Чтение онлайн

– Между ними и нет никакой связи, – твердо заявил Тедрос. – Правда, лидеры соседних королевств так не думают, считают, что есть там какая-то связь, но это просто потому, что они сидят и ждут, чтобы Камелот решил все их проблемы, как это делал мой отец. Но у нас сейчас достаточно своей головной боли, так что извините. Однако короли и королевы продолжают присылать мне письма, требуя, чтобы я встретился с ними.

– И ты на эти письма, естественно, не отвечаешь, – заметила Агата. – Я, между прочим, слышала предположение, почему ты не стал расследовать пожар на Стеклянной горе. Об этом шептались горничные.

– А что, все эти нападения как-то связаны между собой? – живо повернулся к волшебнику Тедрос. – Ты сказал, что у наших одноклассников возникли трудности с их дипломными заданиями. Скажи, что вообще творится в Лесах?

– С нашими товарищами все в порядке? – добавила Агата.

– Дорогая моя девочка, ответ на этот вопрос ты знала бы и без меня, если бы отвечала на адресованные письма, – ответил Мерлин. – Включая послания от твоей лучшей подруги.

– Ты не отвечала Софи?! – удивленно посмотрел на Агату Тедрос.

Глаза Агаты наполнились слезами.

– Но почему? – продолжил Тедрос. – Я, конечно, только счастлив, что избавился от этой девчонки, – но ты-то почему с ней порвала? Вас всегда столько всего связывало, вы с ней с детства дружили, у вас и сказка общая. Нет, ты не можешь просто вот так взять и обрубить все концы…

– Мне показалось, что она слишком уж озабочена предстоящей свадьбой… а тебя наша свадьба совершенно не волнует, – тяжело вздохнула Агата. – Я много раз собиралась написать ей, но у меня перед глазами тут же вставала одна и та же картинка. Я иду по длинному коридору навстречу парню, с которым я привыкла делиться всем на свете, – а он вдруг делает вид, будто знать меня не знает. Он меня не знает, зато Софи знает меня как облупленную, и она увидит эту картинку между строк. Увидит картинку – и поймет все, что я чувствую… А мне не хотелось, чтобы кто-нибудь об этом узнал…

Она не договорила, закрыла лицо ладонями и начала всхлипывать.

Тедрос посмотрел на Мерлина, сидевшего между ним и его будущей королевой.

– Мерл, ты не будешь против, если я попрошу тебя нас оставить? Мне нужно поговорить с Агатой с глазу на глаз.

– Считай, что ты ничего не просил, я сам ушел. В конце концов, и волшебникам время от времени нужно ходить в туалет, верно? – хмыкнул Мерлин. – Когда наговоритесь, просто соскочите с облака – и моментально окажетесь там, откуда пришли сюда.

Он подхватил свою дремавшую шляпу и разбудил ее (шляпа немедленно выплюнула из себя фонтанчик радужных блесток), соскочил с облака и моментально исчез в темноте.

Тедрос прошелся по шелковистым белым волокнам облака и оказался рядом с Агатой. Она плакала, уткнувшись в ладони. Тедрос с нежностью приобнял ее.

– Я люблю тебя, Агата, – сказал он. – Какие бы глупости я ни натворил, это ничто не изменит.

– Я смогла заставить себя написать только одно письмо, для Эстер, но оно вышло лживым от начала и до конца. Я не хотела, чтобы кто-нибудь узнал, как ты ко мне теперь относишься, – всхлипнула Агата. – Вот почему я не смогла написать еще кому-нибудь, спросить, как у них идут дела с дипломным заданием. Так продолжалось целых шесть месяцев, из-за тебя я с каждым днем чувствовала себя все более одинокой.

– Я не хотел, чтобы ты волновалась из-за меня… – виновато сказал Тедрос.

– Этим ты заставил меня волноваться еще сильнее.

– Говорю тебе, я сглупил.

– Сглупил, – согласилась Агата. – Пень стоеросовый. С глазами.

