Шоколадные хлопья с ванильным молоком
Шрифт:
Ничего не видно. В голове пробегает мысль и так же резко исчезает. "А вдруг дом просто не хочет, чтобы я уходила?"
– Эй, здесь кто-нибудь есть?
– Слышится мужской голос снаружи.
Я чертыхаюсь и быстро спускаюсь по лестнице. Моё сердце гулко отбивает в груди. Я раскрываю рот, мои внутренности сжимаются.
– Ну, привет, Ло-ло, - говорит он.
Я качаю головой и фыркаю, но все равно пропускаю его внутрь. Он немного вытянулся за последние несколько недель, но парень по-прежнему был тем же, кого я встретила в первый день.
Ну почему мое сердце настолько глупое? Почему на нем нет глаз? Я бы показала ему , кто есть кто. Уверена, мы бы с ним подружились.
– Уходи, Шон, - прошу его.
Шон улыбается и проходит ко мне. Атмосфера становится напряженной. Воздух между нами гуще. Моё дыхание становится прерывистым, когда Шон обхватывает меня за талию.
Он приоткрывает рот и я завороженно смотрю на него. Его черты лица стали немного грубее, скулы острее, глаза ярче. Пряди немного отросли, это придавало ему больше сексуальности. Мои ноги подкашиваются, но я стараюсь держаться.
– Только если вместе с тобой, - говорит он шепетом. Я замираю. - Я не виноват...
– Он сглатывает и смотрит мне прямо в глаза, обжигая меня.
Я чувствую жар внизу живота. Мне хочется разорвать на себе кожу, чтобы угомонить его. Но не в силах.
– Мы не виноваты в том, что произошло между нашими родителями, Ло-ло.
И снова он произносит моё прозвище. Однако, я не могу возразить насчёт этого. Уже нет. Мне вроде как нравится то, как его губы шевелятся, произнося мое имя.
Я хочу быть для него всем. Спасательным кругом во время шторма. Успокоительным. Даром, посланным свыше. Я хочу быть для него желанной. Но когда я вспомнила, что его мать убила мою, моё сердце разбилось на осколки.
Я была потеряна и потрясена одновременно. На самом деле её не убила болезнь, как сказал отец. Ее убили. Спланированно и решительно.
Я пыталась разыскать улики, собрать все крупицы воедино. Но все тщетно. Все, как один твердили, что следов никаких нет, а убийца хорошо скрылся. Я проплакала несколько ночей тогда. Спустя шесть с половиной лет, я узнала, что убийца на свободе. Мать Шона Райдера убила мою. Это был удар в самое сердце. Не удивлюсь, если его младшего брата убила собственная мать.
– Я не знал об этом, пойми. Я думал, что потерял тебя. Я сходил с ума, Ло...
– он жадно глотает воздух, я перебегаю глазами с его пухлых губ до глаз. Они настолько яркие, что мне становится завидно.
Я обхватываю себя руками, задерживаясь на несколько минут на его горячей коже. Тогда я не сдерживаюсь.
Наши взгляды встречаются, его глаза блестят от возбуждения. Я начинаю тянуться к нему, держась за его бицепсы. Когда наши губы почти касаются друг друга, неожиданный стук в дверь разбивает нашу тонкую идиллию. Шон шипит, цепляясь за мои бедра.
– Не отвечай, - молит он, посылая дрожь по моей спине. Но я качаю головой, выпуская себя, и следую к двери.
– Я не могу, это арендатор, - шепчу ему и открываю дверь, краем глаза замечая, как его кулаки сжимаются вдоль туловища, вены на предплечьях вздуваются.
– Здравствуй, Хлоя, - официальный голос Арии Марч заставляет моё сердцебиение участиться.
Пальцы рук начинает трястись. Голос дрожит, когда я улыбаюсь.
– Привет, Ария, - говорю ей вежливо, закрывая за ней дверь.
Она одета в строгий бежевый костюм и длинные штаны. Она всегда была простой и лёгкой в общении, мне это нравилось. Наверное, поэтому папа и выбрал этот дом.
– Сочувствую утрате, - говорит она, я просто киваю.
Она осматривает Шона рассеянным взглядом, но ничего не говорит. Я начинаю волноваться, однако, когда чувствую, как Райдер сплетает свои пальцы с моими, мне становится спокойнее.
– Тебе просто нужно подписать кое-какие бумаги.
– Мисс Марч достаёт кипу бумаг и передаёт мне вместе с чёрной ручкой.
Трясущимися руками я беру у неё ручку и застываю.
– А можно ли мне получить отсрочку? Я могу выплатить, но позже, - прошу её, пытаясь совладать с собой.
Но женщина непоколебимо стоит на своём. Она мотает головой, хотя взгляд полон противоречий.
– Если бы у тебя был опекун, кто бы это все купил, то я бы ещё пересмотрела точку зрения, но так как ты ещё не совершенолетняя, я не имею права, золотце.
Я вздыхаю.
– Конечно...
– Только хочу написать свою фамилию, как Шон выхватывает у меня ручку из рук и та с глухим звуком падает на пол.
– Подождите!
– Мы с Мисс Марч удивлённо вскидываем на него глаза. Он смотрит на неё, его лицо ничего не выражает, кроме решимости.
- Я куплю у вас этот дом, - говорит он легко и просто. Я, пораженная, толкаю его в плечо, но он лишь отмахивается.
Глаза Арии переключается с меня на нового клиента. Она достаёт новые бумаги и передаёт его Райдеру. Тот добродушно улыбается ей приторной улыбкой и оставляет на клочке бумаге свой знаменитый автограф.
– Замечательно, сэр!
– Ария улыбается самой счастливой улыбкой и перебегает сияющими глазами на меня. Я киваю ей, пребывая в смешанных чувствах.
– Прекрасное вложение, - говорит она и ещё раз обнимает меня.
– До встречи, Хлоя, - кривя моё имя, говорит она и уходит.
Я поражена? Не то слово.
Когда дверь за ней закрывается, я ошарашенно оборачиваюсь к Шону. Он улыбается от уха до уха.
– И что это было?
– Шон пожимает плечами и скрещивает руки на груди.
– Простое вложение, - произносит он. Я качаю головой и Райдер вздыхает.
– Если честно, это мой подарок тебе на твой незабываемый день рождения.
Я расплываюсь в улыбке, не зная, что сделать первым: обнять, поцеловать.... Или сделать и то и другое.
– Спасибо, Шон.
Благодарность в данном случае - это все, что я могу дать. Шон качает головой и хмурит брови, целуя меня в обе щеки, крепко притягивая к своей груди.
– Рано ещё благодарить, милая, - сладко сообщает парень, заправляя мне волосы за уши.
– Будь сегодня вечером в Красном Быке.
– А что там будет?
– Там буду я, - говорит он и его взгляд смягчается, а мой разум отключается.