Чтение онлайн

"Это дом моей мечты," - подумал я тогда, что было весьма странно для болотника, привыкшего к простым крепким жилищам из стволов мангровых сосен и бамбака. Я перешел через мост, и вступил под своды дома Яманубиса.

И сразу же встретил человека средних лет. Краснолицый, лысый, довольно упитанный, он сидел за маленьким столиком около входа и за обе щеки уплетал что-то вкусное. Из одежды на нем были только широкие ядовито-фиолетовые штаны и легкие сандалии. Рыхлое безволосое тело казалось слабым и немощным. В общем, выглядел он, как типичный горожанин из Муравейника.

"Наверное, это еще один слуга, - подумал я.
– Тот, на дороге, явно садовник, я этот, может быть, повар или уборщик."

– Послушай-ка, любезный, - обратился я к горожанину, - где я могу найти господина Учителя Яманубиса?

– Тут, разумеется, - не прекращая жевать, ответил тот.

– Гм, это я и так знаю.
– Нахмурился я.
– У меня к нему важное дело. Пожалуйста, скажи, как его найти?

– А дело-то какое?
– Горожанин перестал есть и уставился на меня маленькими веселыми глазками.
– Может, и искать не стоит?

Я подумал, что передо мной, наверное, кто-то вроде мажордома, и представился:

– Я Рен Рил из клана Острова Белой Скалы. Учитель Яманубис любезно согласился обучить меня искусству поединка.

– Как бы не так!
– Горожанин рассмеялся и встал из-за стола.
– Он не согласился.

– Как не согласился?
– Изумился я.
– Что за ерунду Вы несете? Дайте мне поговорить с самим Учителем Яманубисом!

Человек вплотную подошел ко мне. Ростом он был мне по плечо, а в талии втрое шире. Маленькие ушки были почти не видны за пухлыми румяными щеками. Вот только глаза его, вначале такие насмешливые, теперь смотрели на меня с каким-то глубоким оценивающим вниманием. Я уже начал о чем-то догадываться, когда тот, кого я вначале принял за горожанина, произнес:

– Учитель Яманубис не соглашался тебя обучать. Он сам выбрал тебя из всех жителей Подсолнечной и призвал к себе. Это говорю тебе я - Яманубис!

Вот это да! Маленький пухленький человечек оказался величайшим чемпионом боевых искусств. Не может быть!

– Может.
– По выражению моего лица Яманубис, видимо, без труда догадался о моих сомнениях.
– Но вначале я должен убедиться, что ты именно тот, кто мне нужен. Ударь меня!

– Как?
– Не понял я.

– Все равно как, но лучше копьем.
– Усмехнулся толстячок.
– Я вижу, ты с ним не расстаешься.

– Я не могу... Вот так... сразу.
– Растерялся я.

– Тогда сначала сними свой рюкзак.
– Яманубис, кажется, издевался надо мной.

"Ну ладно, - подумал я, - погоди же". Не выпуская из рук копья, я медленно снял рюкзак и аккуратно положил его на пол. А потом резко выбросил оружие в сторону насмешливого Учителя. Я, разумеется, не собирался доводить удар до цели и остановил наконечник копья в локте от груди Яманубиса. Тот даже не пошевелился, только грустно осмотрел слегка дрожащий на древке наконечник из рога ската-ползуна и сказал:

– Плохо. Очень плохо. Если уж бьешь, то бей изо всех сил. Покажи все, на что ты способен. Или ты боишься? Но за меня-то не беспокойся! Я всего лишь хочу испытать тебя.

И тогда я решил провести один прием, которому научил меня старый охотник Лор Видан. Я сделал шаг вперед, развернул свое копье, присел и снизу вверх нанес стремительный удар прямо в толстый живот Яманубиса. Я ожидал, что сейчас это насмешник согнется пополам от боли. Как бы не так! Когда я пришел в себя, то обнаружил, что лежу на полу, копье валяется рядом, а Учитель стоит, скрестив на груди руки, и укоризненно на меня смотрит.

– Как же так, молодой человек?
– Спросил он меня.
– Ведь нельзя же наносить удар и совершенно не думать о возможной контратаке. Вам должно быть стыдно.

И вот только сейчас до меня дошло, к кому я попал. "Забудь о его обманчивом внешнем виде, - внушил я сам себе, - и помни, что Яманубис великий боец."

– Я раньше никогда не дрался с человеком.
– Признался я, поднимаясь с пола и подбирая копье.
– То есть не дрался всерьез. Вот с леотигром, с раненным водяным кабаном, с молодым крокотамом я не раз встречался один на один. И побеждал!

– Уже лучше.
– На этот раз искренне ласково улыбнулся Яманубис. Ты кое-что начал соображать. Пойдем в тренировочный зал.

Он развернулся ко мне спиной и пошел в левое крыло. Я подхватил свой рюкзак и побежал следом. Несмотря на полноту и короткие ноги, двигался Яманубис гораздо быстрее меня. Я ожидал, что мы придем в зал, устеленный мягкими циновками, с разнообразным оружием, развешанным на стенах, но вместо этого Яманубис привел меня в небольшую пустую комнату. Лишь посередине ее с потолка на толстой цепи свешивалась туго набитая кожаная груша размером со среднего человека.

Яманубис показал пальцем на грушу:

– Бей, Рен!

– Зачем?

– Если ты постоянно будешь у меня все переспрашивать, то немедленно отправишься обратно домой. Представь, что эта груша - морда леотигра, леопантеры, или... как ты там говорил... бешеного крокотама. Представь и бей!

Раз надо, значит надо. Я представил... Через некоторое время от груши остались только свисающие кожаные лохмотья, да куча опилок на полу. Яманубис из дверного проема молча наблюдал за мной, а когда я закончил демонстрацию, сказал:

– Энергии много. Даже слишком. Осталось набраться техники и хладнокровия. Ладно, Рен, теперь метни копье в меня.

Я хотел спросить: "Куда?", но быстро передумал. Вместо этого я сосредоточился и послал свое оружие прямо в грудь Учителя. Между нами было шагов десять, я ожидал, что Яманубис либо уклонится от летящего копья, либо отобьет его рукой. Но толстяк остался неподвижен. За те доли секунды, что смертоносный снаряд приближался к незащищенной человеческой груди, я успел подумать о многом: о пронзенном насквозь иномирянене, об обвинении в убийстве, о позоре клана Острова Белой Скалы.

Хорошо, что я не закрыл глаза. Словно при замедленном просмотре видеофильма, я видел, как, ударившись о тело Яманубиса, прекрасный наконечник из рога ската-ползуна разлетелся вдребезги, а древко расщепилось.

– Неплохой бросок, - почесал грудь толстяк и ногой отбросил древко в угол, - для подсолнечника, разумеется.

– Все? Испытание закончилось?
– Буркнул я. Мне так жаль было сломанное копье, верой и правдой служившее целых три сезона дождей, что чуть слезы на глаза не навернулись.