– Пень, – согласился Тедрос. – А может, еще глупее.

– Глупее, чем злобные зомби Рафала, у которых вообще мозгов не было.

– Не уверен, что готов с этим согласи…

– Это не вопрос!

Тедрос улыбнулся, закатил глаза, как зомби, и в шутку сделал вид, что кусает Агату за шею. Агата хихикнула, оттолкнула его от себя, а потом тут же придвинулась назад и обняла.

– Знаешь, я даже слегка удивлен, что Софи все еще жива, – ведь она продолжает писать тебе письма, – сказал Тедрос. – Честно говоря, я думал, что Доуви давно уже превратила ее в какую-нибудь тыкву.

– Не уверена, что феям-крестным позволяется проделывать такие злые штучки, – заметила Агата.

– Но было бы неплохо!

Агата рассмеялась. Как же давно Тедрос не слышал этого чудесного, с легкой хрипотцой смеха! Он еще крепче прижал ее к себе.

– Из писем Софи следует, что Доуви совсем расклеилась, – сказала Агата, – и вообще в панике, потому что Софи сделала Зло таким популярным и модным, что теперь каждый всегдашник-первокурсник мечтает перевестись в школу Зла.

– Думаешь, все может быть еще более серьезно?

– Уверена в одном: Доуви сейчас не до популярности Софи, у нее забот полон рот с нашими одноклассниками, которые терпят бедствие на своих дипломных заданиях. Ты же сам слышал, что сказал Мерлин. Деканы несут ответственность за всех выпускников, которых отправляют на задания, особенно при нынешнем положении дел, когда в школе нет директора.

– А Софи ничего обо всем этом в своих письмах не упоминала? Она ведь тоже декан.

– Не упоминала. И это очень странно, ты не находишь? – сказала Агата. – Что же такого может происходить в Лесах, чтобы Доуви начала паниковать?

– И чтобы Мерлин настолько встревожился, – добавил Тедрос.

– И почему это должно каким-то образом быть связано с тем, что ты никак не можешь вытащить застрявший отцовский меч?

Тедрос отвернулся и нахмурился, чувствуя, как напряглась и сидевшая рядом с ним Агата, поняв, что напрасно она сказала про меч. Разговаривать с ней об Экскалибуре Тедрос не желал, и не только потому, что такой разговор заставил бы его вновь почувствовать себя неудачником, «недокоролем». Еще меньше ему хотелось, чтобы Агата начала жалеть его.

– Знаешь, а я до сих пор все пытаюсь представить, как выглядел бы Ланс, если бы Мерлин превратил его в девушку, – резко сменила тему разговора Агата, пытаясь замять неловкость.

– Мерлин ни за что не превратит его в девушку, – вздохнул Тедрос. – Из Ланса получилась бы такая страхолюдина, какую любой навсегда запомнит с первого взгляда. Нет, такая маскировочка не прошла бы.

– Ты тоже не был красавицей, когда тебя в Эссу превратили!

– А не мне ли вслед на каждом шагу свистели парни, чтобы я обратил на них внимание?

– Это были неправильные парни. Из тех, кто любит неуклюжих, грубых и агрессивных девушек. И с волосатыми ногами.

– Ты просто ревнуешь.

– Послушай, если тебе так сильно понравилось быть девушкой, может быть, ты возьмешь на себя подготовку к свадьбе? – подколола его Агата.

– Жаль тебя огорчать, но каждый должен заниматься своим делом, – ответил Тедрос. – Новый король – налаживать управление страной, его принцесса – готовить свадьбу. И чем больше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь, что старинные традиции – вещь очень даже мудрая и их обязательно нужно соблюдать. Вот смотри, как все правильно получается. Я родился и вырос в Камелоте. Здесь меня знает каждый. Мне нужно лишь доказать, что я смогу править родным королевством не хуже моего отца. С другой стороны, тебя не знает здесь никто. Таким образом, подготовка к свадьбе – это что-то вроде твоей коронации.