Чтение онлайн

— А кто? — заинтересовался один из новеньких, но его тут же оттерли.

Пламенные речи капитана воодушевили солдат и те хотели немедленно ринуться в бой. Вот только высота мешала, да стенки ракеты сдерживали. А так бы!..

Правда, Кондратий уже не слушал, словно взбесившихся, вояк. В уме он анализировал то, что услышал. Итак, очередной переворот. Некий мелкопоместный князек, скорее всего Верховный Правитель этого Фарагосса не угодил Большой Двадцатке или, выражаясь газетно-юридическим языком — Совету Двадцати, как именовало себя объединенное верховное правительство двадцати обитаемых планет-миров системы Фэт. Вот и послали несущую смерть команду укрощать непослушного и строптивого Владыку…

— Мы атакуем их с воздуха и, если повезет и наш драндулет не разнесет первым же залпом лазерных батарей, мы прифарагосимся прямо у дворца этого выскочки и зададим перцу его охране. — Продолжал развивать нехитрую мысль капитан рейнджеров. — После этого, слушай меня, ублюдки, мы должны взять живьем главаря фарагосской шайки и доставить его…

Куда должны доставить президента непокорной планеты, Кондратий так и не услышал, потому что капитан внезапно умолк и разговорить его теперь могли разве что раскаленные клещи самих мятежных фарагоссцев. Наверное, название планеты или орбитальной станции, подразумевавшейся, как конечный пункт доставки Главы фарагосцев было тщательно засекречено и даже такой сорви-голова и рубака, как офицер фомальдегаусцев, сидящий теперь рядом с Кондратием, не имел права разглашать эту тайну.

Правда, как предполагал Кондратий, узнать название конечного пункта их операции им все-равно не удастся по той простой причине, что ракету чешуйчатников рано или поздно обнаружат радары фарагосцев и тогда сбить ее останется лишь делом техники.

Во всяком случае, Президент Фарагосса не станет дожидаться, когда ему свернут шею десантники чешуйчатников. Он оставит дворец и уйдет в подземные убежища. А в районе дворца воцарится кромешный ад со стрельбой, взрывами и криками умирающих солдат обеих армий. В общем, чрезмерно легким дельцем захват Фарагосса Кондратию не казался и потому Кондратий поделился только что возникшими у него соображениями с капитаном.

— Возможно, ты и прав, сынок, — согласился капитан. — Скорее всего, ты прав на все сто! Но, что ты предлагаешь?

Капитан повернул к Кондратию свое лицо, на котором даже под чешуей ясно читалась озабоченность.

— Есть одна идейка, — загадочно усмехнулся Кондратий, чем еще больше заинтересовал капитана.

И пока Кондратий, набивая себе цену, скромно разглядывал шнурки на собственных, недавно полученных им, ботинках, офицер-чешуйчатник сильнее заерзал в кресле.

— Говори! Не тяни душу! — почти умоляюще вымолвил он.

— Для начала скажите, что натворил этот мятежный Президент, — поставил условие Кондратий.

— Быть по-твоему. Кое-что я расскажу, — смилостивился капитан, презрительно сплюнув Кондратию на новые ботинки, раздобытые им на фомальдегауском складе, и внезапно поморщился. — Этот прощелыга еще совсем недавно объявил всему Фэту о своем выходе из Двадцатки. Другими словами, путем серии точно рассчитанных взрывов он собирался плавно вывести Фарагосс из гравитационного поля Фэта и присабробачить эту дрянную планетенку к соседней звездочке Бетельгауз… Проще говоря, он предатель и дезертир и, забрав у нас целую планету, налоги в дальнейшем собирается платить бетельгаузцам! Сволочь…

Кондратий пожал плечами.

— Зачем ему это надо? Обиделся чего? Может с ним поговорить надо?

— Уже говорили! — махнул запальчиво капитан. — Целый взвод самых отборных снайперов с помощью лазерных винтовок разговаривал с ним в течение суток. Но договориться так и не смогли. Его снайперы оказались лучше. Половина наших полегла.

— Разве это метод убеждения — вести переговоры с помощью оружия? — Кондратий недоуменно пожал плечами. — Вот был у нас на работе один прогульщик…, - начал было он, но вовремя прикусил язык.

Еще не хватало, чтобы фомальдегауский офицер узнал о методах борьбы землян с прогульщиками!

— Жвачку дать? — ни с того, ни с сего предложил капитан и протянул Кондратию пластину в красочной упаковке. — Ты мне, парень, нравишься. Есть в тебе что-то не фомальдегауское, — сказал он, явно подразумевая под выражением «не фомальдегауское» то, что на Земле понимается как «не от мира сего», «неземное». — Ты жуй, жуй, — поощрял капитан, глядя, как Кондратий запихивает презентованное угощение себе в рот прямо с упаковкой.

Капитан, ведь, не знал, что Кондратий уже и забыл, что такое ходить с набитым брюхом.

— Эх, Середу бы сюда! — мечтательно вздохнул Кондратий, когда со жвачкой было покончено.

То есть, через мгновение.

— Середу…гмм… уммм… А кто это? — заинтересованно поднял надбровные чешуйки капитан.

— Нннууу… это… В общем, мой товарищ. Мы с ним одного вида, — уклонился от прямого ответа Кондратий.

— С одной планеты, что ли? — обрадовался офицер.

— Так точно. С одной, — подтвердил Кондратий. — Однее просто не бывает.

Он шмыгнул носом.

— Ну, раз так, то вы с ним почти родственники, — определил капитан, выуживая из холодильника вделанного в стену, посудину с аналогом земной кока-колы. — Вот, — сказал он. — Брока-брола. Прекрасный тонизирующий напиток. К тому же поднимает боевой дух, когда это требуется. А давай, мы забросим тебя во дворец, — предложил он без всякого перехода. — А ты попробуешь уговорить там этого строптивца, Президента. Красноречием, видит бог, ты не обделен. Уболтаешь его сдаться — Героя получишь. А? Как тебе? Пурпурный Герой Лучезарной звезды Фэн! Звучит!.. Хотя, конечно, можешь и лазерный луч в брюхо получить. Тут, как повезет. Ведь, стоит лишь нам без приглашения приблизиться к Дворцу, как охрана откроет беглый огонь на поражение.

— Дай-ка мне этой брока-бролы, — попросил Кондратий. — А я пока подумаю, нужен ли мне пурпурный герой лучезарной звезды. — И сделав несколько крупных глотков прямо из горлышка, Кондратий вытер рукавом губы. — А, что! Это мысль!

В это время ракета фомальдегаусцев вошла в плотные слои атмосферы и ее так швырнуло, что бутылка выскользнула из руки Кондратия и покатилась по потолку, сминая старую прошлогоднюю паутину, которую навил там фомальдегауский паук еще тем летом.

Кондратий повис на ремнях. Впрочем, как и все остальные.

Через минуту ракета сменила курс на курс, паралельный поверхности планеты и теперь полом для звездных рейнджеров стала стена, а в иллюминаторе замелькали ландшафты Фарагосса.

В какой-то момент Придуркину захотелось в туалет и он поинтересовался у товарищей по оружию о местонахождении этого почтенного заведения.

— Не туалет, а — гальюн, — поправил капитан. — Туалеты у штатских и у барышень, а у космической пехоты — гальюны, — пояснил он. — Можешь мне поверить на слово.

Но Кондратию было не до тонкостей военного дела. И, узнав, что требуемое находится на корме, поспешил туда.