение мулл, настроенных против Марджани. Его медресе в Казани было названо «Гусмания» по имени тех, кто помогал строить его.

Медресе Мухаммади-хазрата было одним из средних [47] . Он умер в 1306 х./1889 г.

3. Хафизутдин ибн Насрутдин. Служил Марджани в Бухаре и в течение трёх лет учился у него. Сам прочёл много книг и участвовал в собраниях алимов Бухары и её округи. Позже исполнял обязанности имама и учителя в деревне Параньга Вятской области. У него есть множество больших и малых трудов, посвящённых тасаввуфу, вероубеждению, исламскому праву, хадисам и др. Но все они хранятся в рукописном виде, многие написаны на арабском, а некоторые – на персидском и татарском языках. В последние годы своей жизни в некоторых вопросах у него возникли разногласия с Марджани, чему он даже посвятил несколько книг. Одно время даже был назначен Духовным управлением корректором Коранов, издаваемых в Казани.

4. Ахмадуллатиф ибн Габдуллатиф (Ахмад ал-Латиф ибн ‘Абд ал-Латиф). В течение одного года обучался у Марджани в Бухаре, а потом исполнял обязанности имама в деревне Тумутук (Тымытык) Бугульминского уезда. Был одним из выдающихся алимов тех мест, преподавал многие годы, из его медресе вышли многие имамы. Занимался также воспитанием муридов. Умер в 1325 х./1907 г. В Бухаре учился вместе с братом Марджани Садрутдином.

5. Хусаин ибн Фаизхан. Выходец из деревни Сабаджай Симбирской губернии. После приезда из Бухары обучался в медресе Марджани у Баймурат-хазрата. Марджани обратил на него внимание, заметив его выдающийся талант, старания, справедливые взгляды. Ещё живя в Казани, Хусаин общался с Казембеком, который преподавал в Университете на факультете восточных языков. От имени Казембека они издали книгу «Мифтах канз ал-Курган» [48] . Хусаин приложил немало усилий для издания этой книги, весьма полезной для ориентации в аятах Корана.

Позже он был преподавателем арабского и турецкого языков в Петербургском университете на факультете восточных языков. А через три-четыре года был назначен лектором на этот факультет. Проработав там до последних дней своей жизни, он умер 29 раби ал-аввала 1283 х. / 30 июля 1866 г. в возрасте 43 лет.

Он является автором знаковой книги, посвящённой татарским медресе и их реформированию [49] . В ней есть много мыслей об истории медресе и состоянии. Фаизханов также написал книгу о войне крымских ханов c царями России и Польши [50] . Также он написал на русском языке одну книгу о морфологии и синтаксисе татарского языка, и маленькую статью, посвящённую религиозным обязанностям.

Хусаин много помогал Марджани. Живя в Петербурге, он неоднократно посылал Марджани информацию об истории Казани и Булгар, а также сведения, переписанные из специальной библиотеки восточных языков. Даже число тех записей, сделанных специально для «Вафиййат ал-аслаф», которые мы видели сами, превышает две сотни.

6. Гаясутдин ибн Хабибулла (Гайас ад-дин ибн Хабиб Аллах). Родился в деревне Бик (Биек авыл) Тетюшского уезда. Его отец был имамом 4-й мечети Казани. Он проучился в медресе Марджани около десяти лет, накопил большой багаж знаний. Был одним из тех учеников, что заслужили внимание Марджани. Позже он поехал в Бухару, но из-за болезни вернулся в Казань и в течение семи-восьми лет был имамом вместо отца и преподавал. Этот человек был одним из лучших, талантливых, обладающих глубокими знаниями учеников Марджани. Но из-за болезни он скончался совсем молодым в 1287 х./1870 г. Хорошо знал арабский язык и имел поэтический талант. Некоторые из его стихов приводятся в книгах «Мустафад ал-ахбар», «Асар».