Чтение онлайн

Генрих отыскался в одной из дальних комнат "домашнего" крыла - персидском будуаре. В комнате царил полумрак, и лунный свет, льющийся сквозь витражи на потолке, придавал восточной роскоши помещения почти фантасмагорические очертания. Пушистые ковры на полу глушили все звуки, и тихая песня гитары, переплетаясь с бархатистым голосом Анрио, казалась мелодией из сна, дивной и чарующей.

Генрих…

В лучших традициях персидских владык, полуобнаженный, он возлежал среди шелковых подушек, живописно разбросанных на низком овальном ложе. Время от времени музыка замолкала, и Генрих, поддерживая инструмент левой рукой, правой подносил к губам золотистый мундштук с прикрепленной к нему гибкой трубкой кальяна.

Я приподняла брови. Мой муж начал курить?!

Затянувшись пару раз, Анрио снова потянулся к гитаре. Тонкие пальцы затанцевали на струнах, рождая знакомую мне балладу о любви.

Судорожно вздохнув, я стремительно пересекла комнату и встала, нет, скорее рухнула перед мужем на колени. До боли вцепилась пальцами в его локоть и, как слепой котенок, ткнулась лицом в грудь.

– Ты простишь меня?…

Не вопрос. И не мольба. Что-то гораздо более личное, понятное лишь нам двоим.

Жалобно звякнула отброшенная гитара. Генрих сполз на пол, и осторожно, словно боясь разбить, притянул меня к себе на руки.

– Прости и ты меня.

Я удивленно вскинула голову. Его лицо было совсем близко, в нескольких сантиметрах над моим. Иссиня-черные кудри щекотали мне шею, топазовые глаза, казалось, заполнили собой весь мир. Весь… мир…

Но все же я не могла не заметить его напряженные, превратившиеся в тонкую линию губы

– Тебя-то за что?
– мое изумление было совершенно искренним.

– За то, что нарушил клятву. За то, что обещал беречь и защищать, и не смог этого сделать!

Великие Силы! Вот уж чего я не ожидала… Он что же, мучается чувством вины?! Но Ученики не Боги! Он ничего не мог поделать…

Впрочем, на его месте я бы, наверно, чувствовала тоже самое. И убеждать его сейчас бесполезно. Я могу хоть до утра упражняться в красноречии, и все без толку.

Хотя можно сделать так, что бы он поверил…

– Анрио, - выдохнула я, покрывая поцелуями его лицо, - Это ты спас меня! Если бы мы не были мужем и женой, если бы в твоих жилах не текла моя кровь, моя Сила, я бы не смогла вернуться с той стороны. Ты выполнил свою клятву! Поверь…

Генрих еще крепче прижал меня к себе. Но если раньше в его объятиях ощущалась какая-то надломленность и страх, словно я вот-вот растворюсь в воздухе, то сейчас прикосновения мужских рук становились настойчивыми, почти властными. Как будто он хотел убедиться, что я действительно здесь, рядом с ним, и никуда не собираюсь исчезать.

Его пальцы заскользили вдоль моей спины, зарылись в живое золото волос. Губы коснулись моих губ, сначала робко, ищуще, потом смелее, с нарастающей жадностью. Время замедлило свой бег, и мир утонул в белом пламени.

Мне казалось, что я сгораю в огне, который вместо боли дарит восторг и наслаждение. Я уже почти не чувствовала горячих объятий Анрио, зато ощущала его тело как свое собственное. Открывая глаза, я не могла различить лица любимого, словно мы и впрямь стали единым целым. Я знала все его мысли, все желания… Полное слияние тел и душ. Что может быть прекраснее? Каждый рваный вздох, его и или мой, пробегал по телу волной обжигающей страсти, в которой мне хотелось раствориться без остатка. Каждое мгновение мир умирал и возрождался вновь. Каждое прикосновение было подобно откровению… Мне казалось, что я лечу на качелях, то вверх, к вершинам неземного блаженства, то вниз, в прохладную темноту, негу отдыха, без которой не взмыть к следующей вершине…

Несколько часов спустя я сидела у большого окна в спальне, глядя на сияющие миллионом огней Сектора. Их свет, разбиваясь на тысячи крошечных радуг, отражался в хрустальных струях фонтанов, таял в зеркальной глади озер, превращая мир в дивную сказку. На темном небе бриллиантами сверкали далекие звезды, а полумесяц Луны отбрасывал серебряные тени на снежные шапки гор.

Шорох листвы и, печальные, почти призрачные голоса ночных птиц… Смех Учеников и звуки музыки… Грохот далеких взрывов и до боли знакомый шум машин…

Дыхание магии и танец лесных фей на залитых лунным светом полянах…

Мир - сказка… Мир - мечта… Бесконечная фантазия. Мы взрослеем, утрачиваем иллюзии, становимся циничными, но в глубине души каждого из нас все равно существует маленький островок Где-то-Там. Наша Нетландия…

Сектора, мир моих грез, как же я тебя люблю!

– О чем ты думаешь?

Голос Генриха раздался снизу - скрестив ноги, он сидел на полу рядом с моим креслом. Я не видела его, но чувствовала, как муж лениво играет с пальцами моей руки, свесившейся с подлокотника.

– О Секторах… О том, что произошло… Едва не погибнув, я заново ощутила прелесть этой жизни, Анрио! Её ценность, её красоту… Каждое мгновение, каждая мелочь имеет свой неповторимый смысл, а мы проходим мимо даже не замечая этого… Знаешь, что сказал однажды Лестат, герой "вампирских хроник" Энн Райс?
– я криво усмехнулась, осознав странную иронию своих слов, - По его словам, страдания делают наши души богаче, заставляют нас острее ощущать краски жизни… И он, прав, Бездна меня забери! Мы не умеем ценить то, что имеем, Анрио. И только потеряв это, вдруг понимаем, как много оно для нас значило!

Губы Генриха коснулись тыльной стороны моей ладони.

– Какой ты стала мудрой, ma cheri.

– Угу… Жаль только, что для того чтобы поумнеть, мне пришлось побывать на Темной Стороне…

Некоторое время мы просто сидели, наслаждаясь обществом друг друга и неповторимым очарованием этой ночи.

Наконец я решилась нарушить молчание.

– Что там слышно от Мерфи?

– Увы, ничего, - вздохнул Генрих, - Как в воду канула! Пару дней она мирно жила в "Трех поросятах". Погибала от тоски и опустошала винный погреб заведения. Только один раз куда-то отлучилась, вернулась взвинченная, но целая и невредимая. А потом в таверне вдруг появился офицер Магистрата.

– Что?!!!

– Не волнуйся, до Мерфи он не добрался! Хотя, по словам хозяина, эти двое чуть не разворотили всю таверну. Потом умчалась в неизвестном направлению на сверхсветовой скорости… Какая судьба постигла бедного офицера - неизвестно, но Мерфи вернулась в гостиницу несколько часов спустя, потрепанная, однако живая, и ареста, как видно, не опасалась. После этого она еще неделю провела в "Трех поросятах", все это время собирала информацию о нас… А затем вдруг ушла куда-то, ничего никому не сказав, и вот уже пару дней о ней ни слуху, ни духу!