Чтение онлайн

И тут чуть в стороне раздались аплодисменты.

Это было как гром среди ясного неба — аплодисменты на берегу вонючей реки в мире мёртвых.

Мы разом обернулись. На взгорке стоял Чернобог и с ним женщина, чем-то похожая на Змеевну, только постарше, но такая же красивая! И от неё тоже хотелось держаться подальше.

Выглядела женщина, как будто только что сошла с подиума, мама иногда смотрит показы мод, где людей одевают в одежду, которую невозможно носить. Женщина была в таком платье и с такой причёской… В шелках, мехах, блёстках и разрезах. И всё алое, как кровь.

— Чернобог, Морана, — первым сориентировался и поприветствовал незваных зрителей Григорий Ефимович.

Следом величественно склонила голову Агафья Ефимовна.

А я застыл.

Морану я видел в первый раз. И если Чернобог своим пижонским прикидом вызывал ухмылку, то тут сразу было понятно: эта дама шутить не любит!

Блин! Чернобог и Морана… Передо мной стояли родители Чёрного. Я слышал, как колотится его сердце, и понимал его волнение. Он так давно не виделся с ними. Да, они обошлись с ним не очень хорошо, но это были его мама и папа. И они стояли тут. Стояли и издевательски аплодировали нам.

Увидев, что всё внимание привлечено к нему, Чернобог с усмешкой произнёс:

— Признаться, я не думал, что вы сюда доберётесь.

— И дальше бы прошли, — Григорий Ефимович вернул усмешку Чернобогу. — Но дисциплина у твоих подчинённых не очень. Привратника-то нет на месте!

Я вдруг осознал, что Григорий Ефимович уже стоит между нами и этой парочкой! Когда успел? И Агафья Ефимовна рядом с ним — плечом к плечу. Они закрыли нас собой!

Чернобог нисколько не смутился. Он засмеялся так, будто уже победил. И от этого стало тошно.

— А может, как раз очень хорошая дисциплина?.. — спросил он, отсмеявшись.

— Может, и очень, — легко согласился Григорий Ефимович и повёл плечами.

И я увидел, что он готов к схватке. Хорошо, что мы потренировались, размялись перед боем. А то б они застали нас, когда мы лежали обессиленные…

Блин! Спасение вот оно, за мостом! Осталось-то совсем чуть-чуть, и нате вам подарочек!..

Интересно, Чернобог и Морана сами будут с нами биться или напустят свою армию? Ведь есть же у них армия? Те же зомбаки! Змеевна одна чего стоит! А ещё змей привратник! И отступать нам некуда… И нас всего двадцать семь, плюс Дёма с Чёрным. Чёрный же с нами? Или против матери и отца не пойдёт? Я бы понял его, если бы он встал на сторону Чернобога и Мораны, они его родители. Как идти против родителей?

Чёрный промолчал. Тяжело вздохнул только. Мне было его искренне жаль. Я бы ни за что на свете не хотел оказаться на его месте!

А ещё я понял: Чернобог специально убрал привратника, чтобы мы не прошли. И нам теперь придётся очень туго — не отпустит нас Чернобог!

Он тут же подтвердил мои мысли:

— Неужели ушли бы и не попрощались с гостеприимными хозяевами?!

— Ох, уж это ваше гостеприимство! — Григорий Ефимович развёл руками. — Как же от него уйдёшь-то?

— Никак, — подтвердил Чернобог.

Агафья Ефимовна между тем сверлила глазами Морану, а та стояла рядом с Чернобогом, как памятник совершенству.

Наконец Агафья Ефимовна не выдержала и, глядя в упор, спросила у Мораны:

— Где Радим?

— Дома остался, — расцвела улыбкой победительницы Морана. — Не захотел с тобой встречаться.

— Врёшь! — разозлилась Агафья Ефимовна.

— Вру, — не стала отпираться Морана и тут же добавила: — А может и не вру. Ты проверь!

— И проверю! — закусила удила Агафья Ефимовна.

Морана кивнула на мост:

— Действуй!

Это было подло! Закрыть проход и издеваться, понимая, что ни Даждьбог, ни Леля ответить не смогут. Мало того, что в чужом мире, так ещё и за ними люди.

И тут меня прошибло холодным потом! Жертва! Неужели Чернобог с Мораной хотят в жертву Даждьбога и Лелю? Не нас же, людей… Что им люди? Рано или поздно многие из нас окажутся в Исподнем мире. А вот боги… Наверняка не каждый день светлые боги попадают в мир мёртвых?!

А попали сюда они из-за меня! И мы с парнями и девчонками — лишний козырь у Чернобога с Мораной и слабость Даждьбога с Лелей.

Хозяева Исподнего мира торжествовали. А на нас, на людей, и не смотрели, словно скинули уже со счетов.

Рано они это сделали, ох, рано! Да, мы всего лишь люди и не чета богам, но… Но мы люди! А значит, мы ещё поборемся!

Я почувствовал, как по телу потекло пламя, и начал собирать его. Потом, взявшись за оберег, вдохнул, выдохнул, раздувая в душе костёр, и огляделся. Что я могу? Что конкретно? Ведь могу же?! Точно могу!!!

И тут Чёрный рыкнул:

«Жги мост!»

И я дал выход разбушевавшемуся внутри меня огню. Направил струю пламени на брёвна. Мост вспыхнул живым пламенем — солнечным, а следом — своим, холодным, синим.

Два пламени столкнулись. Два огня — солнечный и мертвенный сшибались друг с другом, накатывали друг на друга, сплетались, освобождались от захвата и снова сталкивались…

Я слился со своим огнём и смолил синий. И вроде всё получалось, но… Магия, которая охраняла мост, черпала силы Исподнего мира — бесконечные силы! А мои… Мне нужна была подпитка, и местной магией напитаться я не мог — тут магия смерти, а я хочу жить! Я хочу спасти людей и защитить богов! И это важнее всего!

Защитить богов и спасти людей! Спасти Марину, Арика, Ритку… Мишку, Николая, Борю… Спасти их всех, перевести через мост в мир живых. И если для этого нужно сгореть, я сгорю!

Но, чтобы победить, мне нужна живая сила. И кроме как у друзей взять её было негде.

— Простите, пожалуйста, — прошептал я парням и потянул из них.

Потянул и без того уже иссякающую жизненную силу. Потянул, и от боли, которую я причиняю дорогим мне людям, готов был порвать себя сам! Но второго шанса не будет, поэтому: вдох-выдох и…

И тут живая сила хлынула, потекла в меня! Друзья поняли, что я делаю, и открылись мне, объединились со мной, впустили меня в своё сознание, стали со мной единым целым.

В тот же момент Чернобог с Мораной кинулись ко мне, чтобы остановить, но Ефимычи выросли у них на пути, выигрывая для меня время.

Солнечное пламя полыхнуло и вдруг Дёма соскочил с рук и с громким мявом побежал на мост, прямо в бушующий огонь.

— Бегите за ним, — закричал я товарищам.

Первой доверилась мне Марина. Следом — Арик. Потом Боря повёл остальных. Они нырнули в пылающий костёр и перешли мост.

Здесь остались Даждьбог, Леля и я. Я без них уходить не собирался. Я не бросаю своих богов!