Шпион, который любит меня
Шрифт:
Но это была не игра. Символ Голливуда взорвался от простого нажатия кнопки. Возможность разрушений в мировом масштабе становилась до ужаса очевидной. Финн инстинктивно дернулся вперед, но его усилия вновь оказались тщетными из-за наручников.
Проклятье! Ему надо добраться до компьютера. Если у него это получится, он, возможно, сумеет взломать программу и заблокировать код доступа.
Возможно.
Но этот план показался ему не слишком реальным, поскольку в тот момент он был привязан как к Эмбер, так и к креслу. И недавно пришедшее к нему понимание того, что Эмбер знает обо всем больше, чем говорит, ничего не меняло. Даже если она ему лгала — даже если она на самом деле была оперативником из агентства, давшего заказ на «Прометея», — в тот момент она, как и Финн, была связана и от нее не было никакой пользы.
— А теперь, — сказал Дрейк, — начнем торги.
Вид с голливудским символом на экране сменился красочным изображением свиньи-копилки над диаграммой с шестью столбцами, обозначенными буквами от А до Г.
— Процедура проста. Введите свои ставки в пульт на вашем браузере, и компьютер обработает информацию. Вы увидите свою ставку и ставки ваших противников. И, разумеется, не стесняйтесь увеличивать ставку по возможности чаще и больше. — Он развел руки в стороны. — Джентльмены, делайте заявки.
Очевидно, сработало напряжение торгов, ибо почти сразу же предложение цены подскочило до пяти миллиардов. Дрейк обнял Диану за талию, с почти сладострастным выражением на лице наблюдая за тем, как столбцы диаграммы ползут вверх.
Эмбер коснулась руки Финна.
— Он ненормальный, — прошептала она.
Финну оставалось только кивнуть. Да, этот человек ненормальный. Но он располагает большими деньгами, а скоро разбогатеет еще больше, и притом у него блестящий ум.
На цифре шесть с половиной миллиардов долларов торги замедлились, на семи миллиардах прекратились.
— И это все? — спросил Дрейк— Это все, что вы платите за доступ к техническому чуду? К устройству, способному не только начать мировую войну, но и поднять оператора этого оружия до статуса сверхдержавы?
— Восемь, — произнес человек с оксфордским акцентом. — И это мое окончательное предложение.
Дрейк широко раскинул руки.
— Я слышу «девять»?
Тишина.
Тогда он кивнул:
— Отлично. Пусть будет восемь.
Он нажал на клавишу пульта на кафедре, и пять из экранов погасли, оставляя лишь главного покупателя.
— Мои поздравления, принц Мухаби Вы приобрели себе войну.
Как было известно Эмбер, война — именно то, что нужно человеку вроде Мухаби. А когда он назвал свою цель — мечеть Аль-Акса в старом Иерусалиме, она поняла, что ее подозрения справедливы.
— Если вы посмотрите на экран, — сказала Диана принцу, — то увидите календарь, где указаны предполагаемые дни и время обстрела — ограничения, обусловленные положением спутника, а также запланированными моделирующими испытаниями.
Эмбер сосредоточенно смотрела на экран, стараясь запомнить информацию.
— Двадцать первое, — выбрал Мухаби. — У меня останется время для подготовки.
— Прекрасная дата, — сказал Дрейк, вытаскивая из внутреннего кармана пиджака небольшую записную книжку. — В этот день «Прометей» будет на прицеле с двух часов утра. Что до деталей, то сумма должна быть перечислена на мои счета не позднее полдня двадцатого. В данный момент мисс Трейнор пересылает вам инструкцию по перечислению денег.
— А доступ? — спросил Мухаби.
— Он будет предоставлен вам в обмен на деньги, — заверил его Дрейк. — Мы будем ждать поступления денежных средств в течение двенадцати часов после разрушения мечети. При отсутствии оных сделка расторгается.
Мухаби кивнул.
— Инструкция пришла. Ваши деньги будут перечислены вовремя. — Он слегка наклонил голову. — Мистер Макензи, приятно было вести с вами дела.
— Взаимно, — отозвался Дрейк и прекратил передачу.
Четыре дня. У них всего четыре дня на то, чтобы предотвратить войну на Ближнем Востоке, которая вполне может перерасти в третью мировую войну. Но сначала, разумеется, нужно освободиться.
Эмбер в отчаянии рванулась, пытаясь избавиться от наручников. Финн накрыл ее руку своей, и они посмотрели друг на друга. В его глазах читался вопрос, и она поняла, что он ждет объяснений. Однако все, что она сказала, было:
— Четыре дня.
Он кивнул.
— Есть идеи насчет того, как предупредить следующий этап в повестке дня Дрейка?
Она нахмурилась. Следующим этапом были они, и она прекрасно понимала, что Дрейк намерен их убить. Он не оставит их в живых после того, что они недавно видели.
— Никаких идей, — ответила она.
— Как? Ни лазера в браслете часов, чтобы срезать наручники? Ни фальшивых волос, используемых в качестве удавки? Ни кольца-декодера?
— Поговорим об этом позже, — произнесла она более резко, чем хотелось бы.
Ее как обухом по голове оглушила правда: этот человек не агент. Он привлек к себе внимание плохих людей по той же причине, по какой им заинтересовалось Управление, — потому что следил за Дианой Трейнор. И теперь Эмбер предстоит выбираться из передряги самой и вытаскивать этого штатского. Закрыв глаза, она вздохнула. Она соблазнила штатского, черт побери. Ей нужна была информация, а добилась она лишь оргазма. Вот дерьмо!
— Позже, — повторил Финн. — Разумеется, мы поговорим позже. Если останемся в живых.
— Останемся, — сказала она. — Обещаю.
Но в этот момент ее сильно встряхнуло.
— Боюсь, что нам пора прощаться, — сказал Дрейк.
Они начали опускаться вместе с креслами вниз, под пол, на чем-то вроде гидравлического лифта. Пока они погружались все ниже и ниже, Эмбер призналась себе, что не имеет понятия, как будет выполнять данное Финну обещание.
Очевидно, участок пола, к которому были привинчены их кресла, представлял собой нечто вроде открытого лифта, потому что в этот момент глаза Финна оказались вровень с каменным полом центра управления.
— Не нравится мне все это, — сказал Финн, когда пол начал опускаться еще быстрее.
— И мне тоже, — откликнулась Эмбер.
Она рванулась вперед, и ее запястье обожгло болью — наручник был накрепко пристегнут к креслу.
— Меня раздражает твое поведение, крошка, — сказала Диана. — Едва увидев тебя, я сразу захотела это сделать.