Школа. Остаться в живых (сборник)
Шрифт:
— На первый раз я вас прощаю, Прыгунов. Но следующего раза не будет. Извольте готовиться к моему уроку серьезно… Kovalev? Please!
— With my pleasure! [20]
Леха вышел к доске и с блеском ответил домашнее задание.
На перемене Лида попросила его остаться в классе.
— Это ведь вы принесли розу? Зачем?
— Вы мне очень нравитесь, Лидия Васильевна, — глядя ей прямо в глаза, ответил парень. — И я хочу произвести на вас впечатление.
20
С удовольствием! (англ.)
— Вы можете произвести на меня впечатление отличным знанием моего предмета. И только как на вашего преподавателя, Ковалев. Да и потом… У вас есть на кого производить впечатление. Вот Светлана. Девочка красивая, умная. Из хорошей семьи…
Леха скривился:
— Неинтересно! Мы уже десять лет учимся вместе.
— А мне неинтересны вы, Ковалев, — вздохнула Лида.
Она вышла из класса. И ей показалось, что до нее донеслось тихое: «Еще посмотрим…»
— Ну, чего она хотела? — с ходу спросила Светка, когда они втроем с Пашкой вышли из школы.
В глазах ее горел нехороший огонек.
Алексей только загадочно усмехнулся:
— Боишься проиграть, малышка?
Неожиданно для него она ласково взяла его под руку, положила ему на плечо голову и промурлыкала:
— А я уже костюм присматриваю. Чтоб к «бээмвэшке» подходил…
— Ты лучше присматривай сексуальное белье. Я люблю черное и кружевное, — в тон подружке ответил Леха. Потом покровительственно обнял ее и Пашку, и они пошли прочь от школы.
Осень обосновалась в городе уже по-хозяйски. Солнце стало совсем редким гостем. Дождь монотонно выстукивал с утра по крышам, как азбукой Морзе: «Ле-то ушло. Ле-то ушло, ле-то ушло».
Лида закончила проверку тетрадей и стояла у окна пустой учительской. Ветер бросал в стекло первые сорванные листья пополам с дождем.
Видать, из-за этой непогоды ей на ум пришел «чумазый» стишок из провинциального детства — невесть почему, может быть, от неожиданной ностальгии по родному городу Тихо, глядя в окно, она вслух произнесла:
Осень настала. Холодно стало.
На наши ворота ворона насрала.
Куры навоз перестали клевать.
Ну и погодка, ё… твою мать…
— Что вы там говорите, Лидия Васильевна?!
От громкого голоса директора Лида вздрогнула.
— Говорю, что не хочется идти по такой мерзопакостной погоде домой.
— Да, погода ужасная. Но — осень! И придется идти. Ко мне уже подходила Никитична, ей нужно здесь убираться.
Лида попрощалась с Антоном Савельевичем и вышла из учительской.
У ворот школы стояла светлая «Мазда». Лида почти миновала ее, как вдруг дверца машины открылась.
— Лидия Васильевна!
Это был Алексей Ковалев.
— Садитесь! — Он открыл другую дверцу. — Я подвезу вас. Мне по дороге.
Дождь усилился, и Лида, секунду поколебавшись, окунулась в комфорт салона.
— Почему вы здесь, Ковалев? Учебный день давно закончен.
Алексей посмотрел на учительницу серьезно:
— Я приехал специально за вами, Лидия Васильевна. Я понимал, что вы будете в школе допоздна. И не хотел, чтобы вы промокли.
— Так вы специально меня ждали? Зачем? Почему?
Парень вздохнул:
— Вы мне очень нравитесь, Лидия Васильевна, — в голосе его послышалась неподдельная теплота. — Очень. И ничего ведь страшного, если ученик подвезет учительницу в непогоду домой?
Лида внимательно смотрела на него.
— Я попрошу вас больше этого не делать, Ковалев. И если я вам действительно нравлюсь, не прибавляйте мне проблем.
— Лидия Васильевна, я понимаю, что вы имеете в виду. Но мы ведь можем быть просто друзьями?
Он остановил машину у ее подъезда.
— Я уже дружу со всем вашим классом. Спасибо, что подвезли. Доброго вечера.
Она сама открыла дверцу и, не оборачиваясь, вышла.
В тот же момент у Светки дома запищал телефон, и она сняла трубку:
— Да?
— Она уехала в его машине, — доложил голос Пашки. — Сам видел.
— Ну и что? На дворе дождь. Кто бы не поехал? Пока…
Светка положила трубку и посмотрела на себя в стоявшее рядом зеркало.
— Ты — красавица, Светка! И умница! Ты — выиграешь!
Ветер трепал на растяжках рекламу фестиваля независимого кино «Чистые грезы». На всю программу — пресс-конференции, показ фильмов, приемы — только четыре дня. Билеты разлетелись сразу, и попасть в мир избранных было непросто.
Придя вечером домой, Лида приняла душ, выпила чашку чая и прилегла на тахту — отдохнуть перед очередным сеансом. Часы показывали девять. До включения камеры оставался час. Перед работой надо было еще просмотреть тех, кто ее выбрал, их оплату и подготовиться к первому клиенту.
Неглубокий сон прервала трель телефона.
— Лидия Васильевна… Извините за звонок… — Чей это голос? Она не поняла. А в трубке звучало: — Лидия Васильевна, я могу вас порадовать. У меня есть два билета на открытие «Грез». Послезавтра. И я приглашаю вас разделить со мной восторг от свежих работ неформальных мастеров…
«Ну да, все тот же Ковалев…»
— Очень красиво, Алексей. И, конечно, вы уверены, что я не смогу отказаться от такой возможности. В общем, небезосновательно. Но давайте так: перенесем этот вопрос на завтра. Есть некоторые обстоятельства. А времени у меня сейчас нет.
— Конечно, Лидия Васильевна.
— Кстати, где вы узнали мой домашний номер?
— Лидия Васильевна, вы же знаете, что любая информация сейчас не проблема. И потом, я — целеустремленная натура.
— Ладно, спокойной ночи.
— Спокойной ночи!
«Настырный щенок!» — Лида резко положила трубку.
Снова пытаться отдохнуть уже не имело смысла. Она включила компьютер.
И тут снова ожил телефон.
«Опять этот?!»
Но звонила Яна.