Чтение онлайн

– Подожди, – опять он обратился к Брун, – так мы встретимся, когда я выйду?

– Разве мы не соседи? – она отошла быстрей к сестре, которая недовольно зыркнула на Льюиса.

Брун подойдя к сестрам, шепнула что-то ободряющее Мэри и задумчиво побрела по коридору, прочь из тюремного помещения. Амелия напоследок, перед тем как уйти, бросила Мэри:

– Будешь сидеть здесь до суда, а потом и после, так как за то, что ты распространяла листовки тебе столько впаяют, мало не покажется, – и Амелия, развернувшись, последовала за Брун.

Бюровец с бумагами только и ждал пока две девушки уйдут и, оглядев камеры, вышел из помещения. За столом остался толстый охранник, который принялся аккуратно складывать листочки в стопку.

Льюис, обернувшись, исподлобья глянул на скуластого брюнета, желая понять, кто же он такой. Но первый заговорил брюнет.

– Так ты друг Брунгильды? – спросил он.

Льюис кивнул. Брюнет кивком головы указал на скамью и отодвинулся, освобождая место Льюису, но тот остался стоять на месте и только с подозрением спросил:

– А ты кто такой?

– Просто Генри. Друзья Брун и мои друзья, так что… – он вдруг замолчал и посмотрел на пьяного гостя профессора, который все это время смотрел на него в упор. – Чего тебе? – огрызнулся на него Генри.

– Ты Генри? – спросил его усач. – Тот самый? Предок которого победил самого темного мага всех времен? Я вас сразу узнал, вы копия вашего прадеда, великого Генри Гэндаль… Гэндаль… – усач аж зазаикался от волнения.

– Да, я потомок Генри Гэндальфини, – кивнул устало Генри. – Но все это было ужасно давно, и может быть даже не правда. Все ж это легенды, приятель. И я тут совсем ни причем. Все, вопросов нет? У нас тут разговор.

Усач торопливо закивал, от чего запрыгали его щеки и пробормотал радостно:

– Кого только не встретишь, стоит только выйти в общество.

Он уселся на другую скамью и прикрыл глаза, а Льюис присел к Генри. Ему стало ужасно любопытно узнать, что это за человек такой, предка которого все знают как великого мага. Да еще он друг Брун. Хотя последнее скорее плохо, чем хорошо. С таким нахалом, разбитного вида надо держать ухо в остро.

– Извиняюсь за свои длинные уши, но у тебя значит кафе сгорело? – спросил Генри.

– Я его только открыл, всего три дня как успел насладиться собственным прилавком, витриной. Я кондитер, пеку торты, пирожные, – Льюис рассказывал и не мог скрыть гордость, он ужасно любил свою работу и торты и сейчас тяжело вздохнул, жалея, что не может к ней вернуться.

– И кто виноват в пожаре?

– Мне сказали, что это бюро. Так как я назвал напиток магическим.

– Что за ерунда? При чем тут бюро. Они конечно гады, но в рамках закона.

– Да? Но тогда зачем кому-то…

– Конкуренты, – хмыкнул Генри. – Ты конечно мелок. Но может рядом, в твоем квартале есть еще кондитерская лавка. Сейчас Граф подминает под себя город, поэтому даже таких как ты убирает со своего пути.

– Граф – это кличка?

Генри кивнул.

– А кто он такой?

– Мафиозный босс, скрывается за этой дурацкой кличкой. Никто не знает ни его настоящего имени, ни как он выглядит. – Генри тяжело вздохнул. – Ты думаешь, почему я здесь?

– Почему? – заинтересованно спросил Льюис.

– Потому что встал на пути у Графа. У меня тоже есть кое-какой бизнес, там-сям, – неопределенно сказал Генри. – Не так давно Граф мне начал по всем фронтам перекрывать воздух. Дошло до того, что он запугал всех поставщиков товара, лавочников и антикварщиков, они отказываются иметь со мной дело, потому что боятся, что Граф расправится с их бизнесом. Единственно кто остался со мной так это один мой друг, антиквар. И вот звонит он мне вчера, говорит, что на него напали люди Графа, и он пытается держать оборону, слава гномским богам, артефактов у него для этого хватает. Я переместился туда мигом с моими людьми. – Генри кивнул на соседнюю лавку, где полулежали двое парней, вид у них и правда был неважный. – Пошла потасовка, и тут как тут – бюро. Как видишь, сцапали нас всех, – вздохнул устало Генри. – Сиди теперь тут, будто больше делать нечего. А у меня между прочим сегодня звезда приехала, кто её встречать будет пока я здесь?

– Звезда? – не понял Льюис.

– У меня клуб, – шепнул тихо Генри. – Которого как бы нет. Понимаешь?

Льюис кивнул, что ж непонятного, подпольный клуб. И вдруг до него дошло, какая особенность у этого клуба:

– Так это только для магов клуб, – восторженного сказал он, – не для простых людей?

– Ну да , – ответил Генри удивленно. – Странный ты, и неосведомленность твоя странная. – Он наклонился ближе к Льюису, разглядывая его пристально. – И вид какой-то чуть ли не счастливый. Ты под кайфом или… что?

– Дело в том, – смущенно сказал Льюис, – для меня, сегодняшний день самый необыкновенный в моей жизни, какие-то сплошные приключения. И даже эта тюрьма, она ведь особая, для магов. Я все никак не поверю, что и маги существуют и я как бы тоже маг.

Генри уставился на него, вытаращив глаза:

– Только не говори, что только сегодня узнал, что ты маг.

– Вообще-то, два дня назад.

Льюису пришлось рассказать Генри о своей странной жизни и о том что только благодаря пожару он и узнал от вон того незнакомца – он указал на камеру напротив где, привалившись к стене, сидел Джейк Мэйси, – про магию.

– Забавно, – сказал Генри и зевнул. Его явно не интересовала жизнь Льюиса. – Послушай, если у тебя нет работы, может пойдешь ко мне?

Льюис оживился, ему необходимы были деньги. Он смог бы сделать ремонт в своем кафе.

– А кем? Кондитером в клуб? – спросил Льюис.

– Ну, в моем клубе налегают на другие вещи. Да и повар со всем хорошо справляется. У меня людей не хватает, можешь или по мелким поручениям бегать или на кухне помогать…

Льюис поморщился, на кухне чистить картошку или таскать ящики, это было совсем не для него.

– А-а… – протянул он, поморщившись, – чернорабочим…

– Ну а что ты можешь? Вот если бы ты на пианино играл, я бы тебе предложил. У меня как раз пианист с одной из танцовщиц сбежал. Хорошо хоть танцовщица была из посредственных.

– Так я умею играть, – оживился Льюис.

Он и правда неплохо играл на фортепьяно, так как его родитель позаботился об отменном образовании для него, и все детство и отрочество Льюис усердно, хотя и без горения сердца, упражнялся в гаммах, учил пьесы и в итоге мог играть не только классику, но и новомодный джаз. Конечно, быть тапером его не очень-то прельщало, но зато, как утешил себя Льюис, он, находясь среди магов, да еще рядом с таким сильным и прославленным магом как Генри Гэндальфини, может многое узнать о магии.