Шоколадные хлопья с ванильным молоком
Шрифт:
Я вздыхаю и иду на попятную.
– Лучше бы ты не говорил, что мы будем партнерами, Шон. Мы были друзьями, парой? Нет. Мы были простыми партнерами. Даже звучит странно, не находишь?
– Уголки губ тянутся вверх, затем Шон усмехается, качая головой. Он резко отворачивается от меня, меряя размеренными шагами небольшой участок от кухни до гостинной. Он часто дышит, его губы сжимаются в одну линию, он хмурится, играя желваками. Теперь, кроме светло-голубой радужки его глаз, ничего не видно. Мое сердце затихает, слыша, как он выкрикивает слова, которые напрочь стерлись из моей головы.
– Я люблю тебя, - были его слова. Он выдыхает и обхватывает мое лицо руками, качаясь из стороны в сторону.
– Ты сама говорила, что не хочешь, чтобы я до тебя дотрагивался. Я... не смог удержать.
– Он сказал их с такой пылкостью, что по коже пробежали мурашки и все мысли о холоде ушли на второй план.
Он любит меня? Сердце дает новый скачок от его слов. Я привожу сбивчивое дыхание в порядок и мысли путаются, когда вспоминаю, что на самом деле произошло в машине у Шона. Отрывки были расплывчатыми, но я помнила момент, когда он сказал это. Я хмурюсь, отражая его выражение лица. Его кадык движется, я наблюдаю за его губами, когда он облизывает нижнюю.
– Значит, это все было по-настоящему?
– шепчу ему вполголоса. Его губы изгибаются в неуверенной улыбке, и он кивает. Через секунду он накрывает мои губы и нежно целует, пока я не расслабляюсь у него в объятьях, забывая о мокрой одежде. Он притягивает меня к себе, практически вплотную, пока не начинаем дышать одним воздухом. Я открываю глаза, когда он останавливается.
– То, что произошло, значило многое. Мне нужно было просто осознать это. Теперь я понял, что смысл моего существования - ты.
– Он крепче сжимает мои бедра и бегло осматривает с ног до головы. Радость с его лица сразу исчезает. Я съеживаюсь и поджимаю губы.
– Не волнуйся, - начинаю я, беря его за руку. Он кивает, но ничего не говорит. Он знает, что если начнет драку, то его заметят многие. А после, скорее всего, его выгонят из группы. Что он будет делать тогда? Как жить, если он родился в музыке?
Шон
Я увожу ее подальше из этого места и как только мы добираемся до непримечательного корпуса, она останавливается и поворачивается ко мне лицом. Она колеблется, впустить ли меня в свою комнату. Меня это не колышет, но сейчас я не собираюсь никуда уходить. Если она хочет, чтобы я ушел, пусть скажет об этом. С меня достаточно двух месяцев находиться вдали от нее. Я пытался и попытка пала крахом. Мне не понравилось. Я следовал зову своего сердца, слушая только внутренний голос.
Она часто заморгала и дрожащими пальцами обхватила мое запястье. Её волосы волной спадали на одно плечо, на щеках появился легкий румянец, когда она подняла на меня глаза. Я склонил голову.
– Интересный у тебя цвет глаз, - выпаливаю я в одну секунду.
– Даже как-то странно, - говорит она одновременно со мной.
Оба смеемся, и я отступаю назад, махая рукой, чтобы она продолжала. Она откашливается, заходит в холл корпуса и наблюдает за мной изнутри. Я не иду за ней, ведь она не хочет этого. Теперь я не буду давить на нее или следить за каждым шагом. Она сама сделает свой выбор, иначе я приду за ней сам. Сейчас, как я понял, для нее важнее нечто иное.
Она до сих пор смеется, я смотрю на ее ясное личико и не могу представить ее рядом с собой. После возвращения домой Рой был первым, кто сказал, что я плохо выгляжу. Я на самом деле неважно себя чувствовал; тело ныло, живот крутило что бы я не делал. Мне никто не был нужен. Никто, кроме нее. Теперь я увидел и осознал. Я был очарован ею, погряз с головой и полностью уничтожен. Думал, что я всемогущий - оказалось, что я простой смертный. Женщины оказываются коварнее мужчин. Я это понял.
