Чтение онлайн

— Да тут нет следов, Чешуйка! — откликнулся Миша-санитар. — Видишь, трава не помята.

— Ну и что ж, что нет? Я сам видел — Занька сюда побежал!

— Как только подойдут к сосне, удирайте к воротам, — прошептал возбужденный Занька.

Он сдвинул берет на затылок и ждал.

Слева отчаянно засвистели.

— Чешуйка, Чешуйка! — позвал Миша-санитар. — На след напали, бежим!

Начальник колебался: итти ли на помощь или обыскивать здесь. И вдруг Зоя чихнула. Хорошо, что сыщики были заняты свистом.

«А-ап-чхи!» Еще раз. Занька, Сорока и Эмма, давясь от смеха, напали на Зою и зажали ей рот и нос.

Сыщики убежали.

Ребята вылезли и, крадучись, пригибаясь к елкам, пошли в глубь парка. В старом, трухлявом дупле Занька нашел письмо. В письме всего четыре слова: «Вы на верном пути!» Ребята разгорелись.

— Эх, найти бы знамя и сверток!

Тройка тоже благополучно вел свой отряд. Когда близко послышались свистки сыщиков, коммунисты влезли на молодые пушистые сосенки и спрятались в густых ветках. Озабоченные враги пробежали под ними, а наверх посмотреть не догадались.

Слезли, пошли дальше. Подвешенное на нитке, по ветру трепетало письмо. Тройка с восторгом прочел отряду:

— «Знамя и взрывчатое вещество в лыжной станции, в правом углу под лыжами».

Как обрадовались ребята! Они даже забыли про сыщиков и крикнули «ура», а потом, согнувшись, побежали к лыжной станции.

Какая удача! Около лыжной станции ни души. Отряд ликовал. Перебегая от дерева к дереву, они вбежали в помещение, бросились в правый угол, и вдруг… со всех сторон раздались свистки и крики, дверь снаружи закрыли на засов, и Чешуйка насмешливо прокричал:

— Попались, голубчики! Сидите теперь, пока игра не кончится. Тетери глупые! Не могли подложного письма узнать! Ну, Рябчик, карауль, я тебе скоро смену пришлю.

Коммунисты, ошеломленные, посмотрели друг на друга.

— Все ты, Тройка, виноват! То-о-же, заорал: «Письмо, письмо!» Вот тебе и письмо!

— Как же мы сразу-то не узнали, что это Чешуйка? Разве Тоня так напишет? И в лыжной станции, и в правом углу, и под лыжами.

— Ну ясно, не она.

— Вот что, — сказал Тройка, — надо бежать. Давайте дырку искать!

— Придумал! Придумал! — закричал Игорь Прокопец.

— Тише, тише говори!

— А окошко-то, в которое лыжи раньше выдавали? — зашептал Прокопец.

— Правда! Только оно забито.

— Ничего, отобьем!

Окно выходило к самому забору. Прямо под ним росли молодые елочки.

Прокопец высунулся, повертел головой — никого!

Миша Рябов ходил перед дверью с другой стороны и мурлыкал песенку.

Ребята с трудом пролезали в узкое окошко. Прокопец снаружи тянул за плечи, а изнутри подталкивали. На девочек шикали, чтобы они не пищали.

Рябчику надоело стоять на посту, а смены все не было.

«Все-таки нехорошо, — подумал он: — я вот сторожу коммунистов. Плохо быть сыщиком, лучше бы их выпустить. Ведь сколько раз настоящие сыщики выпускали арестованных и сами делались революционерами. Ведь такого условия не было, чтобы не переходить к коммунистам? Выпущу!»

— Эй, ребята, — весело закричал он, отодвигая засов, — выходите! Выходите, ребята, я вас выпускаю.

Странно, ребята молчали.

Миша вбежал в лыжную станцию и увидел отбитую доску. Густые брови его беспокойно задвигались. Бледное лицо порозовело. Вот тебе и выпустил!

Занька с отрядом дошел до конца парка. Осмотрелись. Пошарили вокруг пня, разрыли старую муравьиную кучу. Зоя залезла по локоть в дупло.

— Нашла, нашла! — крикнула она и вытащила небольшой флажок.

— Ой, Зоя знамя нашла, счастливица! — позавидовала Сорока.

— Где, где? Покажи, Голубева!

Занька развернул — правда, знамя.

— Это ведь я вас сюда привел, — сказал он хвастливо. — Ну, запрятывай получше. Куда бы его? В чулок! А теперь ищите взрывчатое вещество.

Все четверо разошлись в разные стороны.

Зоя незаметно забрела далеко, устала и села на пень. Свертка с взрывчатым веществом нигде не было.

Нежно пели птицы, под деревьями валялись кучки прелой шелухи от сосновых шишек. Это вылущивала семечки из шишек белка. На зеленом мху краснели божьи коровки. В прозрачном теплом воздухе самолетами гудели первые майские жуки.

Занька, Сорока и Эмма тоже ничего не нашли. Услышав далекий свисток, они пошли искать Зою. Чтоб не выдать себя сыщикам, шли крадучись.

— Тише, тише, — вдруг зашептал Занька, махая рукой.

Все трое присели в елочках. Какая-то женщина дергала старую, заброшенную калитку. Калитка скрипнула. Женщина осторожно вошла в парк и оглянулась. У нее было бледное красивое лицо. Из-под низко опущенного платка выбивались темные локоны. Сощурив глаза, она озиралась по сторонам и нервно жевала потухшую папиросу. За деревьями послышался грубый голос Кузьмы. Женщина выплюнула папироску и бросилась к забору. Хлопнув калиткой, она выбежала из парка и быстро пошла к лесу.

Ребята посмотрели друг на друга.

— Кто это? — пролепетала испуганная Сорока.

— Ой, ребята, у ней глаза так и бегают, — сказала Эмма. — А все-таки она красивая.

— По-моему, это воровка, — сказал Занька, — потому что услыхала Кузьму и убежала.

— Конечно, воровка, — согласилась Сорока. — Надо Кузьме сказать.

— Нет, нет, никому не надо, — разом придумал Занька. — Мы ее сами выследим.

— Ой, как интересно! — сказали девочки.

— Только вы никому не говорите, — предупредил Занька.

— Мы только Зое скажем.

— А я Чешуйке.

Из-за деревьев показалась Зоя с букетом молодого кудрявого папоротника.

— Ой, Зоя, — кинулась к ней Сорока, — кого мы видели!

— Воровку видели, — перебила Эмма.

Зоя выронила папоротник.

— А… А какая она? — заикаясь, спросила Зоя.

— Глаза черные, красивая и с папироской.

— В черном жакете? Платье какое, Эмма, синее? И туфли на высоких каблуках?

Зоя ничего не успела сказать, как вдруг совсем близко засвистели сыщики. Все побежали.