Чтение онлайн

– Спасибо тебе еще раз, Ричард, – шепнула она. Взяв поводья у юного грума, она направилась к решетке, которую, наконец, начали поднимать. Подняв голову, она увидела Торна, стоящего на крепостной стене. Долго-долго смотрели они друг на друга, и глаза их сказали то, что они не решились произнести.

Массивное железное устройство было поднято, и Диана шагнула вперед, чтобы ее могли разглядеть. Остановившись, она подняла руку и помахала в знак того, что с ней все в порядке.

Энгус подошел к Сибель, стоящей позади Дианы.

– Ты ведь можешь остаться, – шепнул он ей.

Сибель подняла на него глаза.

– Ты бы остался, даже если бы для этого пришлось покинуть твоего господина? – спросила она.

Он задумчиво прикусил губу.

– Нет, – ответил он, наконец, – я бы не остался.

– Почему же ты думаешь, что я могу поступить так низко? – спросила она.

Он покачал головой.

– Мне не надо было спрашивать. – Он вдруг импульсивно схватил ее за руку. – Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, пошли мне весть. Или приди сама, если сможешь.

Она молча кивнула. Он с большой неохотой отпустил ее руку.

Диана шла по двору медленно, ведя лошадь на поводу. Сибель следовала за ней по пятам.

По другую сторону решетки Роберт слегка хлестнул по крупу лошадь Иана, и конь пошел вперед.

Диана была озадачена. Почему, подумала она, Роберт отдал мальчику лошадь? Животные ценились дорого. Ни один человек не отдал бы свою лошадь просто так.

Конечно, подумала она, ступив на деревянный мост, Роберт решил произвести впечатление на графа Данморского своим богатством. Она знала, что брат любит подобные жесты.

Но когда Диана поровнялась с Ианом на середине моста, у нее перехватило дыхание. Мальчик был болен, глаза его ярко и лихорадочно блестели, на щеках играл нездоровый румянец. Всмотревшись в него, она поняла, почему Роберт усадил его на лошадь. Мальчик, очевидно, не мог ходить. Она подняла голову, взглянула на Торна, стоявшего на крепостной стене, и поняла, что он едва видит макушку Иана. Конечно, он ничего не подозревал.

Сделав над собой усилие, она сурово подавила желание помочь мальчику, чье худенькое тело, казалось, сползало на одну сторону. Если она это сделает, из-за нее может начаться битва. Мрачно сжав зубы, она продолжила свой путь по мосту, направляясь к своему брату.

Роберт едва взглянул на нее, и по его короткому ледяному взгляду она поняла, что он винит ее в том, что ее похитили. Не сказав ни слова, Диана вскочила на Банрих и помогла Сибель сесть позади нее.

Диана не могла удержаться и не взглянуть в последний раз на своего любимого. Да, он стал ее любимым. Не имеет значения, как началась их любовь, но ей незачем было обманывать себя: она все равно оказалась бы в объятиях его сильных рук. Она знала, что они никогда больше не встретятся. Выбрать врага своего клана значит для каждого из них выбрать немедленную смерть от руки главы клана.

Начался мелкий дождь, словно сам туман ронял слезы. Диана подняла руку к щеке и смахнула влагу, не зная, дождь это или ее слезы. Роберт приказал своим людям трогаться. Как только лошадь с Ианом ступила во двор замка, Диана отвернулась и пришпорила Банрих.

Энгус подхватил мальчика, который сполз и свалился с седла.

– Черт побери! – воскликнул Торн, сбегая по каменным ступеням. – Что с ним?

– Я не знаю, – ответил Энгус. – Давай отнесем его в замок.

Некоторое время спустя Иана раздели, сняли с него лохмотья и аккуратно уложили на кровать. Торн, мрачно нахмурившись, всматривался в изможденную фигурку брата.

– Кожа да кости! – Он приказал Энгусу: – Позови Гризель. И прикажи, чтобы прислали еду. – Он коснулся рукой горячего лица Иана, и тот открыл глаза.

– Прости меня, Торн, – прошептал мальчик.

– Тебя мучили? – Торн сам был удивлен, как спокойно звучит его голос. Внутри него все клокотало от ярости.

Иан покачал головой.

– Нет, никто даже не зашел ко мне, кроме леди Дианы. Она дала мне еду и свою накидку. Я сказал ей, что не надену ее, – торопливо добавил он и прикусил губу. – Но я носил ее. – Он отвернулся. – Мне так стыдно, Торн.

– Тебе нечего стыдиться! – быстро сказал Торн, может быть, резче, чем хотел.

Он вздохнул, пытаясь контролировать себя, что еще возможно было минуту назад. Самое страшное, если брат будет казнить себя. Он взял маленькую ладошку брата в свою руку.

– Я горжусь тобой, Иан. Ты был очень смелым. И ни один человек не скажет мне, что это неправда. – Заметив сомнение во взгляде мальчика, Торн сказал уверенно: – Верь мне, Иан! Храбрость бывает разной. Иногда она даже рядится в одежду покорности.

Иан удивился:

– Но ведь рыцарь не может путать одно с другим!

Торн улыбнулся и нежно пощекотал руку брата.

– Честь и бравада не одно и то же. Честь никогда ни с чем не перепутаешь. Но для рыцаря бессмысленно рисковать жизнью – это не храбрость, а, наоборот, глупость! Накрываться теплым пледом в холодную ночь – это честно. А цвет этого пледа не имеет значения. – Он сжал руку Иана, прежде чем отпустить ее. – Ты правильно сделал. Я поступил бы точно так же.

Торн помедлил, все еще не веря, что состояние Иана так удручающе.

– А когда леди Диана уехала из Сидена, кто-нибудь приносил тебе еду?

– Иногда. И то только хлеб и эль, – Иан слабо усмехнулся: – А иногда приносили кусок жесткой баранины. Повар у Мак-Ларенов хуже, чем наш.

Рот Торна превратился в тонкую линию. Он принялся натягивать меховые одеяла на Иана и в этот момент заметил ранку: два красных пятнышка на ноге чуть ниже худенькой икры.

– Что это? – Он провел пальцами по ранке, и мальчик сморщился.

– Это крыса. Она ночью укусила меня. А я ее убил, – гордо заявил мальчик.

Торн вздохнул и, сдерживая себя, спросил:

– А где ты жил в замке, в какой комнате?

Несмотря на то, что он был явно невысокого мнения о клане Мак-Ларенов, он все же не мог поверить, что крысы свободно бегают по полу в комнатах.

– В подземной темнице под караульным помещением, – ответил Иан. – Там было не так уж плохо, – торопливо добавил он, когда Торн свирепо задышал, – хотя тюфяк мог быть и помягче.

Торн на мгновение лишился дара речи.

– В подземелье! – взорвался он, наконец. Он сжал кулаки, мечтая свернуть шею Мак-Ларену.