Чтение онлайн

Меня же не брали ни алкоголь, ни женские ласки, ни сон. Мой мозг продолжал напряженно работать, искать выход из тюрьмы, куда я добровольно отправился. Мои размышления прервали голоса внизу у подножия скалы. Вскоре в пещеру взобрались Старшой со своими людьми и еще один человек, закутанный в темный длинный плащ.

Старшой бросил косой взгляд на меня и на дочерей, не выполнивших порученное задание. Впрочем, он не так уж и рассердился. Когда новичок распахнул свой плащ и сел за стол, я понял причину этого. Поняли и Черука с Чионой, мгновенно оставившие меня и подсевшие к вновь прибывшему.

Хотя я не большой ценитель мужской красоты, особенно красоты иномирян, мужчина сразу же поразил меня изысканным благородством лица и атлетической статью фигуры. Его кожа отливала золотом, глаза светились умом, черные волосы спадали густыми локонами из-под черного берета с маленькой золотой кокардой, аккуратные усики были подстрижены с тщательной небрежностью.

– Холодно тут у вас, - произнес он бархатным голосом, и его слова прозвучали как комплимент всему этому миру, - чересчур холодно.

Дочери Старшого мгновенно сомлели. Отцу не надо было угрожать им, как в случае со мной - простым ластоногим болотником. Перед златокожим мужчиной не устояло бы ни одно женское сердце.

Он сказал правду: по всему было видно, что его мир гораздо теплее. Золотокожий заметно мерз. От ночной сырости, идущей от болота, его плохо защищали даже плотный черный костюм с золотыми застежками и плащ, подбитый тонким густым мехом.

– Командор Чи-Ге, профессиональный революционер.
– Просто представился золотокожий.

– Восстание на Кси-Лодердолисе - это твоя работа?
– Поинтересовалась бронзовокожая серебряноволосая леди по имени Вилендика, занявшая освободившееся место рядом со мной.

Чи-Ге склонил голову с легкой улыбкой:

– Совершенно верно. И на Кси-Лодердолисе, и в мирах Большого Аринрина, и на планетах Малого Сетевого Кольца. Везде, где царят несправедливость и угнетение, расправила крылья великая революция. И пусть мы потерпели временное поражение, пусть меня и моих товарищей схватили и сослали на эту планету, как простых уголовников, революция продолжается. Люди в тысячах миров продолжат борьбу, начатую нами на Кси-Лодердолисе!

По восхищенному вздоху леди я понял, что она долго не засидится возле меня. Да и вообще, едва ли теперь кто-либо из женщин интересовался мной, с жадным вниманием созерцая объявившееся в пещере божество. Я первый раз слышал о какой-то великой межпланетной революции, да и Яманубис с Килеаной о ней не упоминали, но, видимо, всем окружающим она была хорошо известна и казалась им самым главным событием во Вселенной. Выражения восхищения и участия так и сыпались на Чи-Ге. Золотокожий Командор милостиво принимал знаки внимания, приветливо улыбался, находил подходящий комплимент для каждой из окружавших его дам.

– Всем спать!
– Наконец скомандовал Старшой, прерывая затянувшийся ужин.
– Или вы забыли, что завтра всех ждет работа в Восточной шахте? Вечером вновь продолжите...

Что завтра продолжат Чи-Ге и дамы, Старшой уточнить не успел.

– Завтра вечером меня здесь уже не будет.
– Твердо перебил его Командор.
– Меня ждет революция, меня зовет долг перед угнетенными, я должен продолжать борьбу за счастье трудового народа.

Несмотря на излишний пафос этого заявления, слова Чи-Ге не казались театрально-наигранными. Это произнес человек, верящий в то, что говорит, и говорящий то, что думает.

– Ну, да, конечно...
– разочарованно протянул Старшой.
– Я слышал о вашем восстании от предыдущих ссыльных...

– Кто-то из моих товарищей проходил через этот портал?
– Заинтересовался командор.

– Нет, скорее всего, их отправили туда, - Старшой махнул рукой, южнее. Там больше порталов, больше городов и там... больше банд.

– Тем скорее я должен соединиться со своими товарищами.
– Заявил Чи-Ге.
– Мы найдем способ выбраться с этой планеты и продолжить революцию.

Это меня вполне устраивало. По крайней мере, я предпочитал примкнуть к отряду революционеров, а не к банде уголовников.

– Я тоже отправлюсь с вами, командор.
– Громко объявил я.

– Ты?
– Чи-Ге, казалось, только что заметил меня.
– Ты тоже участвовал в революции? С какой ты планеты?

Я вновь поведал свою выдуманную историю. Напоследок я добавил, что полностью разделяю взгляды командора и его товарищей и готов вместе с ними сражаться против угнетателей во всей Вселенной.

– Вот!
– Чи-Ге радостно посмотрел на меня.
– Вот еще одна жертва буржуазии. Разумное существо, жертва жестоких эльфов, оказалось отвергнуто обществом, лишено своих прав и свобод, и, наконец, сослано сюда. А все почему? Потому что ты, мой юный друг, принадлежишь к трудовому народу, а не к промышленной и торговой аристократии. Законы буржуазного общества спихнули тебя на обочину жизни. Но ты не отчаялся, не озлобился. Ты понял истинную причину своих бед. И ты готов пролить свою кровь за великое дело революции. Поздравляю тебя, товарищ!

К поздравлению присоединились и остальные люди. Лишь Старшой, имевший на меня свои виды, хмуро пробурчал:

– Демагогия все это. Красивые пустые фразы. Мой принцип - построй сначала свою общину, а потом иди, повоюй за чужое счастье, коли делать больше нечего.

– Так, значит, завтра?
– С надеждой спросил я у Чи-Ге.
– Завтра и отправимся искать твоих товарищей.

– Да, - подхватил тот, - завтра рано утром! И будь я проклят, если мы задержимся на этой планете хотя бы один лишний час.

Я облегченно вздохнул. Похоже, Боги услышали меня. И тут-то, наконец, усталость и вино взяли свое. Должно быть, до этого я держался лишь благодаря напряжению воли и разума, а теперь, когда можно было расслабиться, меня с головой накрыла волна дремоты. Я привалился к плечу бронзовокожей леди Вилендики и мгновенно заснул.

* * *

Когда я проснулся, в полуоткрытую, сплетенную из веток дверь вовсю светило солнце. Стоп! В какую такую дверь? Как я оказался в хижине, ведь я позорно заснул прямо за столом, словно перепившийся вина дикарь? Я приподнялся на локтях и покрутил головой. Мне сразу стало все ясно. Рядом со мной, блаженно улыбаясь во сне, лежала очаровательная серебряноволосая леди. Кровать была достаточно широкой, чтобы я встал, не потревожив ее покой. Наверное, меня принесли в ее жилище, пока я спал.