Чтение онлайн

Только дежурный по управлению! Зачем? У Голованного на аппарате защита от прослушки!

Веня согласно кивнул.

– И самое главное!
– заявил Петр, - как предполагает следствие, чтобы вытянуть Полтинного на набережную Соросли, Евсеев воспользовался именем Елены Симон. Федеральный инспектор едва ли не на интим рассчитывал!

– Ну ты хватил!
– рассмеялся Веня, - люди широкого обзора, высокого уровня, великого, блин, пошиба, как нищие встречаются на засранной набережной, да еще и спариваются, как пионеры, как слепые кролики... Чудно больно!

– Как сказать...
– продолжил Петр, - у следствия есть неопровержимые улики. Во-первых, Крохобор перед перед отъездом из дома читал стихи:...Когда бы не Елена, что Троя вам одна, ахейские мужи... Случайность? Вряд ли! И красные плавки на нем, по свидетельству клонов, к акту спаривания! Что скажешь на это?

– Да ничего не скажу, - промямлил уставший Веня. У него от голода почему-то заныл и зачесался затылок. Загудела голова. Формула преступления, поведанная опером, оказалась для его мозгов слишком сложной. Хотя теперь он уже почти верил Петру, отдельные детали продолжали смущать.

– Я уважаю твой индуктивный метод, - похвалил приятеля Веня, - он тебя, как я знаю, почти никогда не подводил, но скажи на милость, коньяк откуда?

– А-а-а!
– победно протянул Петр, - вот это верх криминалистики! Это торжество, как ты не совсем верно отметил, вероятностно - индуктивного метода, или формально-индуктивного!

Я тоже гадал, как преступнику удалось заполучить редкую, уже раритетную бутылку да еще со свежими "пальчиками" губернатора. Но стоило только понять, что непосредственный убийца - Евсеев, загадка перестала быть загадкой.

Ты знаешь, как наш старик - генерал любит посылать дежурных по управе за спиртным, особо, когда его запасы заканчиваются? Редкое дежурство обходится без "командировки" в соседний гипермаркет.

Некоторые офицеры заранее припасают одну-две бутылочки водки, чтобы не мотаться по ночам, да и пост не оставлять, мало ль чего.

Генералу в подпитии все равно уже, что делается в мире, а дежурному на утро - отвечать. Так вот, я уже сказал, что дежурным в ту ночь был Евсеев!

– Ну и что?
– венин затылок неумолимо чесался, хотя он разодрал его чуть не до крови.

– А вечером... управление посещает губернатор, собственной персоной! С Голованным они обговаривают предстоящую операцию и, само собой, выпивают.

Тут и появляется пресловутая бутылочка!

Может быть даже ни одна. Коньяк "Вайнах" оказывается на столе с подачи дежурного по управлению - капитана Евсеева! Он не поленился - облазил знаменитые подвалы под нашим, как говорят, "серым" домом, управлением милиции, а там - поверь мне - если постараться найти можно не только чеченский коньяк прошлого века, но "смирновскую" позапрошлого, а если еще усилий приложить, то и закуску к ней!

Конфискат хранится дестятилетиями. Даже эксперты-всезнайки не добирались до дальних рядов, а там такая помойка!.. И все бутылки одинаково загажены мухами.

Зная пристрастие полковника к чеченским напиткам, Евсеев выбирает именно "Вайнах", но, по роковой случайности, ему попадается настоящий напиток, соответствующий гостовским нормам. А на даче у Лярвина был обнаружен поддельный коньяк.

Раз, промашка!

И два, промашка - Полтинный не пьет коньяка!Совсем! Ни капли! У него на коньяк аллергия!

Полный провал операции Симон в отношении Лярвина!

***

Смоковницын торжествовал, как ребенок. Веня позавидовал его энергии. Ему самому становилось все хуже и хуже. Помимо дикого чувства голода, головной боли, ломоты в висках и затылке обнаружил себя давний прострел в пояснице. Теперь любое движение стрингера отзывалось ударами тока в позвонках.

***

– Кроме того, - продолжал развивать мысль Смоковницын, - Евсееву пришлось убрать и лейтенанта госбезопасности Захарова, бомжа, который, я полагаю, встал на пути убийцы непреодолимой преградой. Захарову удалось изъять бутылку, спрятать ее, что полностью обеляет, кстати, органы безопасности.

– Слишком расплывчато, - заметил Веня.

– А детали мы узнаем, когда поймаем Евсеева, - заявил Петр.

– А, наверное, скоро он сам к нам придет, - заметил Веня, - и ловить не придется.

Но Смоковницын увлекся версией и не предал словам приятеля должного внимания.

– На бутылочке, как ты можешь представить, должны были остаться и пальчики Голованного. Вероятно, на это рассчитывал и преступник. Генералу ведь и ФСБ не доверяет. Они устраняют его на время, чтобы провести собственное расследование.

А вот не дотронулся ни разу до бутылки Голованный!
– горячился капитан, - Лярвин разливал!

И все тут! Может быть?

Может!Еще как может! Случай, его величество!

– А я не понимаю, из-за чего все-таки сыр-бор?
– вдруг воспрял Веня Какие мотивы у Елены, чтобы затевать два кошмарных преступления? Что ж такого особенного она везла?

Только Смоковницын уселся обратно на холодный пол, чтобы спокойно уже, без эмоций продолжить свою длиннющую диссертацию, как ему пришлось вскакивать от неожиданного заявления, прилетевшего откуда-то из дальней пустоты.

– Враки!
– уверенно заявил мелодичный женский голос, - все враки! Ничего я не затевала, не надо меня больно порочить! Подлой назвали, за что?.. Ну красивая, ну богатая, так сразу дерьмом обливать?..

Не только Петр, но и Веня вместе с ним больно-пребольно стукнулись о низкий потолок. Оба невольно вскрикнули, отчасти от боли, отчасти от присутствия в помещении незнакомой женщины. Шок не позволил обоим сразу же проникнуть в смысл сказанного и догадаться, кто находится вместе с ними в заключении. Оттого в адрес незнакомки посыпались глупые вопросы.

– Кто вы, барышня?
– просипел Смоковницын.

– Когда мы это вас оскорбляли?
– поинтересовался Веня.

– Как вы здесь оказались с нами, почему молчали?
– допытовался Смоковницын.

– А подслушивать в самом деле подло, вы не знали?
– язвил Веня.

К чести друзей значение произнесенных незнакомкой слов, спустя секунды, все же достигло их сознания, обработка данных не заняла много времени и женщина не успела и рта раскрыть, чтоб ответить хотя бы на один из вопросов, как оба они заорали в едином вопле: "Си-имо-он!!!"