Чтение онлайн

Тут Лиза бросилась Холлису на шею.

– Я люблю тебя. Ты сделал это, Сэм. Я тебя так люблю!
– Она обняла О'Ши и крепко поцеловала его в щеку.
– Я вас обоих люблю!

Капитан покраснел и тихо сказал Холлису:

– Прямо перед тем, как вырубить двигатели...

– Я слышал.

– Что?
– спросил Миллз.

– Один из них полностью отключился, - объяснил О'Ши.
– Горючего там не хватило бы, чтобы заправить обыкновенную зажигалку.

– Ну же, хватит об этом чертовом горючем. Все сработано отлично! Миллз сунул руку под сиденье и вытащил пластиковый пакет. Он раздал всем черные лыжные маски.

– Вот, наденьте это. И никаких разговоров с командой, никаких имен.

Миллз перебрался в заднюю часть салона и надел маски на Додсона и Бурова.

Бреннан открыл дверцу, и они спрыгнули на качающуюся палубу.

– Я позабочусь о Додсоне и Бурове, - сказал Миллз. Он взглянул вверх на "Юнион Джек".
– Как я и предполагал, это оказались британцы. У нас в НАТО не так много союзников, на которых можно положиться.

– В этой операции я не доверился бы даже нашим друзьям в Вашингтоне, Берт, - заметил Холлис.

– Так мы можем вздохнуть с облегчением или нет?
– спросила Лиза.

Холлис подумал, что они никогда уже не вздохнут с облегчением, пока живы.

Дверца юта отворилась, и появились шестеро моряков в темных свитерах. Они с любопытством разглядывали прибывшую компанию: трое мужчин в советской военной форме, один - в спортивном костюме, на женщине тоже спортивный костюм и наброшенная поверх него куртка. Миллз кивнул им головой на вертолет. Моряки вытащили из салона одного в пижаме, второго в лохмотьях.

Холлис залез назад в кабину и отпустил тормоза. Потом, толкая вертолет в заднюю часть фюзеляжа, подкатили его к мерам левого борта и сбросили в море. Когда весь "Ми-28" исчез в темных волнах, за ним последовали три противотуманных прожектора. Капитан принял меры предосторожности на случай, если судно будет осмотрено советскими властями.

Додсона и Бурова положили на носилки и отнесли в судовой госпиталь. Остальных проводили в штурманскую рубку.

– Подождите здесь капитана, - сказал сопровождавший их моряк и удалился.

Холлис вздохнул и стянул с лица черную маску. Другие тоже последовали его примеру.

– Ну что ж, друзья, следующая остановка в Ливерпуле, - бодро объявил Миллз.

– Мы сделали это!
– во всю глотку заорал Бреннан и бросился целовать Лизу.

– Генерал, вы чертовски здорово управляете вертолетом! Где вы научились этому?
– О'Ши расплылся в улыбке.

– Где-то между Новгородом и Ленинградом, - ответил Холлис.

– Вы разыгрываете меня, Холлис, - засмеялся Миллз.
– Эй, взгляните, здесь есть кофе и бренди.
– Он налил бренди в кофейные чашки и произнес: Друзья, предлагаю выпить за...

– За Сэза Айлеви, - перебил его Холлис.
– А также за мужчин, женщин и детей, которых мы оставили там.

Все молча выпили.

Открылась дверь, и в рубку вошел рыжебородый человек лет пятидесяти в вязаном свитере и синих джинсах. Ни слова не говоря, он налил себе чашку кофе и небрежно присел с ней на край стола.

– Добро пожаловать на борт "Люсинды", - спокойно сказал он.
– Меня зовут капитан Хьюз. А ваши имена меня не волнуют.

– Благодарю вас, капитан, что не выключили прожектора после рассвета, произнес Холлис.

Капитан Хьюз посмотрел на Сэма и ответил:

– Честно говоря, мы их выключили; но я оставил наблюдателя, и он засек вас, мы их снова зажгли.

Капитан Хьюз внимательно оглядел всех присутствующих.

– Бьюсь об заклад, что вам есть что рассказать. Я, правда, еще не решил, была ли эта посадка вертолета на корабль самой лучшей или самой худшей из всех, которые мне когда-либо приходилось наблюдать. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду, - добавил он.
– Мы везем древесину, если это вас интересует. Сосны, березы и осины. У них растет хороший лес, поскольку этим управляет Бог, а не они. А выгрузили мы свежие овощи. Не могу сказать, что я лично одобряю торговый обмен с ними, но работа есть работа. Но перейдем к делу. Я получил десять тысяч фунтов за то, что сказал "да", и получу еще пятьдесят тысяч, когда доставлю вас на место. Так что вы - очень ценный груз.

– Надеюсь, что мы не обойдемся вам дороже своей цены, - заметил Сэм.

– Я тоже надеюсь на это. Но за нами очень пристально наблюдают с кронштадтской военно-морской базы. Когда мы минуем ее, я вздохну свободно.

– И мы тоже.

– Вообще-то нет таких денег, чтобы соблазнить меня на подобное дело. Но мне сказали, что это очень важно для наших стран, - сказал Хьюз.

– Это действительно так, капитан.

– Перед отплытием из Ленинграда стивидор* всучил мне вот эту бумажку. Капитан протянул ее Холлису.

_______________

* Стивидор - подрядчик, производящий разгрузку и погрузку судов.

Холлис развернул листок. В нем была указана дата и частота и написано следующее: "Донес, об. обет. Внимание Ч.Б."

Холлис вернул листок Хьюзу.

– Вы не будете столь добры, чтобы приказать своему радисту зашифровать следующее сообщение: "Внимание Бенксу. Приземлились в указанном месте. Донесение об обстановке последует". Оставьте это сообщение без подписи. И отошлите его на указанной частоте.

Хьюз кивнул.

– Двое ваших приятелей сейчас в нашем госпитале, отдыхают со всеми удобствами. Врач хотел бы хоть в общих чертах знать, что с ними случилось.

– Обоим нанесены внешние физические повреждения, - ответил Миллз. Недавно им ввели пентотал натрия. Тот, что в спортивном костюме, - друг. Тот, что в пижаме, - нет. На время этого путешествия его следует изолировать.

Хьюз направился к двери.

– Я прикажу стюарду принести вам завтрак и распоряжусь подготовить для вас каюты. А пока располагайтесь здесь как дома.

– Спасибо.

Хьюз вышел из рубки.

– Все мы великолепно поработали, - произнёс Холлис.
– Мне не нравится то, что мы сделали, однако сделали мы это отлично.

Миллз налил себе еще бренди.

– Да, и поскольку для всех нас это было очень важно, я скажу. Я был бы очень рад, если бы все эти летчики вернулись на родину... со своими новыми семьями. Я человек не религиозный, но, наверное, там, где они сейчас, им лучше. Не думаю даже, что им действительно хотелось когда-либо вернуться домой... Может быть, только сейчас их души обрели покой.
– Помолчал немного, а потом обратился к Холлису.