Хло подзывает подойди ближе. Улыбаясь, подхожу и склоняюсь перед ней. Она тут же выбегает из здания и бросается мне на шею. Неожиданно для себя я еле стою на ногах, удерживая ее тело возле себя. Мы чудом остаемся на месте, пока мимо нас не проходит парень с длинным хвостиком на затылке. Мои внутренности сжимаются и я шагаю вперед, заслоняя собой Хло. Я думал, что этот парень, схожий на моего отца, пройдет дальше, но вместо этого, он останавливается напротив нас и, ухмыляясь, указывает тонким пальцем в мое лицо.
– Значит вот ты какой - любовь жизни малышки Хло? Знаешь, мне это не нравится.
– Парень подходит ближе и замахивается кулаком мне в челюсть. Я успеваю увернуться, Хло отпрыгивает назад на несколько шагов от меня и пронзительно кричит, выпаливая:
– Не смей, Флин! Он тут не причем.
– Хло выходит вперед и с силой отталкивает парня, направляя на него весь свой гнев.
Я тянусь за ней, но она не замечает меня. Сейчас она полностью отдана рукам гнева и злости. Ее глаза сужаются, и когда до меня доходит, кто именно стоит передо мной, все становится на свои места. Когда Хло касается его и что-то шепчет ему, он успокаивается и его лицо искажает боль. Он начинает что-то яростно выкрикивать, но понять их не могу, слишком далеко они стояли.
– Ты не можешь променять меня на него, Ло-ло, - слышу, как говорит он с горечью в голосе. Готов поклясться, он был готов разреветься прямо на этом месте.
Это был тот парень, который издевался над ней, когда Хло была ребенком. Не принимая больше никаких слов в мою сторону от него, я, стремглав, иду на него. Хло выдыхает и закрывает глаза. Я не успеваю ничего сказать или сделать, как этот чертов Флин уходит, пряча руки в карманах джинс. Я нахмурился, скрежеща зубами.
– Куда это он?
– Хло обернулась ко мне лицом; ее глаза были влажными, щеки покрылись пятнами. Она обняла себя руками и посмотрела в сторону. Она была подавлена и потеряна.
– Он ушел. Я сказала ему, чтобы он жил своей жизнью и что я счастлива без него. Я сказала ему правду, понимаешь?
– Она шмыгнула носом. Я подошел к ней и обвил руками ее талию. Она тут же расслабилась и прижалась к моей груди, утыкаясь носом мне в шею.
– Правда бывает горькой, - говорю ей утешительно, пытаясь помочь хоть чем-то. Делаю глубокий вдох, потирая ее спину.
– Иногда, правда - лучшее лекарство. Ты сделала все правильно, детка.
– Я целую ее в макушку, а она просто кивает.
41 глава часть 1
Хло
Примерно к двум часам ночи я просыпаюсь от странных звуков в комнате. Я оборачиваюсь и смотрю через плечо, хмурясь и пытаясь понять, что это. Кто-то шмыгает носом и потом я понимаю причину моего недосыпания.
Вторую ночь я не могу уснуть от этого звука. Как ни странно, сначала я не обращала на это внимания, потому что за неделю учебы я так сильно уставала, что ничего не имело тогда значения, кроме подушки и теплого одеяла. Теперь этот звук меня раздражает.
Я поднимаюсь с кровати и осматриваюсь, пока не замечаю крохотный силуэт Вив. Ее плечи приподнимаются и опускаются, одеяло немного трясется от ее движений, а затем я снова слышу сдержанный плач. На ощупь продвигаюсь на ее сторону комнаты, дотрагиваюсь до ее плеча, и Вив подпрыгивает с кровати, замечая меня.
– Что случилось, Вив?
– Я присаживаюсь на край кровати и включаю светильник.
– Почему ты плачешь?
Вив приподнимается на локтях и натягивает розовое, немного нелепое для ее стиля, одеяло до подбородка и тяжело вздыхает.