Чтение онлайн

– Да, - сама себе кивнула Маха.
– Я увидела отвагу в твоём сердце, она отражается в твоих глазах. Род людской ещё не угас. Будь мужественен, юный волшебник, стоек, твёрд и верен дружбе. Я не оставлю тебя.

Дрип по лицу друга понял, что возражать бесполезно: демонесса видела мир сквозь призму своих древних представлений, когда вершиной добродетели было убийство многих и многих врагов. Оставалось только надеяться, что её дары не заставят Дрипа бросаться с ножом на ни в чём не повинных людей. Маха тем временем повернулась к Лдоклу.

– Я рассказала тебе всё, о чём ты спрашивал, демон, благословила тебя и твоего друга. Если ты и прежде передавал ему поводья своей чудесной колесницы, он справится, не сомневайся. Драконы же всегда готовы нести тебя в битву. Помни мои советы, и победа будет с тобой. Сейчас же я отправлюсь к войску, с которым ты выйдешь на битву. Не бойся его: сражаясь на твоей стороне, оно будет стойко в бою, но не сможет выступить против своего вождя.

Лдокл поклонился богине.

– Для меня честь и радость вести в бой войско, вдохновлённое твоей красотой.

Маха рассмеялась.

– Ты учтивее, чем твой друг, ты знаешь, как следует разговаривать с женщиной. На этом мы простимся, демон, и помни мои советы!

Женщина растаяла в предрассветном воздухе, как будто её и не было на дороге. Дрип потряс головой, отгоняя наваждения.

– Лдокл, что за бред?!
– взорвался он.
– О чём вы тут говорили? Какие битвы, какие армии, какие вожди?! Почему вы назвали меня волшебником? Откуда ты выкопал эту женщину? У неё на шее человеческие головы - ты видел?! Что здесь вообще происходит?! Во что ты меня втягиваешь?!

Демон примирительно поднял руку.

– Дела очень плохи, Дрип, - медленно начал он, но с каждым словом заговорил всё быстрее и быстрее.
– Да, я во многом виноват, но, честное слово, я не хотел, чтобы так вышло! Всё просто происходит, происходит, происходит, и я еле успеваю хоть что-то сделать, пока не стало ещё хуже!

Демон с размаху сел там же, где стоял, и устало закрыл лицо руками.

Дрип, не задумываясь, достал из воздуха кружку с водой и протянул другу. Мир вокруг ещё больше прежнего посерел и выцвел, но Дрип этого не заметил.

– Держи, - предложил он, садясь рядом.
– Успокойся и рассказывай по порядку.

Демон поднял голову, взял кружку и огляделся вокруг.

– Вот об этом я и говорил, - сообщил он, делая глоток.
– Дрип, дружище, спасибо за воду, но постарайся так больше не делать.

– Как?
– не понял Дрип.

– Как ты сейчас делаешь. Вода, одуванчик, все эти чудеса, которые ты совершаешь, совершенно не задумываясь. Мир недолго протянет, если три человека будут его толкать в разные стороны.

– Какие три человека?
– не понял Дрип.
– Почему нельзя творить чудеса?

И тут же осёкся, вспомнив уродливые следы на белой дорожке в саду феи. В происходивших вокруг чудесах была какая-то червоточина.

– Я расскажу всё по порядку, - пообещал Лдокл, и принялся говорить.

В его рассказе были древние демоны, и смертные женщины, любовь и предательство, красота и обман, башня тьмы и загнанные туда потерянные души, ушедшая из мира магия смертных, и стихийное могущество бессмертных, вечная жизнь и слияние со стихией. Рассказ демона тьмы повторял то, что Ристиль узнала от него самого и от его бабки из написанной ею книги.

– Мир изувечен, - говорил Лдокл, - изранен гибелью феи радуги и битвой демонов. Волшебство света вернуло краски, но не смогло залечить раны. Феи думали, что, приказав людям быть добрыми, они остановят смерть мира, но они ошибались.

– Я давно знал, что во власти фей нет ничего хорошего, - тихо произнёс поражённый рассказом Дрип, - но не знал, что дела так плохи.

– Дела ещё хуже, - возразил демон.
– С тех пор, как смертные утратили своё волшебство - волшебство трав, заклинаний и обрядов, они стали беззащитны перед могуществом.

– Ты так говоришь, словно могущество - это заразная болезнь, - перебил его Дрип.

– Так и есть, - серьёзно подтвердил Лдокл.

– И как же она передаётся?
– не поверил ему друг.

– В башне тьмы, - прозвучал ответ.

– Но я никогда не был...
– начал Дрип, и осёкся. Он вспомнил - не сон, а, скорее, сон обо сне, как его, потерявшего все силы, выцветшего после песчаной бури, пронесли по лестнице в место, где было более темно, чем бывает самой тёмной ночью, и как вокруг спорили мужские и женские голоса. А потом был полёт, много света и солнца - и доброе девичье лицо, в тревоге склонившееся над ним. Так он познакомился с феей солнечного света.

– Да, - подтвердил демон, читая по лицу друга.
– Я лечил тебя тьмой и светом после того, как ты чуть не умер в серой пустыне. Это было опасно: тьма оставляет отпечаток на душе человека, но свет должен был вылечить тебя от него. Я был прав, но всё же я ошибся. Человек, побывавший во тьме, заражается могуществом, которое может разрушить или спасти этот мир.

– И я могу разрушить мир?
– потрясёно спросил Дрип.
– А спасти?

– Разрушить сумеешь без труда, - честно ответил демон.
– А спасти не в твоих силах... да и не надо.

– Но ты ведь назвал меня волшебником!

– Назвал, - не стал спорить Лдокл.
– Могущество стремится принять форму, и человек, поражённый им, начинает подчиняться неким правилам... ты наверняка уже почувствовал их силу.

Дрип явственно вспомнил мудрое древнее существо, то и дело говорившее вместо него, и кивнул.

– Вас таких трое, - сказал демон.
– Первая, женщина, сбежавшая из замка тьмы почти тысячу лет назад. Она сделалась феей знаний, и это её город лежит перед нами. Фарог, город знаний, в который не может войти ни фея, ни демон без разрешения хранительницы библиотеки Карасы. Волшебный город, в котором не бывает никакого волшебства, кроме волшебства его основательницы.

– Ты стал вторым, - после внушительного молчания продолжил Лдокл.
– я ничего тебе не говорил, и ты попал в башню тьмы не по своей воле, а потому могущество спало в тебе, ожидая своего часа.

– А потом в башню залезла твоя девица, - догадался Дрип.
– Тоже заразилась, и пошла творить чудеса. Это ведь из-за неё Соль тебя боялась?

– Да, из-за неё, - кивнул демон.
– Только всё ещё хуже. Ристиль не успела вылечиться светом, и тьма сумела сквозь неё пробиться в наш мир. Соль остановила тьму, а Ристиль сумела сама с собой справиться, но на стенах запели арфы, и теперь о случившимся знают все демоны и феи в мире.