Чтение онлайн

— Сама не знаю, — слабо улыбнулась Нилоэла и прибавила серьёзно: — Любовь Гурдун к порядку всегда помогала мне… Лишь спустя годы я это поняла.

— Ты выглядишь очень усталой… — с беспокойством отметила Разар, разглядывая бледное, почти белое, лицо матери. Тёмные круги явственнее проступили под глазами, а на губах горели алые следы от зубов.

— Это не беда, — выдохнула Нилоэла, поудобнее устраиваясь на подушках. — Просто давненько хорошо не высыпалась…

— А как же кровь? — Разар не покидало чувство, что мать чего-то не договаривает.

— Ничего-то от тебя не утаишь, — Нилоэла отвела взгляд, стараясь не смотреть на дочь, которая продолжала испытующе смотреть на неё. — Рубулу** надоело лежать вниз головой и он решил перевернуться.

— То есть как? — Разар в недоумённо моргнула. — Он принял неправильное положение?

Нилоэла утвердительно качнула головой, поглаживая раздутый живот.

— И что же теперь делать?! Это же смертельно опасно для вас обоих! — Разар чуть было не вскочила с места, но Нилоэла схватила дочь за руку и силой усадила на место.

— Послушай меня, родная, — в голосе королевы зазвучали стальные нотки, — я давно обо всём позаботилась. Никому не следует переживать за меня и за ребёнка. Особенно тебе! Слышишь?

Молодая гномка утвердительно кивнула, скрывая лихорадочный блеск глаз.

— А как я появилась на свет? — спустя несколько мгновений спросила Разар, решив зайти с другой стороны.

Глаза королевы затуманились воспоминаниями о далёком дне, когда на свет появилось маленькое чудо, заботы о которым вернули ей силы жить.

— До последнего момента я думала, что справлюсь сама, — тихо засмеялась Нилоэла. — Но Зору вовремя пришёл на помощь.

— Зору? — удивилась Разар. — Ах, да, ведь кроме него было некому.

— Это так, — подтвердила Нилоэла, — однако я и не подозревала, что он разбирается в этом, казалось бы, истинно женском деле…

— Правда?! — вновь удивлённо воскликнула Разар.

— Да, — улыбнулась королева. — Дело в том, что в его роду все женщины занимались повивальным ремеслом. Зору же был единственным ребёнком у матери и именно ему пришлось продолжать традицию. Он присутствовал и при моём рождении.

Разар поражённо внимала, судорожно пытаясь сообразить, как извлечь из услышанного пользу. Её ни на минуту не покидала уверенность: жизнь матери и нерождённого брата в большой опасности, и она непременно должна что-то предпринять.

— И тоже помогал?

— Лишь отчасти, — ответила Нилоэла. — Ведь родилась я необычным образом.

— Как это? — в который раз удивилась юная гномка.

— В роду малых гномов женщины давно утратили способность рожать естественным путём. Поэтому, чтобы спасти младенца, матери разрезали живот…

— О, Махал! — воскликнула Разар, прикрывая ладошкой рот.

— Многие не переживали это испытание. Скорее всего из-за этого род и вымер полностью.

— Но моя бабушка выжила, — с гордостью возразила юная гномка.

— Она была одной из немногих, — с теплой грустью произнесла Нилоэла. — Теперь ты понимаешь, что я не просто так сказала, что позаботилась о предстоящих родах.

— Да, матушка, — с показной покорностью ответила Разар.

— Вижу, мои слова тебя не успокоили, — с глубокой нежностью сказала Нилоэла, поглаживая ладонь дочери, которую держала в руке. — Понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

Разар вскинула на мать растерянные глаза и открыла было рот, чтобы возразить, но Нилоэла лишь покачала головой:

— Три года назад я была на твоём месте… Ты помнишь кто явился тогда на наш порог?

— Посланник Саурона, — губы Разар сжались в суровую линию.

— Он требовал от твоего отца сведения о моём горячо любимом кузене… Единственной ниточке, что всё ещё связывала и связывает меня с Широм.

— Но отец прогнал его прочь! — гордо добавила юная гномка.

— Однако он видел, что с тех пор в моём сердце поселилась тревога и что поддавшись ей, я могу натворить непоправимое. Именно поэтому Фили отправил в Ривенделл Глоина и Гимли. Они должны были не только посоветоваться с лордом Элрондом, но и предупредить Бильбо.

— Если бы отец не сделал этого, то ты бы лично отправилась в сокрытую долину, — улыбнулась Разар, замечая в глазах Нилоэлы озорной огонёк.

— Он поступил мудро, опередив меня. И сейчас я благодарна за это, хотя тогда чувства затуманили разум, толкая сорваться с места.

Принцесса склонила голову набок, с любовь вглядываясь в родное лицо. Сколько отваги и мужества тщательно скрывало оно за маской привычной собранности.

— Надеюсь, ты услышала меня, доченька, — устало прикрыв глаза, произнесла Нилоэла. — Я послала за Зору луну назад. Он скоро будет здесь.

— Не беспокойся, матушка, — серьёзно откликнулась Разар. — А сейчас мне и правда пора. Наш разговор слишком утомил тебя.

— Ступай. — Напряжённый лоб королевы разгладился, а на щёки вернулась тень прежнего румянца.

Едва за дочерью закрылась дверь, Нилоэла откинула покрывало и тяжело поднялась на ноги. Неуклюже переваливаясь, побрела к гардеробной. Тёмно-синий бархат ночного платья змеился по бликующему в свете камина камню, напоминая трепещущую тень.

Минуя ряды богатых одежд и обуви, королева упёрлась в стену. Но тупиком она могла показаться только тому, кто не знал, что хранится за ней. Ребристая плита просела от лёгкого давления. Каменная стена с глухим ворчанием двинулась с места. В полумраке гардеробной разлилось мягкое свечение. На серебряной подставке, словно в колыбели, лежал большой аглаурит, по форме напоминающий драконье яйцо. Полупрозрачный камень щетинился бледно-голубыми чешуйками, на острие которых алели капли рубина.

Редактировать часть

Примечания:

* Онд — раннее название Гондора. ОНД — ГОНД- камень на квенье и синдарине. Решила употребить этот вариант названия, как наиболее созвучный для кхуздула, т. к. в самом языке данного обозначения нет.

**Рубул — личное имя наследника, дословно означает "вид маленьких яблок". Имя "Дурин" он будет носить позже, когда взойдёт на престол. Это своего рода титул, внешнее имя для иноземцев, указывающее на принадлежность к правящей династии.

Капли рубина мелкой россыпью сверкали на чешуйках огромного полупрозрачного яйца, напоминающего с виду лунный камень. Сапфировые жилки змеились по ребристой поверхности, ускользая внутрь, к центру, где, свернувшись калачиком, лежал серебряный дракон.

— Не могу поверить, — с придыханием шепнула Разар, рассматривая крохотного змея, — он настоящий?

— Самый что ни на есть! — ответил Сигил, поворачивая яйцо другой стороной. — А вот над поддельным пришлось потрудиться!